Бывший сотрудник «ЮТэйр»: Авиакатастрофа никак не повлияет на репутацию компании

Здесь и сейчас
2 апреля 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Катастрофа произошла в аэропорту «Рощино» сегодня рано утром. На борту самолета находились 43 человека, выжили 12, все они сейчас находятся в больницах Тюмени. Лайнером управлял очень молодой экипаж. Первый пилот не дожил одного дня до своего 28-летия, второму было 24 года.

Уже известно, что семьи погибших получат компенсации в размере полутора миллионов рублей, выжившие – по полмиллиона. 4, 5 и 6 апреля в Тюменской области объявлены днями траура. Между тем уже сегодня в Госдуме начали обсуждать изменение законодательства об авиаперевозках.

Трагедия в Тюмени, скорее всего, ударит по всему авиарынку России. Именно «ЮТэйр», третью по величине авиакомпанию России после «Аэрофлота» и «Трансаэро», считали основным претендентом на то, чтобы стать официальным перевозчиком московской мэрии и даже готовили переезд компании во «Внуково». «ЮТэйр» традиционно связывают с мэром Москвы Сергеем Собяниным – еще со времен его губернаторства в Тюмени. Расцвет перевозчика пришелся на тот период, когда Собянин возглавлял Администрацию президента в середине нулевых. А после того, как Сергей Собянин переехал в кабинет на Тверской, 13, именно тюменскому перевозчику достались активы принадлежащей городу авиакомпании «Москва».

О том, что могло стать причиной катастрофы, и тонкости бизнеса компании «ЮТэйр» обсудили с бывшим сотрудником авиакомпании Игорем Блиновым. 

Писпанен: Версия обледенения, недостаточно хорошо обработан был самолет, похожа на правду?

Блинов: Ближе к вечеру появляются новые и новые версии, склоняются то к одной, то к другой, раньше говорили о том, что самолет, якобы, вообще не был обработан противообледенительной жидкостью, сейчас говорят, что недостаточно обработан. Где, все-таки, правда, - разберется комиссия, которая, судя по состоянию бортовых самописцев, они в достаточно нормальном состоянии, их достаточно быстро прочитают, наверняка, расшифруют.

Я владею той же информацией, что и вы, и сказать о том, что эта версия приоритетна или нет, я не могу. Единственное, что я могу сказать, по моему глубокому мнению, что вины экипажа здесь нет никакой.

Писпанен: Вы можете, как бывший сотрудник этой компании, ЮТэйр я имею ввиду, сказать, что это за самолет?

Блинов: Я техническую сторону, наверное, комментировать бы не стал, потому что я не владею, как говорится, материальной частью. Вообще, продукция ATR, она, естественно, известна по всему миру, эти самолеты летают по всему миру, они в эксплуатации находятся более 20 лет, и за все это время, опять же, судя по тем данным, которые в открытых источниках фигурируют, это 14 происшествие с участием ATR-72.

Писпанен: То есть, парк хороший в принципе у авиакомпании ЮТэйр?

Блинов: У авиакомпании – да, в бытность еще моей работы, это были середина 2000-х годов, компания проводила тендер на замену, на тот момент летающих, самолетов Ан-24, то есть, это среднемагистральные воздушные суда. В этом тендере участвовал в том числе и ATR, и другие производители воздушных судов. Но, видимо, итоги тендера были подведены таким образом, что ATR через какое-то время начал поставлять эти самолеты в компанию.

Этих воздушных судов - ATR-72-200, их вообще было 3 в авиакомпании, судя по информации, которая размещена на официальном сайте. Сейчас их осталось 2, и 15 ATRов, это модификации 500, то есть, там немножко дальше дальность полета, и немного увеличенное количество пассажиров может брать самолет на борт.

Казнин: Сообщение о катастрофе вас удивило? Можно было ожидать такого?

Блинов: Такие вещи всегда узнаются, после чего возникает шок. Я ехал в машине за рулем, слушал радио, это было утром сегодня, и когда прозвучала информация о том, что в Тюмени разбился самолет, первое, что пришло в голову, - это компания ЮТэйр. И дальше эта информация подтвердилась. Вдвойне я был удивлен и шокирован тем, что зная компанию изнутри, зная отношение менеджмента компании к поддержанию летной годности, к проведению технических регламентов, обслуживание, замены; зная, какие силы и средства тратились и, наверняка, продолжают тратиться еще больше на все эти работы, для меня это, честно говоря, было…

Писпанен: То есть, нельзя обвинить компанию в халатности по отношению к техническому состоянию? Сегодня же ведь тоже был второй инцидент тоже с самолетом авиакомпании ЮТэйр, только с Боингом уже.

