«Что с вами случилось? Вы перестали быть либералом или не были никогда?» Вопросы главного редактора Дождя и ответы премьера Медведева

Здесь и сейчас
10 декабря 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Премьер-министр России Дмитрий Медведев дал интервью журналистам российских телеканалов. Первый канал представляла Ирада Зейналова, ВГТРК — Сергей Брилев, НТВ — Вадим Такменев, а также от телеканала РЕН ТВ вопросы задавала Марианна Макимовская, а от Дождя — Михаил Зыгарь. Полная версия интервью.

Зыгарь: Дмитрий Анатольевич, мы все помним, как ещё летом этого года многие правительственные чиновники говорили, что санкции нам в целом нипочём, мы от них только крепчаем. Сейчас, в общем, уже стало приходить понимание, что многие санкции, особенно в банковской сфере, могут быть даже трагичны для нашей экономики. Ну вот капитализация российских компаний упала так, что они совокупно стоят меньше, чем Apple. Скажите, недооценка санкций тогда была ошибкой? И есть ли у Вас сейчас понимание, каков масштаб этого ущерба?

Медведев: Михаил, вы знаете, никто никогда не делал легковесных заявлений или выводов о том, что санкции - это только повод для лучшего развития, или что нам все санкции, любое воздействие на нашу экономику нипочём. Так никто не говорил, за исключением, может быть, каких-то несерьёзных совершенно комментаторов. Мы все понимали, что санкции, которые принимаются иностранными государствами (вопреки, кстати, международному праву), безусловно, вредят нашей экономике, точно так же как эти же санкции вредят экономикам и компаниям тех стран, которые принимают эти санкции. Эти решения всегда носят обоюдоострый характер, они всегда носят обоюдоострый характер, и ещё раз говорю: никто никогда не говорил, что это всё нипочём.

Но из этих решений, неприятных для нашей страны, можно сделать целый ряд довольно серьёзных выводов, в том числе тех, которые напрашивались довольно давно. Каких? Значит, очень просто посадить экономику и деятельность тех или иных компаний на иглу импорта и абсолютно всё привозить из-за границы. Так вот эти санкции дали нам возможность подумать о том, что пора уже заняться нормальным импортозамещением. А вообще, если говорить прямо, это даже не импортозамещение, а необходимость создать такое производство в нашей стране, когда мы сами можем производить нормальные, качественные, конкурентоспособные товары. И именно этим мы сейчас и занимаемся. Вот в этом, если хотите, не позитивный момент санкций, а тот вызов, на который мы обязаны ответить. Никто никогда не недооценивал тех решений, которые принимаются. В принципе цена такого рода решений измеряется десятками миллиардов долларов. То есть и наша экономика потеряла в результате этих санкций, наверное, несколько десятков миллиардов долларов. По подсчётам наших экономистов, европейская экономика только на отказах от контрактов с Российской Федерацией, на ограничительных мерах в текущем году потеряла 40 млрд евро, в следующем году потеряет 50 млрд евро. И это тоже цена, которую приходится платить. Иными словами, санкции никому не выгодны, о чём я неоднократно говорил, они никому не нужны, и они, как правило, ничем не заканчиваются.

Я, выступая на форуме в Сочи, приводил в пример целый ряд решений, которые принимались в отношении нашей страны. Мы все об этом забыли, но на самом деле это очень показательная история. В 1925 году Советскому Союзу запретили рассчитываться золотом. Сказали просто: мы ваше золото принимать не будем.

В 1932 году, по-моему, запретили вообще импорт из Советского Союза - всё, что мы ни производили, было запрещено покупать. В 1940-е годы были введены так называемые списки КОКОМ. Помните, такая была история по ограничениям на экспорт определённых видов продукции, товаров, прежде всего техники и технологий в Российскую Федерацию. В 1974 году был принят пресловутый закон Джексона-Вэника, который действовал несколько десятилетий и портил кровь и нашей стране, и, конечно, самим американцам, а также сателлитам американцев, которые так или иначе принимали решения, сообразуясь с волей американских партнёров. В конце 1980-х - начале 1990-х годов нам вообще воспретили покупать целый ряд технологий, для того чтобы заниматься созданием трубопровода Уренгой - Помары - Ужгород, то есть просто на это было наложено решение по санкциям, на этот проект. Таким образом, мы вообще всё XX столетие жили в условиях периодически перманентно вводившихся санкций. Я напомню, что и Китайская Народная Республика в 1989 году пережила волну санкций. Я просто хочу задаться одним простым вопросом: в конечном счёте это кому принесло пользу? Никому. Были заморожены некоторые проекты, предприниматели не получили деньги, но в конечном счёте развитие этих государств происходило по тем планам, которые они сами для себя наметили. Я считаю, что это тот урок, который обязаны извлечь все из текущей ситуации и прежде всего наши партнёры, потому что не мы эти санкции вводили, и не мы должны их отменять. Это их дело.

