Чем авторитарнее система, тем больше она любит непрямые выборы. Зачем в России отменяют выборы мэров крупных городов

Здесь и сейчас
16 апреля 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Стартовала реформа системы муниципального самоуправления. Накануне Госдума приняла в первом чтении законопроект, который полностью изменит систему власти в крупных российских городах.

Там фактически будут отменены выборы мэром и городских советов, зато возможности муниципальных депутатов окажутся практически безграничными. В сути реформы разбирался Лев Пархоменко.

А в студии ДОЖДЯ Михаил Емельянов, заместитель руководителя фракции «Справедливая Россия» и по телефону заместитель председателя Госдумы, единоросс Борис Резник.

Лобков: У меня вопрос, не имеющий отношения к политике. Когда система выборов становится невероятно сложной, запутанной:  по сути дела, здесь мы имеем дело с системой выборщиков, как в Америке, люди выбирают выборщиков, выборщики выбирают выборщиков второго порядка. И при этом желание ходить на выборы пропадает совершенно, а партия, проводящая более-менее скоординированную политику, например, «Единая Россия», при условиях низкой явки автоматически получает все места.

Емельянов:  Вы отчасти правы, хотя я думаю, проблема не в явке. По моим ощущениям, явка может быть и больше, потому что округа становятся маленькими  при выборах в районные думы. Человек может привести своих друзей, знакомых, которые придут не по политическим соображениям, а по личным. «Мы за дядю Петю, который живет в этом доме 25 лет, придем голосовать». Но проблема в другом, о чем отчасти сказал ваш коллега – непрямые выборы всегда менее демократичны, чем прямые выборы. А это реформа не только решает возможности прямых выборов мэров и исполнительной ветви власти, но даже депутатов городов и сел. Непрямые выборы всегда появляются на определенном историческом этапе развития. Если брать царскую Россию, период, который историки всегда называли ареакцией (ступенчатые выборы). При советской власти это было в ту эпоху, которая называлась диктатура пролетариата. Когда нужно отфильтровать волю избирателей, тогда выстраивается такая система.

Лобков: К Борису Резнику хочется обратиться.

Резник: Меня менее всего волнует политическая составляющая этого законопроекта. Дело в том, что власть без денег иллюзорна. Здесь будет опасность размывания городского бюджета. У нас по Хабаровску пять районов, реальные деньги должны выделяться в районы. Если сегодня консолидированный бюджет и городская власть знает, где какие серьезные проблемы, то может сконцентрировать средства и вложить, то районная будет иметь гораздо меньше денег. Второе обстоятельство : имущество, земля – все будет принадлежать районам. И районы, к сожалению, должны иметь аппараты. Мы опять бюрократов разведем. Огромное число новых людей должно управлять этими активами, которые сегодня сконцентрированы в городе. Один комитет по имущественным отношениям, а теперь будет пять.

Таратута: Хотела схватиться за вашу реплику про то, что политические аспекты внесенного в Госдуму законопроекта вас не очень волнуют.

Резник: Это вторично.

Таратута: Давайте поговорим о вторичном. По сути, ликвидация прямого волеизъявления при выборах мэров, мне кажется, вас должно…

Резник: Это не есть хорошо, я это тоже не поддерживаю. Но считаю, что гораздо опаснее размывание средств, размазывание каши по тарелке.

Лобков: В чем причина появления такого закона? Есть версия, что власти испугались синдрома Урлашова-Ройзмана, когда зачастую на выборах мэра к власти приходят непредсказуемые люди, с которыми нужно договариваться. Решили максимальное количество фильтров поставить.

