Бывший секретарь ЦК КПСС Олег Бакланов: называйте революцию как хотите, главное не искажайте историю

Здесь и сейчас
7 ноября 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

По Москве сегодня прошлись левые силы. Причем те, кому дорога память Октябрьской революции – разделились на несколько лагерей. Сторонники КПРФ – пришли на согласованный митинг на Пушкинской площади, а потом двинулись шествием до Театральной площади. Таких оказалось около трех тысяч человек.

Несистемные «левые» разрешения мэрии на свое, альтернативное шествие не получили, но все равно попробовали его провести. Активисты «Левого фронта» собрались на Тверском бульваре, сначала недолго постояли у памятника Тимирязеву, а потом группа примерно из 250‑ти человек пошла в сторону Пушкинской площади – молча и без транспарантов. В результате пять человек оказались в отделениях.

Еще порядка ста человек также неофициально попытались устроить акцию протеста прямо на станции метро Баррикадная. За это мероприятие отвечало движение «РОТ Фронт». И активистов весьма оперативно задержали и доставили в полицейские участки.

Кто и что отмечал? В чем заключается современная левая идея, если представители левого движения с удовольствием ходят на русские марши? На этот вопрос ответили в программе Макеева участники несанкционированного шествия по бульварам.

Годовщину революции левые отмечали на фоне обсуждения единой концепции учебника истории. В нем события 1917 года предлагают переименовать и называть «Великой Русской Революцией», по примеру Франции. Об отношении к этому дню мы поговорили с Олегом Баклановым, бывшим секретарем ЦК КПСС, бывшим министром общего машиностроения СССР, бывшим членом ГКЧП.

Дзядко: Мне сперва хотелось бы услышать ваше мнение. В концепции нового учебника истории, который сейчас обсуждается и утверждается, содержится формулировка «Великая русская революция». Как вы отнесетесь к тому, что вместо буржуазной февральской революции, Великой Октябрьской революции появится один термин, одно наименования?

Бакланов: Я думаю, что не в этом суть вопроса, как будет называться, а суть вопроса в содержании. А содержание не надо искажать. Надо придерживаться той формулировки, когда происходили те события. Я был как-то в Париже и там, где расстреливали коммунар, так называется это место. В этих отношениях надо быть очень аккуратными и уважать историю. Не надо искажать историю – моя позиция. Я сегодня был со своими друзьями на кладбище, где похоронена моя супруга. Она ушла из жизни, поскольку у нее было подорвано сердце. Надо всегда не отрываться от земли. У нас история, мы помним 1812 год, когда вся демократическая Европа явилась во главе с Наполеоном, пытались навести порядок по-европейски. Мы помним прекрасно 1941-45 годы, когда вся опять демократическая Европа явилась во главе с Адольфом Гитлером и попыталась навести свой порядок. Там были не только немцы, но и французы, которые…

Дзядко: Прошу прощения, что вас перебиваю, у меня вопрос именно по сегодняшнему дню, по тому, что сегодня отмечается, и насколько, на ваш взгляд, люди понимают, что они сегодня отмечают. Потому что ситуация ведь получается парадоксальная. С одной стороны, как будто бы сегодня отмечают годовщину парада 7 ноября 1941 года на Красной площади, с другой стороны, отмечают очередную годовщину…

Кремер: При этом не отмечают, в годовщину чего проводился этот парад в 1941 году. Поэтому получается какая-то лицемерная история с этим праздником. Вам не кажется?

Бакланов: Мне ничего не кажется, я просто не люблю, когда меня перебивают и навязывают свою быструю речь, которая уже как-то запрограммирована.

Дзядко: У меня, честное слово, ничего не запрограммировано, я вам задаю вопрос.

Бакланов: А я вам отвечаю на ваш вопрос. Но вы же не слышите?

Кремер: Мы слышим.

Дзядко: Мы вас внимательно слушаем.

Бакланов: Я вам сказал, чем я сегодня занимался. Это вас интересует или нет?

Кремер: Мы бы хотели про сегодняшнюю годовщину и про то, что сегодня празднуется в стране. И нет ли лицемерия в том, что сегодня празднуется годовщина парада 1941 года, а в какую годовщину проводился этот парад, не озвучивается.

Бакланов: Я не хочу давать оценки, я говорю о себе. А вы хотите давать оценки. Я не готов к такой полемике – давать оценки. Я вам сказал свою историю. Если она вам интересна, вы ее озвучьте, если неинтересна – давайте прекратим эти споры.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.