Блинов: Я, честно говоря, не владею этой информацией, да, читал, что он не смог вылететь. Знаете, такие события, как неготовность взлететь, экипаж говорит, что он не готов, такие события происходят достаточно регулярно, это не связано с ЮТэйр, здесь просто роковое стечение обстоятельств.

Казнин: Повлияет ли, на ваш взгляд, на судьбу компании эта катастрофа?

Блинов: То, о чем вы говорили, политический момент, вы знаете, я думаю, по большому счету, нет, если это действительно так, как мы предполагаем, я думаю, что по большому счету – нет. Потому что вот такие единичные случаи, я подчеркиваю, единичные случаи – они, наверное, не способны людей понимающих, реально оценивающих ситуацию в нашей авиационной отрасли, не способны отказаться от пользования услугами того или иного перевозчика. Компания работала и будет работать. Я думаю, что она дальше будет развиваться, а какая ее перспектива ожидает в ближайшее время – будет она перевозчиком официальным, не будет она официальным перевозчиком…

Писпанен: Может оказаться виноватой не компания, например, а аэропорт выпустивший?

Блинов: Вы знаете, нужно сначала узнать реальную причину происшествия. Если это связано, все-таки, с необработкой фюзеляжа и элементов управления, то, конечно, будут прежде всего, вопросы: почему не обработали? Но у себя в родном регионе, в Тюмени, в базовом аэропорте – чтобы компания и экипаж шел на такой риск, для меня это, честно говоря, удивительно.

Казнин: Когда вы работали в компании – случались ЧП? И как на это реагировало руководство?

Блинов: ЧП происходят постоянно и у всех перевозчиков, имеется ввиду - инциденты. Не говорю сейчас об авиационных происшествиях, тем более, с жертвами. Вы это имеете ввиду?

Казнин: Всякое может быть: выкатился с взлетной полосы, например.

Писпанен: Есть авиакомпании, которые уже зарекомендовали себя постоянными ЧП, то задержки рейсов, то какие-то поломки бесконечные.

Блинов: Ну, безусловно, такие нештатные ситуации – они происходили. Несколько лет назад, по-моему, в 2005 году, был инцидент, совершенно другая ситуация, самолет садился в «Кольцово», это Екатеринбург, в аэропорту - без двигателя вообще. У него просто кончилось топливо. На подлете за 15 км до аэропорта, до аэродрома, у самолета встали оба двигателя, это был самолет Ан-24. И экипажу хватило навыков, мужества – посадить самолет без единой жертвы, без ущерба для самого воздушного судна, наземным службам.

Казнин: Это ЮТэйр?

Блинов: Ну, да, это был ЮТэйр.

Казнин: А люди знали о том, что они садятся таким образом?

Блинов: Ну, как вы думаете, если человек летит, винты шумят, а дальше они останавливаются и в иллюминатор видно, что винты стоят слева и справа? Здесь причиной послужила неисправность датчика, который показывает уровень топлива, там какая-то не экономия была, потому что это сомнительная экономия, а это проблема была именно с датчиком, который вовремя не обнаружили.

Казнин: Авиапарк в российских компаниях действительно настолько изношен, что катастрофы или различные проблемы могут возникать, ну, в принципе, часто, и этого надо ожидать?

Блинов: На таком парке, на котором летают в России, летают по всему миру. У авиаторов есть такое понятие, что самолетов старых не бывает в принципе. Даже если этому ATRу было больше 10 лет, 10 лет для самолета – это ничто. 20 лет назад эти самолеты начали только эксплуатироваться. Он 92 года, ему 20 лет. 20 лет – это детский сад, понимаете? Самолеты летают и по 30, и по 40 лет. Здесь не нужно проводить параллель, будет некорректное сравнение с подержанным автомобилем, к примеру, потому что мы можем поехать на ТО, а можем и не поехать на ТО, мы можем поменять какой-то датчик или какой-то узел, а можем и не менять его. А самолет в небо никто не выпустит, если он обязательный check не пройдет.

Казнин: Почему тогда 20% авиакатастроф от общего количества мировых – в России?

Блинов: Всегда говорят: человеческий фактор, не человеческий фактор, - все причины кроются на Земле. Либо это какие-то наземные службы, либо это технические службы, которые проводили регламентные работы по ремонту этого самолета, когда-то в свое время, может, не доучили пилота в летном училище.

Я не о данном случае говорю. Я говорю в принципе. Где-то не досмотрели, где-то не доучили. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.