Аполихин: Рошаль - хороший врач, но не специалист по законам

Здесь и сейчас
6 июля 2011
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Нашумевший законопроект об охране здоровья граждан готов к принятию во втором, ключевом чтении. Депутаты обсудили все предложенные поправки - их было почти 500 -и могут принять документ уже послезавтра.

Однако, депутатская готовность не означает, что законопроектом теперь все довольны. Доктор Леонид Рошаль и его коллеги по-прежнему уверены, что закон сырой и не понимают, почему он должен приниматься в спешке.

По каким пунктам так и не смогли договориться разработчики документа - обсуждаем с нашим обозревателем Ксенией Батановой и директором НИИ урологии Олегом Аполихиным.

Дмитриева: Если у нас в полном объеме не выполняется норма Конституции о том, что бесплатно любой гражданин Российской федерации может получить бесплатную медицинскую помощь в любом государственном муниципальном учреждении. У нас государственные муниципальные учреждения оказывают, в том числе, и платные услуги. Вы не можете получить медицинскую помощь, отнюдь не всякую вы можете получить бесплатно, та, которая оказывается в государственном или муниципальном учреждении. Более того, самих государственных и муниципальных учреждений в традиционном виде уже нет после принятия так называемого 83-го закона. Поэтому закон об охране здоровья, если предполагается, что он должен учитывать все современные реалии особенности, он должен был дать ответы на все эти вопросы. Ни на один из них ответа нет.

Казнин: Скажите, почему в спешке принимается закон? Это первый вопрос, который задают и ваши коллеги, в том числе.

Аполихин: Во-первых, он в спешке не принимается, н обсуждался в течение двух лет. Его принимали более 700 экспертов, на сегодняшний момент которые являются в нашей стране. Второе - закон четко разграничивает положения о платности и бесплатности. Иногда мы просто слышим высказывания людей, которые призывают к аудитории, которая закон этот не читала. Именно призывают теми самыми рассказами о каких-то случаях. Когда конкретно ставится вопрос, какая статья, какой пункт, какой порядок, ставятся какие-то случаи. Конечно, случаи могут быть, конечно, есть, естественно, какие-то моменты могут быть, и с этим нужно будет бороться, нужно будет исключать. Но закон как раз четко регламентирует понятия «платная» и «бесплатная» медицинская помощь. И по сравнению с прежним законом он абсолютно четко гарантирует роль ответственности государства за платную и бесплатную медицинскую помощь. Второй вопрос – если мы говорим о том, как это сделать. Впервые введены понятия стандартов и порядков. Четко показано, что мы можем иметь в плане конкретной низологии, которую в данном случае получает наш пациент, когда помощь оказывается при том или ином заболевании. Какие устанавливаются гарантии, в том числе и зарплаты врача. Она от этого зависит. Если мы это введем, на этом будет работать система страхования, то есть это так, как эта система должна быть построена. Впервые наконец-то четко регламентируются и определяются задачи и цели, которые ставит перед собой система организации здравоохранения. Я сказал, что в 1948 году после победы в Великой отечественной войне Объединенное королевство взяло нашу систему, систему Семашко. Как вы думаете, почему? Почему Англия взяла нашу систему?

Малыхина: После победы в Отечественной войне.

Аполихин: Потому что это была наиболее эффективная, в том числе и пост эффективная система. Система, которая позволяла обеспечить результат эффективности с наименьшими затратами. Кстати, всем известная программа, которая сейчас существует в Америке, о которой все говорят, программа борьбы с онкологическими заболеваниями легкого, желудка, борьба с курением – вот вам частичный пример систему Семашко. Когда мы боремся с факторами, которые приводят к развитию заболевания, не с какой-то уникальной нано-операцией, когда уже случилось заболевание. Вот мы ее должны сделать и спасти, это стоит огромные деньги. А ты не дай ему заболеть! Введение диспансеризации, введение профилактики – это то, к чему мы возвращаемся за 40 лет.

Казнин: Скажите, а кто будет отвечать, если стандарты нарушены где-то в небольшом городке, селе, в больнице нет ничего, нет первой необходимости лекарств. Кто будет отвечать, если с пациентом что-то случается?

Аполихин: В этом и суть вопроса. Сейчас появляются ответственные люди.

Казнин: Так кто?

Аполихин: Конкретно отвечают за это лечебное учреждение, которое оказывает помощь. Сейчас оно конкретно будет регламентировано - и его ответственность, и назначение той формой, за которую оно будет получать соответствующее наказание, если будет нарушение. Этот закон сейчас. А до этого этого не было, до этого было все размыто.

Казнин: У вас возражения, судя по всему.

Ясина: Я просто ничего не поняла.

Казнин: Это тоже возражение.

Полякова: В наш совет входил Рошаль, и я знаю его как человека очень компетентного, и я думаю, что в медицинских вопросах и в проблемах людей, которые хотят получать медицинскую помощь, он смыслит очень неплохо. И я знаю, что у него очень большие претензии к этому законопроекту. Меня, например, это как члена Совета при президенте, очень беспокоит.

Казнин: К этой теме мы еще будем возвращаться не раз.

Аполихин: Дело вот в чем, я хотел бы сказать следующее. Леонид Михайлович, несомненно, человек, который заслуживает внимания к своим высказываниям, потому что он детский врач, который действительно очень многое сделал для педиатрии, но во всем мире для того, чтобы человек работал в области организации здравоохранения, он два года еще учится. Учится в области медицинского права, медицинской экономики, в области управления персоналом. Леонид Михайлович – врач и не специалист по законам. Поэтому он высказывает свое мнение, основанное на каких-то клинических случаях. Еще раз говорю о том, что я не хочу обсуждать личности, но могу сказать, что Леонид Михайлович – не лучший в данном случае именно как человек, который дает характеристику на закон, специалист, чтобы этот закон трактовать. Многие вещи, которые он высказывает, абсолютно лишены оснований. Я вам говорю об этом как человек, который имеет бэкграунд в организации здравоохранения, мне пришлось руководить медицинской службой «Газпрома», с 1996 по 2001 год. После этого я закончил Оксфордский университет по специальности Организация здравоохранения. Поэтому я могу сравнить две системы. В данном случае надо все-таки обращаться к специалисту.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.