«Было что-то вроде Ходынки». Президентский совет обвинил МВД в беспорядках на Болотной

Здесь и сейчас
1 февраля 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Комментарии доступны только подписчикам.
Оформить подписку

Массовых беспорядков на Болотной не было, полицейские провоцировали оппозицию. Президентский совет по правам человека   подготовил своё расследование событий 6 мая.

Опубликовать этот документ должны на днях. А главный вывод доклада – всех арестованных по Болотному делу необходимо отпустить на свободу. Правда, не все в Президентском совете поддерживают эти выводы. Подробности выясняла Маргарита Журавлёва.

Журавлева: Рабочая группа совета при президенте изучила обстоятельства произошедшего 6 мая. По их мнению, в столкновениях демонстрантов и полиции, которые Следственный комитет квалифицирует как массовые беспорядки, виноваты правоохранительные органы. Некоторые из правозащитников сами были в тот день на Болотной площади. В том числе профессор Высшей школы экономики Илья Шаблинский, который рассказал нам, почему они решили провести собственное расследование.

Илья Шаблинский, член СПЧ: Основанием для подготовки такого заявления было обращение в Совет родственницы Сергея Кривова, который в течение 40 дней голодал. В основе тех оценок, которые в этом заявлении, лежат оценки участников тех членов Совета, которые были в тот день на Болотной. Я там был, отчасти это и мои оценки, я там попал в эту чудовищную давку. Накануне я смотрел схему, которая была опубликована на сайте МВД, я был уверен, что я спокойно пройду к скверу. В итоге там оказалось узкое пространство, которое тоже закрыли рамками. В итоге те, кто подходил сзади, продолжали давить. С точки зрения того, в чём обвиняют Кривова и других обвиняемых, они были в вынужденном  положении: сзади напирала толпа, а впереди были эти ограждения. Люди действовали вынужденно, уж точно их действия не соответствовали составу массовых беспорядков, который имеется в статье 212, речь идёт о беспорядках, сопровождавшихся  насилием, погромами, поджогами, применением оружия, взрывчатых веществ. Ничего подобного не было.

Заявление обсуждали на этой неделе. «За» – проголосовали 25 человек. Для того чтобы считать документ заявлением совета нужен 31 голос, сейчас он считается заключением рабочей группы.

Те, кто не согласны с требованиями – такие тоже есть – в основном упирают на то, что в толпе были люди, которые хотели столкновений, оттуда летели дымовые шашки и файеры.

Другой член совета по правам человека, глава правозащитной организации Агора Павел Чиков согласен с выводами рабочей группы. И по его словам, сейчас сложно сказать, как в суде будут доказывать факт массовых беспорядков, потому что в нашей стране нет сложившейся практики по 212-й статье. За последние 10 лет таких событий было не больше десяти. 

Единственными образцовыми массовыми беспорядками, как выразился Чиков, можно считать события в Москве летом 2002 года, когда после матча Россия – Япония разъяренные болельщики собрались на Манежной площади. В тот день пострадали 75 человек, один скончался от ножевых ранений. Сломали 8 таксофонов, разбили 36 витрин, несколько троллейбусов. Повредили 107 машин, из них шесть – перевернули, семь сожгли.

Следующий эпизод российской истории, признанный массовыми беспорядками совершенно не похож на то, что вы видели только что. В 2004 году нацболы захватили приемную администрации президента. Тогда следователи установили, что массовые беспорядки случились в комнате площадью 40 кв. м. По мнению Чикова, история очень спорная, но активисты были осуждены в том числе по 212-й статье.

Погром на Манежной площади 11 декабря 2010 года тоже был признан массовыми беспорядками. Несанкционированный митинг памяти футбольного фаната Егора Свиридова превратился в драку. Чиков говорит, что квалификация этих событий тоже вызывает массу вопросов, там не было ни поджогов, ни уничтожения имущества, но, как и на Болотной, если верить бумагам, пострадали лишь сотрудники милиции.

Массовыми беспорядками также считаются события 2010 года на рок-фестивале Торнадо в Челябинской области. В один из вечеров на территорию ворвались около 100 мужчин с дубинками и травматическими пистолетами, которые стали избивать попадавшихся им на пути людей. В результате нападения пострадали около сотни человек.

Вот, пожалуй, и все, что признавалось в России массовыми беспорядками. Поэтому предположить, как будут доказывать 212-ю статью в событиях 6 мая, пока что сложно. Одно дело, что написано в уголовном кодексе, другое – как это трактуют суды.

Павел Чиков, председатель правозащитной организации «Агора», член СПЧ: Следственный комитет предпринимает огромные усилия для того, чтобы признать насилием то, что Артём Савёлов подвигал сотрудника полиции к путям ограждения. Вот это было признано насилием. Во-первых, безусловно, должен быть определён уровень насилия. Во-вторых, должны быть и другие признаки. Уголовный кодекс не говорит о том, чтоб были обязательно все: и обязательно поджоги, и обязательно погромы, и обязательно насилие. Но так или иначе определённый уровень и того, и другого, и третьего должен быть. Разбор этой ситуации  на Болотной площади, на мой взгляд, никак не соответствует требованиям статьи 212.

Анализом того, что Следственный комитет называет массовыми беспорядками, занимаются не только в Совете по правам человека.

Проект «РосУзник» проводит адвокатские опросы, а два дня назад комитет 6 мая рассказал о предварительных итогах своего расследования, они опросили около 200 свидетелей: один из них, например, рассказал, что у него на глазах «ребята в черных масках выбегали из-за цепей ОМОНа, пристраивались к демонстрантам и кидали камни и провоцировали».
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.