«Если кому-то из влиятельных людей очень хочется, то можно делать все». Депутат Емельянов из СР о поправках к закону о рекламе

Здесь и сейчас
4 июля 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Госдума обсудила поправки к законопроекту о рекламе и выставила его на голосование во втором чтении. 

Дискуссии не получилось: предложения вносил только депутат Олег Нилов, да и касались они в основном рекламы пива во время чемпионата мира 2018 года. Наш корреспондент Ульяна Малашенко следила за обсуждением в Госдуме и пообщалась с депутатом «Справедливой России» Михаилом Емельяновым.

Малашенко: Действительно, сегодня скандальные поправки к закону о рекламе попали в повестку заседания Госдумы. Они были внесены депутатом-единороссом Кривоносовым, что называется, с голоса, как накануне и прогнозировали многие парламентарии. Несмотря на протест трех фракций – ЛДПР, КПРФ и «Справедливой России» - все-таки эти поправки были вынесены на голосование во втором и третьем чтении. Совсем немного времени осталось до того момента, когда депутаты будут голосовать по этим документам. Дело в том, что сегодня – последний день сессии. Госдума работает по такой, несколько ускоренной программе, и час голосования уже идет, а не начинается в 5 вечера, как это обычно бывает в Госдуме.

Сейчас у нас есть возможность пообщаться с членом фракции «Справедливая Россия», первым зампредом комитета Госдумы по экономической политике Михаилом Емельяновым. Это один из четырех людей, которые накануне принимали участие в секретном заседании комитета, где как раз и было решено вынести эти поправки к закону о рекламе на голосование во втором и третьем чтении сегодня. Я знаю, что вы были против, вы неоднократно и в нашем эфире говорили об этом.

Но есть важный момент. Дело в том, что накануне и вице-спикер Госдумы Иван Мельников, и в комитете во время первого заседания говорилось о том, что нет отзыва правительства на два из трех законопроектов, которые входят в этот пакет. Это было причиной для того, чтобы не рассматривать эти поправки во втором и третьем чтении и вообще перенести на осень. Сегодня представитель правительства сказал, что никаких замечаний нет, несмотря на это обстоятельство. Что все-таки произошло, почему то, что вчера было, казалось такой непреодолимой преградой для обсуждения этих поправок, сегодня вдруг такой преградой перестало быть?

Емельянов: Безобразная история продолжается. Безобразная история была с созывом комитета вчера. По сути дела, подпольным, как вы верно сказали. Сегодня представитель правительства сказал, что у него нет замечаний, это было сказано устно. Отзывы правительства так и не поступили. У меня лично несколько законопроектов были мне возвращены именно потому, что нет отзыва или заключения правительства. Это грубейшее нарушение рекламы. Но, видимо, у нас такая политическая эра, что если кому-то из влиятельных людей уж очень хочется, то можно делать все.

Поэтому сейчас действительно идет голосование, до этих законопроектов еще очередь не дошла. Мои коллеги, конечно, выступят по мотивам «Справедливой России», они будут возмущаться по поводу и процедуры принятия, самого содержания закона. Но пока у нас будет доминирование одной политической силы в Думе, то, естественно, такие «чудеса», а, точнее, просто безобразия, они  будут повторяться.

Малашенко: Еще когда эти документы вносились в Госдуму, в пояснительной записке говорилось, что это законопроекты чрезвычайной важности, и они должны быть приняты до конца сессии. На ваш взгляд, все-таки кому важна такая чрезвычайная важность, что за силы заинтересованы в столь скором принятии этих документов?

Емельянов: Это главный вопрос. Я пытался добиться ответа и на рассмотрении законопроекта в первом чтении, и на заседании комитета, где это рассматривалось. В чем спешность? Бывали случаи, когда Дума действительно в спешном порядке принимала определенные законопроекты. Они носили либо характер политический, либо вопросы о национальной безопасности, но это хотя бы можно было как-то объяснить. Здесь вообще никаких мотивов для срочного принятия нет.

Даже пресловутый закон по рекламе пива, где говорится, что якобы должен быть принят для того, чтобы выполнить обязательства перед ФИФА, и он этого мотива лишен, потому что год назад мы уже приняли закон, который на момент чемпионата мира разрешает рекламу пива на телевидении. То есть и этот мотив выпадает. То есть кому-то уж очень хочется денег, причем немедленно. Даже лето не может подождать – вот подай мне деньги и немедленно давайте переделим рекламный рынок. Вот, собственно, и вся подоплека этих законов. Чисто лоббистские.

Малашенко: Накануне некоторые депутаты высказывали мнение, что, возможно, тот законопроект, который касается, в первую очередь, нас, неэфирных платных телеканалов, где речь идет о запрете рекламы, возможно, был спущен прямо из администрации президента. Как вам кажется, эта точка зрения справедлива или нет?

Емельянов: Мне трудно сказать, но вообще это не предмет деятельности администрации президента, вряд ли бы они беспокоились за эти законопроекты. К их компетенции он никак не относится, и вряд ли он как-то от них зависит и они в нем заинтересованы. Это лоббизм, на кону большие деньги.

Малашенко: Хотелось бы немного по конкретике поговорить. Сегодня обсуждались сразу и поправки к этим трем законопроектам, связанным с рекламой. В частности, во фракции ЛДПР говорили о том, что они подготовили свое предложение, что коль уж запрещать рекламу на платных телеканалах, то только на тех, которые получают бюджетные деньги и какое-то государственное финансирование. Хотелось бы прояснить судьбу этой поправки, вообще как еще этот документ изменился, в частности, в процессе сегодняшнего обсуждения.

Емельянов: Он не изменился никак, вчера были приняты отдельные технические поправки депутата Кривоносова, который представляет «Единую Россию», они все имеют технический характер, принципиально не меняют. Был целый пакет поправок от оппозиционных партий, мы предлагали поправки, коллеги из ЛДПР, коммунисты, но, конечно же, ни одна из них не была принята.

Малашенко: Как вы считаете, есть ли еще какая-то чисто теоретическая вероятность, что, например, этот пакет поправок к закону о рекламе будет не одобрен Советом федерации или вдруг при каких-то обстоятельствах вернется во второе чтение. Такие случаи в принципе бывают в Госдуме, хоть и крайне редко. Возможно ли это, на ваш взгляд?

Емельянов: У меня ощущение, что при таком сильном давлении этот вариант невозможен, к сожалению.

Малашенко: Как вам кажется, что вообще сейчас делать отрасли, которая уже написала письмо президенту, премьеру, Госдуме, где просила отложить рассмотрение этих поправок. Я напомню нашим зрителям, в этом документе говорится о том, что принятие поправок поставить на грань выживания примерно 150 неэфирных телеканалов, а это примерно половина всего количества неэфирных телеканалов, которые сейчас в России существуют. Что делать участникам рынка?

Емельянов: Я думаю, надо достучаться до президента, чтобы он наложил вето. Больше другого варианта юридического не осталось.

Малашенко: То есть все возвращается к этой высшей инстанции, высшему арбитру.

Емельянов: Такая система у нас. Разве вас это удивляет? 

Фото: http://msk.spravedlivo.ru

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.