"Что изменится, если перенести Совет Федерации на Луну?" Отвечают сенаторы Починок и Тарло

Здесь и сейчас
21 сентября 2011
Поддержать программу

Комментарии

Скрыть
Гости студии - Александр Починок, сенатор от Краснодарского края, и Евгений Тарло, член Совета Федерации от Тамбовской области, - рассказали, зачем нужен Совет Федерации.

Операция по переводу Валентины Матвиенко на новое место работы благополучно закончилась. Сенаторы дружно выбрали Матвиенко своим начальником, а она ответила несколько двусмысленно.

С одной стороны, новый спикер заявил, что кадровый состав сенаторов прекрасен и никаких революций и чисток не будет. С другой, Матвиенко пообещала ужесточить дисциплину и наказывать сенаторов за плохую посещаемость.

Матвиенко также заявила, что готова подумать о прямых выборах, что звучит вполне революционно. Это может быть устроено так: на выборах регионального парламента появится отдельный бюллетень для сенатора. При такой системе сенатор будет знать, что он едет в Москву на конкретный срок и не зависит от воли губернаторов. Тогда Совет Федерации снова станет качественным фильтром для принимаемых Госдумой законопроектов.

Казнин: Поделитесь впечатлениями от первой речи в качестве главы Сената Валентины Матвиенко. Что, на ваш взгляд, самое главное было сказано, какие изменения вас ждут?

Починок: Валентина Матвиенко сказала то, что должен был сказать сильный руководитель, приходя на новую работу: поднять авторитет палаты, вернуть ее на тот уровень, на которой был, сделать ее эффективной, сделать из Сената не механизм штампования законов, а реально работающую часть парламента, которая абсолютно необходима во всех уважающих себя странах, она работает вот таким вот фильтром, стоком, а во всех уважающих себя странах она сглаживает, устраняет региональные противоречия, защищает регионы. И естественно, она и сказала, как она будет этого добиваться. Там целый ряд четких последовательных шагов как это сделать.

Писпанен: И добьется, как вы считаете?

Починок: Вообще-то на моей памяти то, за что бралась Валентина Ивановна, этого она добивалась.

Казнин: Евгений Георгиевич, а вы как считаете? А нужно вообще вам это, Сенату?

Тарло: Хочу сказать, что, несмотря на разные прогнозы, на разные домыслы, голосование было удивительным, хотя тишина в зале была абсолютная. Голосование оказалось единогласным. Был один человек воздержавшийся - это сама Валентина Ивановна. И это большой показатель, потому что среди членов Совета Федерации, хотя у нас нет фракции, но есть люди различных убеждений, принадлежащих к различным партиям, в том числе и к «Справедливой России», и к другим, и все вместе единогласно проголосовали, тайным голосованием.

Казнин: Все равно это ни о чем хорошем не говорит.

Тарло: Это говорит как раз о хорошем. Это говорит о том, что выбор президента был...

Писпанен: Неужели столько народа могут все одинаково мыслить.

Починок: Все хотят работать.

Тарло: Я сказал бы так, что на атмосферу еще очень повлияло представление, с которым выступил председатель совета министров СССР Николай Иванович Рыжков. Я, если позволят, без употребления бывших, он старейший член Совета Федерации, сенатор, но, несмотря на свой возраст и мудрость, это удивительно ясный ум, четкость, умение сформулировать и привлечь людей.

Писпанен: Давайте все-таки к Валентине Ивановне, жалко время терять.

Тарло: Он очень четко высказался. Хорошо. Я обратил внимание, прежде всего, на другую вещь. Валентина Ивановна поставила как стратегическую задачу децентрализацию управления в стране вообще. Речь идет о переносе центра тяжести от принятия решений и управления из Москвы в регионы. И вот в этом я увидел самое главное. В конце концов, больше, немножко больше там вес, авторитет сенаторов или Сената в системе органов власти. В конце концов, это, скажем так, междусобойчик между нами, Государственной Думой и, допустим, правительством. Можем говорить, вот мы важнее, не важнее, на самом деле это не важно, важно как в стране будет. А для страны, в первую очередь важно, сейчас назрело, об этом горит и президент, и вот об этом, это крупная такая политическая задача, которую озвучила Валентина Ивановна – это децентрализация управления. Это палата регионов, а Сенат наш – это палата регионов, он представляет интересы регионов, воспринято было очень положительно. Ну и конечно те вопросы, о которых говорил мой коллега.