Зыгарь: Вы сейчас упомянули Послание Президента Федеральному Собранию. Ещё Президент сказал о малом бизнесе, о том, что ему обещаны налоговые, надзорные каникулы. Это всё отрадно очень слышать, но только есть ощущение, что в реальности всё происходит совсем наоборот. Уже много лет положение малого бизнеса только ухудшается. Вот недавно Госдума приняла новые сборы на торговлю, в прошлом году пытались (потом отменили, правда) ввести новые отчисления от ИП в пенсионные фонды. Это, в общем, стоило стране примерно трети всех ИП. И вообще, любой предприниматель знает, что за последние годы расплодилось огромное количество справок, каких-то нормативных актов. Неужели теперь все эти прошлые вредоносные нормы, которые губительны для бизнеса, будут отменены?

Медведев: Михаил, знаете, я сколько ни слежу за развитием малого бизнеса (в 1990-е годы я и сам был непосредственно причастен к бизнес-проектам в нашей стране, потому что и адвокатской практикой занимался), всё время говорят о том, что всё хуже и хуже, всё больше и больше давят. Но это не так на самом деле. Это действительно не так. Проблем хватает, но считать, что с каждым годом становится всё хуже и хуже, неправильно. Я обращу внимание на то, что у нас сейчас в целом в стране действует 5 с лишним миллионов субъектов частно-предпринимательской деятельности (я имею в виду прежде всего малый бизнес). Это приличная цифра. Если говорить об относительных показателях, то, наверное, мы пока не на самом лучшем месте, потому что у нас в стране приблизительно 25% людей заняты в малом бизнесе. 25%. Не так уж, кстати, и плохо по сравнению с тем, что, например, было там лет 10-15 назад, но недостаточно, если сравнивать со структурой других современных экономик. Должно быть процентов 50. Вот тогда мы можем считать, что у нас современная в этом смысле экономическая ситуация, что у нас современный экономический уклад.

Теперь в отношении тех проблем, о которых вы говорите. Конечно, проблем всегда хватает. Тем не менее никаких сборов в таком количестве, о которых тем более говорят и иногда пишут, мы вводить не собираемся. За последнее время введён только один сбор, подчёркиваю: не 22, а всего один сбор. Это сбор за право торговли, за право торговли по четырём направлениям, поэтому, по сути, он распадается на четыре наименования. Но это один сбор всего. Где он введён? Он введён только в трёх городах - Москва, Петербург и Севастополь, то есть в городах федерального подчинения. Когда он начнёт действовать? Только с середины следующего года. И, наконец, каким образом этот сбор будет исчисляться? Его будут устанавливать сами субъекты Федерации. Это первое. И второе, этот сбор, в случае если платятся какие-то другие платежи, подлежит зачёту. То есть, иными словами, ничего катастрофического для малого бизнеса этот сбор не означает.

Более того (мы же нормальные люди, понимаем), что если вдруг мы почувствуем, что есть какой-то перекос, мы, конечно, это отрегулируем. Но, иными словами, само по себе давление на малый бизнес не становится больше. Но оно и так достаточное, здесь вы правы.

Если говорить о всякого рода справках, проверках, согласованиях, то действительно этого пока хватает. Поэтому наша важнейшая задача - просто перейти на электронную форму общения по всем вопросам, которые связаны с деятельностью частного бизнеса, просто чтобы бизнесу не нужно было таскать эти справки, а достаточно было отчитываться в те сроки, которые положены. Вот вы упомянули тоже Послание - там прямо сказано о необходимости ввести так называемые надзорные каникулы. То есть, если предприятие малого бизнеса всё исправно делает, предоставляет необходимые данные, проверялось на протяжении какого-то периода, то последующие три года это предприятие можно не проверять. И мне кажется, это очень важно. Конечно, нужно будет посмотреть за практикой применения этого правила (сейчас Правительство как раз готовит предложения на эту тему), но в целом это очень важная мера, направленная на то, чтобы бизнесу, малому бизнесу жилось легче. Поэтому считать, что давление становится всё больше и больше… Я бы всё-таки так не стал говорить. Но мы, конечно, будем принимать все необходимые решения, для того чтобы существующие в настоящий момент проблемы для малого бизнеса были максимально сняты.

Зыгарь: Дмитрий Анатольевич, мы недавно среди зрителей нашего телеканала проводили опрос: какое самое главное слово этого года? Большинство зрителей, сказали, что это слово "крымнаш" - в одно слово с маленькой буквы. Это, конечно, главное событие, главная победа. А какова цена этой победы? Ведь за политическую популярность, которую получили власти, нужно платить экономически. Понимаете (я думаю, понимаете), существует ли у вас подсчёт всех экономических последствий того, что Крым наш?

Медведев: Михаил, Крым - это не экономическая категория. Когда мы говорим про Крым, любой российский гражданин, мы понимаем, что это и наша история, и наша судьба, и в какой-то период наша боль, и очень большое количество наших людей, которые в этом году проголосовали за то, чтобы вернуться в Российскую Федерацию. Это тот юридический факт, с которым все должны считаться. Поэтому Крым - это не просто полуостров, не просто прекрасные пляжи, санатории, здравницы, хороший климат, а это наша история и наша сегодняшняя судьба, и я из этого бы исходил на будущее. Но, конечно, наша задача сегодня заключается в том, чтобы интегрировать Крым в российское правовое и экономическое поле. Я не знаю, вы были в Крыму после известных решений или нет?

