Анна Каретникова: 50 граммов мяса, 50 граммов сока – это вся помощь, на которую может рассчитывать инвалид Маргарита Чарыкова

Здесь и сейчас
23 марта 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Анна Каретникова, координатор Союза солидарности с политзаключенными, побывала вчера в шестом СИЗО, где сидят Александра Лоткова и Маргариты Чарыкова, и рассказала, как чувствуют себя девушки и в каких условиях они содержатся.

Белоголовцев: Как себя чувствует Лоткова?

Каретникова: Мне кажется, с ней пока все в порядке, она находится в карантинной камере, с ней еще две женщины. Мне кажется, она еще не вполне осознала, что она попала в следственный изолятор. Если к ней придет осознание, то позднее. Мы составили список, что ей нужно передать. Держится она нормально, упрямо, она достаточно общительна, хорошо развита речь, красивая девушка. Очень жалко, что она оказалась в следственном изоляторе.

Белоголовцев: Лично вас не удивило, что сегодня рекордно маленькое число людей пришло на акцию? Петр Рузавин даже не смог их толком посчитать, потому что пикетчиков было двое, еще какие-то люди, которые пришли в защиту непонятно кого.

Каретникова: Не знаю, с чем это может быть связано. Может быть, происходит какой-то разрыв между информацией в СМИ и социальных сетях и людьми, которые готовы действительно выходить на улицу. В интернете это очень резонансная тема. Кто был организатором, я не знаю. Мне кажется, инициатива шла от националистов, а они тоже раздроблены на маленькие кучки и видимо просто не смогли собраться. Я уверена, что будут еще акции в поддержку Александры, и они пройдут более успешно.

Белоголовцев: Другая история не менее резонансная с Маргаритой Чарыковой. Девушка обвиняется в торговле наркотиками, инвалид с рождения. Каково сейчас ее состояние?

Каретникова: В отличие от Александры, Маргарита себя чувствует достаточно плохо. У нее, ни для кого уже не секрет, отсутствует прямая кишка. Для того чтобы поддерживать себя в порядке, ей необходимо лечение, гигиенические процедуры, диеты из протертой пищи. Сейчас она ничего этого в изоляторе не получает. У нее начались проблемы. Она испытывает постоянные боли, у нее ужасно раздут живот. Но при том, что мы видим, что ей плохо, она плачет, ее сокамерницы говорят, что она как призрак по ночам по камере бродит, потому что уснуть от боли не может, врачи говорят, что с ней все нормально, что лечение в нужном объеме она получает. Последнее, что нам удалось добиться, что к ней будет вызван проктолог из Департамента здравоохранения, который, наконец, ее осмотрит. Она больше двух месяцев находилась в больнице в «Матросской тишине», проктолог ее так ни разу и не осмотрел.

Белоголовцев: Появлялась информация, что ее все-таки снова могут перевести в больницу.

Каретникова: Я видела, как мне сказали, эта информация исходит от адвоката. Я говорила с завмедчастью шестого изолятора вчера. Единственное, что она сказала, что с воли придет проктолог, чтобы осмотреть Маргариту.

Белоголовцев: Инвалидность врожденная, которая ярко проявляется в повседневной жизни человека, не является основанием для некоторого смягчения условий содержания?

Каретникова: Для того, чтобы человек был освобожден от отбывания наказания или от нахождения под стражей на период следствия, необходимо, чтобы его заболевание попадало под перечень, установленный постановлением Правительства, содержащий все заболевания, которые дают право выйти. По этому перечню могут освобождены только умирающие. Там все болезни в терминальной стадии. Если у тебя онкология в третьей степени, когда тебя еще можно облучать, тебя не отпускают, но когда четвертая степень, когда пошли метастазы, тогда тебя освобождают. Какое там может быть смягчение. Никаких условий для смягчения там нет. Со вчерашнего дня Маргарите стали давать диету – 50г мяса, 50г сока. Но это большее, на что она может рассчитывать. Душа в камере нет.

Белоголовцев: Что говорят сотрудники СИЗО? Готовы ли они помогать Маргарите?

Каретникова: Мы говорили только с завмедчастью. Мне не показалось, что она отнеслась к Маргарите с пониманием. Когда мы были там, она ее как раз осматривала.

Белоголовцев: В СИЗО не боятся, что эта история может обернуться для них очевидным скандалом? За историей следят под микроскопом. Не хотелось бы проводить аналогии с Сергеем Магнитским, но если что-то случится, никому мало не покажется.

Каретникова: Если по делу Магнитского прекращено следствие и было решено, что никто не виноват, то это как раз пример, который подало сотрудникам государство. Они не могут освободить Маргариту от отбывания наказания, это может сделать следователь. Он своей волей может посадить ее под домашний арест, выпустить ее под залог.

Белоголовцев: Могут ли они помочь ей с питанием, необходимыми процедурами?

Каретникова: Сначала обещали приделать какой-то шланг к крану в камере, чтобы можно было пользоваться как душем, но сейчас врач сказала, что ничего такого не будет. Что касается питания, все строго лимитировано. Если тебе положена диета, то получаешь. Все упирается в то, что есть бумажка на каждый шаг. Хотя на днях мы видели, как руководитель «Матросской тишины», дозвонившись до Мосгорсуда, актировал человека, который умирает. У него СПИД и туберкулез, он был в пятом изоляторе, его перевели в больницу, потом его перевели в городскую больницу, потому что он умирает, ему жить осталось день или два. В этой ситуации, казалось бы, гуманное дело делает человек, когда так быстро все разруливает, но понятно, что он хочет снять с себя ответственность, чтобы одной смертью было меньше за следственным изолятором. А человеку-то все равно, просто конвой снимут, умрет свободным человеком, но он же уже не выйдет оттуда.

Белоголовцев: Есть ли у вас какие-то рычаги воздействия? Можно ли ожидать от кого-то либо доброй воли, либо политической воли?

Каретникова: Для того, чтобы это вообще не происходило, нужны действия в двух направлениях: надо изменить эти перечни для того, чтобы туда вошли болезни, когда еще можно здоровых людей из СИЗО выпустить, а во-вторых, нужно пресекать практику судов, которые всех берут под стражу, не имея на это достаточных оснований. Как вы правильно сказали, добрые дела может делать администрация по собственной воле, а что касается правового решения, адвокат, например, обратилась в Европейский суд, чтобы в оперативном порядке они что-то приняли, чтобы Маргариту можно было отпустить. Каким инстанциям у нас апеллировать, я не понимаю, потому что все это регламентировано от и до. Не остается никакого пространства для проявления доброй воли. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.