Член Общественной палаты обещает защитить Марию Баронову от органов опеки

Здесь и сейчас
29 июня 2012
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Павел Лобков

Комментарии

Скрыть
Марии Бароновой готов помочь правозащитник из Общественной палаты. Борис Альтшуллер, руководитель фонда «Право ребенка», уверен, что органы опеки пришли к оппозиционной активистке, чтобы оказать на нее давление.
Сама Мария Баронова рассказала ДОЖДЮ, как под предлогом заботы о ребенке против нее настраивают соседей. С подробностями Елена Шмараева.

Шмараева: После того, как гражданской активистке Марии Бароновой предъявили обвинение в организации беспорядков на Болотной площади 6 мая, к ней домой пришли из органов опеки.

Как сама Баронова рассказала ДОЖДЮ, у трех представителей социальной службы не было при себе документов, но было много вопросов. Она впустила их в свою квартиру, показала детскую, где живет ее пятилетний сын Александр, и другие комнаты. Среди основных претензий к Бароновой было то, что она курит, а сын читает книжки на английском языке.

Баронова: Они начали смотреть книжки, достали одну, и тут они понимают, что книжка на каком-то непонятном языке. И начинается: «А что делает у вас эта книжка?» - «Ну как, он ходит в один детский садик, во второй детский садик». «А, понятно-понятно, а в какие?», – и начинают записывать. Говорю: «Простите, а вы кто? Вы так и не представились. Вы сказали, что просто поговорите, убедитесь, что все нормально и уйдете. Видите, вот детская комната, по-моему, вполне нормальные условия для ребенка». «А это что такое?». Говорю: «Это скрипка». Начинается: «Где он на скрипку ходит, зачем он на скрипку ходит. А, ну понятно, вы все врете». Начинаются просто претензии за претензией. 

Активистка сравнивает себя с Евгенией Чириковой: к защитнице Химкинского леса тоже зачастили из органов опеки, когда она активно занялась политикой.

Баронова: Мне очень обидна история Евгении Чириковой, они год просто откровенно травили ее. История была дичайшая, я ее наблюдала и думала: боже мой, если со мной когда-то такое случится, я не знаю, что. Когда эта история случилась в первый раз, я просто хотела взять лом и пойти за Евгению Чирикову кому-нибудь отомстить. Потом я успокоилась, но весь год я была в дичайшем состоянии – как так можно? Я никогда не могла представить, что ко мне когда-то, через достаточно непродолжительное время, будут применены те же самые методы. 

Настойчивые дамы из опеки сказали Бароновой, что на нее пожаловались соседи. Сама активистка считает, что единственная заявительница - это недавно появившаяся в доме женщина, которая может сотрудничать с оперативниками и жаловаться по их указанию.

Баронова: Входит дама, которая вселилась неделю назад в мой подъезд, и естественно, не видела ребенка, потому что ребенок был спрятан, начиная с момента обысков. Она просто занимается тем, что травит соседей и меня. Причем, соседей она начала травить даже их детьми, говорить: ах, вы не хотите рассказывать про эту мамочку жестокую, я видела, как она била ребенка несколько дней назад (ребенка не было в этот момент нигде, поэтому непонятно, как она могла это видеть), я тогда и на вас напишу, у вас ребенок тут плачет, я слышала. 

Правозащитники склонны верить Бароновой: «Давление на оппозицию с помощью органов опеки - распространенный прием», - говорит руководитель фонда «Право ребенка» Борис Альтшуллер.

Альтшуллер: Если никого не будет – ни нас, ни вас, СМИ, ни Общественной палаты, общественников и т.д., конечно, могут расправиться элементарно, в два счета, под любым предлогом, был бы заказ. Заказ, видимо, есть. В Самарской области, у такой женщины с ребеночком, которая разоблачала там всякую коррупцию, стали отбирать детей. Оказалось достаточно одного звонка в орган опеки, чтобы они все-таки оставили ее в покое, потому что они прекрасно понимают, что превышение их служебных обязанностей – это тоже ответственность, может быть, даже уголовная.

В интервью ДОЖДЮ Борис Альтшуллер, который является также членом Общественной палаты, заявил, что готов помочь Марии Бароновой, и выяснить у органов опеки, какие они имеют претензии к молодой матери. Альтшуллер говорит, что правоохранительные органы, как правило, склоняют органы опеки к такому сотрудничеству через региональные власти: в данном случае, московские или окружные. Но до лишения родительских прав обычно не доходит, как только такой случай предается огласке.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.