Писпанен: Вы знаете, господа, точно также единогласно как сегодня, вы все приняли Валентину Ивановну в Совете Федерации, точно также единогласно ее провожали из Петербурга, потому что очень многие хотели, чтобы она поскорее оттуда уехала, пошли и массово проголосовали.

Тарло: Многие – это не единогласно. Кто-то хотел, кто-то не хотел.

Писпанен: Но 95% - это практически единогласно.

Тарло: Я не знаю, я не голосовал.

Писпанен: И она сегодня в очередной раз подтвердила, что это были честные выборы. Уж не будем говорить, какие были до этого выборы в городе, видимо никто не знает точно, но вот эти были.

Тарло: Ах, вы имеете в виду выборы…

Писпанен: Да.

Тарло: Да, конечно. В этом смысле да.

Писпанен: И все были единогласны. И вот это опять же, возвращаясь к тому, Александр Петрович, что вы сказали, что все, чем он занималась, все было сделано на отлично. Очень многие питерцы поспорили бы с вами.

Починок: Не на отлично. Я еще раз говорю, я с ней работал много лет в социалке и там у нас вы помните, что было. Были провалы, были сложности, были забастовки...

Писпанен: Ровно то, что сейчас в Петербурге.

Починок: …Были голодовки, все это было. Но, я еще раз говорю, не все вопросы, которые тогда были, она решала. При ней, нам удалось действительно в стране безработицу уменьшить, на минуточку, на 60% - это реальный факт. Резко, тогда резко были подняты пенсии от полного нуля. Я напомню, что как раз в то время вот такие журналисты как вы меня мучили и говорили, а мы тогда первый шажок сделали, социальный блок, объявили, что пенсии поднимутся с 70 до 110 долларов. И журналисты говорили: «110 долларов это как же много, этого же не может быть». А сейчас эти пенсии кажутся совершенно ничтожными, да, они и сейчас недостаточны, но прогресс тогда был, и так далее, и так далее.

Писпанен: Но к пенсии мы вернемся и, конечно же, поговорим буквально через пару минут об этом. Дима точно подметил, вот вы говорите, она пришла и пообещала, что теперь все будете работать. А что же вы тогда делали до этого?

Починок: В Совете Федерации были разные периоды. Были периоды, когда он был очень сильной палатой, были периоды, когда он был послабее. Но, действительно, в последнее время, даже по той же самой статистике, смотрите, из 160 законов Совет Федерации отвергает там 2-3, из полсотни его инициатив проходят опять-таки несколько штук, это не есть хорошо. Это не показатель отличной работы на подготовке, это показатель дырок в законах, тем более, что мы к ним все время потом возвращаемся. Мы не успевали это остановить, не могли это остановить. Сил не было.

Тарло: Был еще очень важный вопрос, на который Валентин Ивановна обратила внимание, это то, что она заявила в своей речи о том, что она будет готовить, сама будет готовить законодательную инициативу об изменении порядка формирования Совета Федерации, с точки зрения повышения гарантий членов Совета Федерации от неких произвольных, возможных, в зависимости от решений региональных органов, отзывов и так далее.

Писпанен: То есть, чтобы не случилось то, что случилось с Мироновым?

Тарло: Нет.

Починок: С любым.

Тарло: Мы говорим сейчас не о том, что случилось с кем-то…

Писпанен: Мы не говорим конкретно о Миронове, мы говорим о ситуации.

Казнин: Пример.