Емельянов: Для меня цель принятия этого закона – тоже большая загадка. Никто не объяснил мне ее. У меня ощущение, что стало модно делать всякие реформы и кому-то захотелось сделать очередную реформу. Потому что большое число депутатов на самом деле избрать сложнее, чем 25 или 35, как сейчас, в городских думах. Самое главное – контролировать их и управлять ими тоже намного сложнее. Потому что как это работают сейчас мэры со своими депутатами? 25 человек – в  основном, бизнес – каждого погладят, прикормят, успокоят, и  вроде бы все управляемы. Но когда приходит такая большая команда, это же будет порядка 200-300 депутатов на территории города, работать с ними чрезвычайно сложно. Я напомню, что когда 20 лет назад избавлялись от советской системы, то аргументы были именно такие: огромное число депутатов советов – городских, районных, управлять ими невозможно,  полный хаос, ситуация не управляемая, сделаем маленькие, компактные думы  и будем ими управлять. Теперь они переходят к совершенно противоположной модели, им кажется, создав такую ступенчатую систему, увеличив число депутатов, будет легче провести своих людей. Но это зависит от социально-экономической ситуации. Если она вдруг возникнет такая, как в конце 80-х, я не уверен, что эта система будет работать в пользу ее авторов и тех политических целей, которые они, может быть, задумали.

Таратута: Борис, можно я вам задам еще один вопрос. Вы последовательно выступаете против неких инициатив в своей партии. До какого момента вам это будут позволять, как вам кажется?

Резник: Мне не надо ничего позволять, я сам имею свое мнение. И пока моя партия, слава Богу, очень терпимо относится к моему мнению.

Таратута: К тому, что у вас есть свое мнение.

Резник: Во всяком случае, меня не подвергают никаким репрессиям, я голосую так, как мне подсказывает мой опыт и моя совесть.

Таратута: Я имею в виду, что ваши расхождения с некоторыми партийными догмами по каким-то скандальным и громким поводам бросается в глаза.

Резник: Я вам ответил. Каждый выбирает для себя.

Лобков: А может быть такой вариант, что это некая защита от конфликтов мэров с губернаторами. Потому что конфликт мэра с губернатором – та классика, которая сотрясала страну вторую половину 90-х и все 2000-е годы.

Резник: Мне кажется, что в конфликтах мэра с губернаторами была своеобразная польза, потому что когда в поисках истины были схлесты такие, иногда рождалась истина  в этих противостояниях, когда конфликт не переходил границы деловых споров. В том же Хабаровском крае был бюджет, который должен был учитывать нужды отдаленный районов, где не хватало на самое необходимое, а город жил побогаче. У города забирали, отдавали в эти отдаленные районы, город был недоволен, возникали конфликты. Они здоровые, по-моему, нормальные.

Лобков: А когда в эти конфликты еще вмешивается сити-менеджер, который никем не избран, а назначен некой конкурсной комиссией, то тут такой простор для интриг открывается, что даже те, кто этот закон предлагали, не могут оценить всей салтыковощедринщины, что в каждом городе может возникнуть в связи с этим.

Резник: Может возникнуть, а может и не возникнуть. Все зависит от людей, их подготовки и от тех ресурсов, которыми они обладают. Если достаточно средств, чтобы управлять и решать проблемы, заглядывать в будущее и стимулировать приближение этого будущего – это одна ситуация. Когда денег не будет хватать, на пустом месте будут возникать конфликты.

Таратута: Михаил, вы хотели что-то добавить к проблеме конфликта между губернатором и мэром.

Емельянов: Если бы закон был направлен на снятие конфликтов, скорее всего, он бы шел в другом ключе. И областная администрация получила бы больше полномочий в отношении местного самоуправления. Но сейчас, наоборот, благодаря такой системе многоступенчатого избрания, у губернатора гораздо меньше возможностей влиять на этот процесс. Поэтому с этой точки зрения устранения хаоса, по-моему, этот законопроект его только увеличивает.

Лобков: А сити-менеджер?

Емельянов: Еще и сити-менеджер. То есть глава, сити-менеджер, огромное число депутатов – как они будут разбираться между собой, я плохо понимаю.

 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.