Зейналова: Я была дважды.

Зыгарь: Нет, после известных - не был.

Медведев: Не были. А до этого были?

Зыгарь: До этого все были.

Медведев: Ну вот, значит, я вам скажу откровенно, что, когда я приезжал в Крым, у меня было очень двойственное ощущение. Всё очень красиво, с другой стороны, страшно неухоженно, очень тяжёлая экономическая ситуация. И мы…

Зыгарь: Страшно неухоженно много где в нашей стране.

Медведев: Вы знаете, там это особенно бросается в глаза, потому что всё-таки это то место, в которое на протяжении веков мы вкладывали свои силы, за которое воевали, проливали кровь наши предки. Поэтому это всё-таки отдельная история. Так вот, я считаю, что мы должны привести Крым в порядок, но не за счёт других регионов. Для того чтобы это сделать, создана специальная программа. Эта программа рассчитана на период до 2020 года и приблизительно стоит около 680 млрд рублей. Эти деньги мы нашли. Эти деньги, ещё раз говорю, мы не отщипывали от других регионов. Это не какие-то средства, которые мы собрали с миру по нитке, это именно специальные деньги, которые, по сути, под Крым и выделены.

Эти деньги пойдут на развитие инфраструктуры Крыма, на то, чтобы создать там нормальные дороги, отреставрировать здания здравниц, домов отдыха, для того чтобы создать там современную курортную инфраструктуру и вообще нормальную жизнь создать, потому что Крым, ещё раз говорю, - это не только место отдыха, это ещё и почти 2,5 млн наших новых граждан, а они должны жить по-человечески. Мы должны сделать всё, чтобы они чувствовали себя так же, как другие граждане нашей страны.

Мы уже привыкли к тому, что у нас заработные платы бюджетников и пенсии находятся на среднем уровне. Там это всё было существенно меньше. И мы уже в течение этого года довели уровень заработных плат бюджетников там до среднероссийского уровня. Это, я считаю, хорошее вполне решение для них и в общем неплохое достижение. То же самое касается пенсий - и общегражданских, и военных. То есть действительно вы правы: там очень много чего предстоит сделать. Но это не отменяет главного - не отменяет воли людей, которые хотели вернуться в Россию и вернулись.

Зыгарь: У меня важный вопрос. Он не о независимых СМИ, не, тем более, об их проблемах, откуда бы они ни вещали, – об общих проблемах. Вы знаете, есть ощущение такое, что многие политики, экономисты, которых принято считать либералами, которые проводили очень важные для нашей страны реформы в первые годы президентства Путина, которые задавали тон во время Вашего президентства, последнее время потеряли голос либо они перестали доносить свою позицию до Президента страны, осознанно или неосознанно. Скажите, это так? И что случилось с Вами? Вы перестали быть либералом или Вы им не были никогда?

Медведев: Мне кажется, я остался тем, кем я был. Очень трудно себе давать характеристику. И вообще, как известно, есть довольно такая хорошая фраза, правильная фраза, которую приписывают Бенджамину Дизраэли, вы, наверное, её отлично знаете, премьер-министру Британии, который сказал: «У того нет сердца, кто в 16 лет не был либералом, но у того нет головы, кто к 60 годам не стал консерватором». Поэтому сами определите своё место в этой системе координат. Вам сколько лет сейчас?

Зыгарь: Мне 33.

Медведев: Но вот вы, видимо, на пути от либерала к консерватору находитесь. Если говорить серьёзно, то, конечно…

Зыгарь: То есть либеральные реформы уже у нас шестнадцатилетние…

Медведев: Я могу вам сказать прямо: абсолютное большинство предложений, которые формулирует Правительство, носят с точки зрения экономической, подчёркиваю, либеральный характер. Те идеи, которые заложены в Послании Президента, экономические, они по своей экономической природе носят именно либеральный характер, направлены на укрепление свободы предпринимательства и защиту частной собственности. Более того, наши партнёры (я всё-таки свою политическую партию возглавляю) всегда говорят, что у нас Правительство проводит уже опостылевшие либеральные реформы, пора с этим Правительством расстаться. Ну это же постоянная мантра, которая произносится некоторыми нашими партнёрами, в том числе коммунистами и так далее. Поэтому говорить о том, что у нас произошёл какой-то переток, было бы неправильно. Но очевидно, что у каждой эпохи свои символы, и в этом году этими символами являются не те вещи, о которых вы сейчас только что сказали, а несколько другие вещи, которые для страны очень важны. Это действительно так. Это та же самая Олимпиада и тот же самый Крым, поэтому рассуждения на другую тему отступили в сторону. Мне кажется, это нормально.

Медведев: Вам спасибо большое. Надеюсь, что, как сказал, Михаил, не в последний раз.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.