Тарло: Миронов был долгие годы председателем Совета Федерации, достойным, хорошим председателем, он выполнял свою функцию. После того и произошла ротация, избран новый, это новый председатель Совета Федерации. Прекрасно. Это нормальная ситуация. Это не пожизненная должность. Давайте вспомним вот этот, когда людей из политбюро увозили на катафалке.

Писпанен: Нет, давайте лучше не будем вспоминать.

Тарло: Почему? Вы помните? Когда увозили на катафалке хоронить.

Писпанен: Я прекрасно помню и не хочу вспоминать.

Тарло: Нет? Нормально. Человек вернулся, ни куда-нибудь, он вернулся в политику, в большую политику, но с одной должности на другую должность.

Починок: Все правильно. Чтобы не было как с Громовым, чтобы не было как с другими любыми сенаторами. Все-таки, Сергей Миронов почти десятилетие проработал. Были случаи, когда сенатор уходил буквально через считанные недели, это непорядок. Я, не применительно ко мне, ни в коем случае, это я просто хочу, чтобы человек, представляющий, два человека, представляющих Краснодарский край, были твердо уверены, что они защищены и могут отстаивать интересы того же самого края совершенно спокойно.

Тарло: Правильно, как и всей страны.

Починок: И всей страны, как депутаты Думы. Просто у палаты подразделение есть небольшое. Госдум все-таки политическая, там политические партии, а у нас деятельность фракций запрещена – это палата регионов.

Казнин: Можно я перечислю, буквально, можно даже не отвечать, вопросы, которые приходят вам от наших зрителей?

Тарло: Мы ответим.

Казнин: Может быть, и ответите. Я перечислю их. Во-первых, спрашивают, много ли людей знают, что например, вы, много ли краснодарцев знают, что вы сенатор от Краснодарского края?

Починок: Я думаю большинство.

Казнин: Что изменится, если перенести Совет Федерации на Луну?

Починок: На самом деле изменится много, потому что без Совета Федерации нельзя принимать ни одного закона. Без Совета Федерации нельзя решать вопросы войны и мира, и так далее, и так далее, и так далее.

Писпанен: Почему? А если бы не было сейчас Совета Федерации, ну Госдума бы принимала закон, например.

Казнин: Вот положа руку на Библию...

Тарло: Знаете, точно также можно задать вопрос, а что бы делали, ну, убрать Думу, ее на Марс…

Казнин: Так сейчас, к сожалению…

Тарло: А что изменится? Изменится очень многое.

Писпанен: Там все равно не место для дискуссий.

Починок: Так вот то-то и оно, что парламент должен быть местом для дискуссий. Когда вот так вот говорят, что парламент – не место для дискуссий, это убивает все основы парламентаризма.

Казнин: Мы все хотим, чтобы он был местом для дискуссии и Нижняя, и Верхняя палата.

Починок: Вот этого и мы хотим, и этого хочет Матвиенко.

Писпанен: А может быть, их там нет?

Тарло: Да вы что? Вы приходите к нам на заседание да послушайте.

Писпанен: Ходили, смотрели.

Тарло: У нас баталии бывают по разным вопросам.

Казнин: Скажите, ведь независимый парламент любой, Нижняя, Верхняя палата, мы сейчас говорим про Сенат, это в первую очередь, какой показатель, если вы выступаете против каких-либо решений, которые вам идут из Госдумы?

Починок: Нет, не против принятых решений, а если мы вносим изменения в то что нам предлагают, добиваемся, отстаиваем вои идеи, заставляем изменить тексты законов, совершено верно, я с вами согласен. И поэтому Валентина Ивановна делает простейшую вещь: она смотрит - 160 сенаторов, 30 комитетов и комиссий, по 5 человек на комитет и комиссию. Даже чисто теоретически один в командировку уехал, один заболел, а какое серьезное обсуждение получается. Именно поэтому она говорит...

Писпанен: А зачем такое огромное количество комитетов?

Починок: Вот. Естественно. Об этом и…

Казнин: А почему вы до этого не встали, например, и не сказали, зачем нам столько комитетов? Чем мы тут занимаемся с вами, господа?

Тарло: Чем занимаемся? Приходите на заседание комитета, вы увидите, чем занимаемся.

Казнин: Почему эти вопросы не ставились сенаторами до этого? Почему должна Матвиенко придти, которая вообще никогда не имела дело с Советом Федерации?

Починок: Ставились, ставились все эти вопросы, но не решались. Я просто надеюсь, что с ней они будут решаться. Потому что на самом деле, любая комиссия, давайте посмотрим, чем занимается та же самая комиссия по вопросам гражданского общества, в которую я вхожу. Как мы пробивали льготы для социально ориентированных НКО, вообще термин «социально-ориентированные некоммерческие организации» появился фактически в законодательстве только вот в этом году, это была огромная работа. Создавали движение очень крупное международное по борьбе с нацизмом, это тоже очень важно. Комиссия по ЖКХ, у нее полно вопросов.

Писпанен: Для этого нужно так много народа, объясните?

Починок: А?

Писпанен: Для этого и нужно такое количество комиссий?

Починок: Нет, нет. Я как раз говорю, что можно ограничиться гораздо меньшим количеством комиссий и при этом они будут гораздо эффективнее работать.

Казнин: Вы за выборность?

Починок: В Думе, кстати, тоже. Те, кто говорили против сокращения количества, говорили, посмотрите на Думу, там тот же состав, только, на минуточку, в думе 450 депутатов, и то, положа руку на сердце, из них работают далеко не все, мы прекрасно знаем. И у нас то же самое.

Тарло: Нет. У нас не то же самое, у нас 166 членов Совета Федерации, и каждый из них участвует в работе…

Писпанен: И 30 комитетов.

Тарло: Нет. Каждый из них работает в одной работе одного комитета и одной или двух комиссиях. Они по разным вопросам. Поэтому, арифметически разделить это неправильно, совершенно. Потому что каждый член Совета Федерации работает, минимум, в одном комитете, и в одной или двух комиссиях, которые создаются по ряду вопросов.

Казнин: А вы все посещаете заседания?

Починок: Да.

Тарло: Конечно.

Казнин: Все, каждый?

Починок: Да.

Писпанен: А почему тогда Валентина Ивановна говорит «прогульщики»?

Починок: Я отвечаю за себя, пошли, проверили. Проверяем комитет по бюджету, комиссия по гражданскому обществу, пошли, проверим.

Тарло: Не все посещают. Я, например, о том, что у нас были некоторые сенаторы, узнал только из газет, когда их отозвали, четно говоря.

Писпанен: Вот.

Казнин: А вы готовы выбираться сенаторами?

Починок: Да, конечно. В этом то и проблема, что не было сенаторов, про которых даже свои коллеги не знают и должны быть выборы. Причем, можно посмотреть какие. Я бы с удовольствием согласился с тем, чтобы были прямые выборы. Осмелюсь напомнить, что первый раз в парламент я попал по национальному как раз округу. Был округ половина Челябинской области, это была самая интересна работа и самая полезная и как раз наибольший контакт с избирателями.

Тарло: Я за изменение порядка, но насчет прямых выборов, есть вопрос. Потому что прямые выборы палаты, это немножко другое, поэтому, может быть, должна быть специфика выборов, хотя я не против прямых выборов. Мы и так сейчас в них участвуем на самом деле, в списках партийных.

Писпанен: Я думаю, что если это и будет, вы же сами понимаете, что это будет, скорее всего не скоро. Поэтому…

Тарло: Почему не скоро? Это может быть очень быстро.

Писпанен: Когда?

Тарло: Это может быть очень быстро, это может быть через несколько месяцев.

Писпанен: Это достаточно воли Валентин Ивановны?

Казнин: Через несколько месяцев.

Тарло: Это не достаточно воли, это нужно подготовить законопроект, согласовать, направить в Государственную Думу. Государственная Дума может принять его за пару месяцев, например, в трех чтениях. То есть, это реально вполне.

Писпанен: Все понятно. Будем ждать и смотреть.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия