Владимир Евтушенков на ДОЖДЕ. Полная версия. Часть 3

Hard Day's Night
21 марта 2012
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Тихон Дзядко

Комментарии

Скрыть
Председатель совета директоров АФК «Система» Владимир Евтушенков объяснил в эфире ДОЖДЯ, почему размер бизнеса должен соответствовать политическому влиянию его владельцев и чем его заинтересовала киноиндустрия.
Левинский: Я хотел бы вернуться к теме про сочетание политического веса и размера империи - вы у нас, в журнале Forbes, в первой 20-ке, что по меркам бизнеса очень неплохо. Когда-то, то ли вы, то ли кто-то из ваших топ-менеджеров сказал: "Если вдруг случится кризис, то последнее, от чего мы откажемся - это от компании "Ситроникс". Это ваша IT компания. С тех пор у вас появился еще и нефтяной кластер: фактически 2 нефтяных компании, считая с "РосНефтью". А вот если случится кризис и вашего политического веса будет нехватать - ваша нефть будет на каком месте?

Евтушенков: Я искренне об этом не думаю. Во-первых, я абсолютно толерантен и готов отказаться от чего угодно. Мне давно доставляет наслаждение сам процесс, а не результат.

Левинский: То есть, как сказал кто-то из олигархов: "Скажет государство отдать компанию - я отдам"?

Евтушенков: Во-первых, это сказал Дерипаска. Я так точно не скажу. И государство так не скажет - это всего лишь "хлесткая" фраза. Где это видано, чтобы государство кому-то сказало: "Отдай!"? Это может случиться, но точно никто так не скажет. И Дерипаске никто так не скажет - поэтому он смело мог так заявлять. Мы когда это слышим - нам просто смешно, понимаете. Во-вторых, "от того или этого отказаться" - так нельзя говорить.

Левинский: Нет, в последнюю очередь?

Евтушенков: Нет такого.

Дзядко: Просто в свое время "Ситроникс" была вашим любимым детищем.

Евтушенков: "Ситроникс" до сих пор является моим любимым детищем. Скажу вам честно: я не вижу своей большой заслуги в том, что я создал "Вымпелком" и МТС. По той простой причине, что это уже "лежало на поверхности". Мы просто грамотно и в нужное время поняли, что это будет иметь "взрывной" рост, и просто применили. Там нет никаких наших собственных технологий, разработок. По большому счету, мы просто оказались в нужное время и в нужном месте.

Что касается создания высокотехнологичного бизнеса - это совсем другая история. Это целая история, связанная и с личностями людей, и с их решениями - правильными или неправильными - и тому подобным. Успех здесь, пусть он выражается гораздо меньшей суммой, намного значительней для души, мозга, для государства и так далее.

Дзядко: А есть успех сейчас у "Ситроникса"?

Евтушенков: Таких успехов целый ряд. Остановлюсь на двух. Предположим, микроэлектроника. Вы-то все молодые, а я еще помню Министерство электронной промышленности СССР, когда запускали российскую микроэлектронику.

Левинский: Самые крупные в мире микрочипы.

Евтушенков: Да. Министр Шокин и его первый заместитель Вадим Колесников сутками сидели в этом Зеленограде, чтобы это дело запустить. В конечном итоге, это закончилось тем, что на период развала мы отстали от Запада на 10 технологических поколений.

Зыгарь: Знаете, сейчас у нас внимание к инновациям на самом высоком уровне и опять же нет той уверенности, что это будет.

Евтушенков: Есть такая хорошая фраза, что "девять беременных женщин за месяц не родят". В понимании они могут родить, но только самое инерционное, что есть у нас - это наше сознание. Сегодня я обсуждал это с Сурковым и Вексельбергом в Сколково. Я им говорю: "Поймите простую вещь: не надо, как полагает Чубайс, покупать хай-тек технологии за границей. Патентование нужно делать тогда, когда ты созрел для этого. Если ты до этого не созрел - зачем это создавать? Так и с западными высокотехнологичными компаниями: ты должен покупать их тогда, когда ты уверен, что у тебя хватит "серого вещества" понять то, что ты купил. Если ты покупаешь интуитивно - ты уже "попал", так как завтра к тебе постучат и скажут: "Эй, инвестор, деньги нужны - инновации разрабатывать".

Это бездонная бочка, понимаете. Поэтому все, что мы делаем по системам безопасности, микроэлектронике, по глонассовским, так скажем, тематикам - для нас это, во-первых, сильно выстрадано, потому что было много споров, разговоров с учеными, много потерянных денег. Потому что когда ты идешь по еще не "пробитой" колее - ты совершаешь гораздо больше ошибок, чем когда ты уже "встал в колею".

Горянов: А у меня вопрос про кино. Насколько я понимаю, у вас есть некие амбиции в этой индустрии. В частности, вы входите в Совет по кино, а также активно проявляете себя в сделке по покупке территории "Ленфильма" - одной из крупнейших - в советские годы - киностудий. Скажите, что именно вы хотите делать в кинобизнесе и на "Ленфильме"?

Евтушенков: Ситуация абсолютно проста: мы построили студию в Питере. В Питере, потому что там дешевле рабочая сила и это город-памятник. Студия достаточно большая - вторая по величине, после Мосфильма. Мне пришла в голову идея объединить ее с Ленфильмом, потому что он сейчас в жутком состоянии, и "перетащить" бренд "Ленфильма", потому что старый бренд - это хорошо. Я встретился со всеми "творцами" и губернатором. Я им сказал: "Если вы хотите, если вы на это пойдете - мы будем делать единую студию. Если вы против - никаких проблем нет, я в эту же секунду забываю".

На этом собрании были Герман, Сокуров и так далее - огромное количество людей. Мы разговаривали несколько часов. В конечном итоге, они сказали: "Да, иы видим что это разумно и правильно".

Левинский: Это было после их протестного обращения?

Евтушенков: Это было до. Я тогда сказал "Ну, если вы согласны - я готов это дело взять". Хотя я точно не видел в "Ленфильме" никакой выгоды для себя, кроме того, что я попаду, так скажем, на деньги. Как только я увидел, что Сокуров решил выйти из этого формата разговора - я тут же сказал, что сам прекращаю это дело. И с той минуты мне абсолютно все равно кому студия будет принадлежать, как будет называться. Я понимаю, что она в тяжелейшем состоянии, ее нужно "лечить" - делать современной. А там территория не позволяет. Половину территории они уже продали. Решилось так, значит, решилось так.

Левинский: То есть, для вас это "перевернутая страница"?

Евтушенков: Да. Я им сразу сказал, что глупо мне, в моем положении, брать на себя такую ношу. Это как чемодан без ручки - и носить тяжело, и бросить жалко. А еще и спорить с "творцами". Поэтому я очень легко к этому отнесся. Я даже сказал, что не надо было никому писать - вы бы сказли мне, что против. Я бы тогда сказал: "Ок. Меня это все радует".

Зыгарь: Владимир Петрович, а вы так любите кино, да? Вы ведь даже в Совет вошли.

Евтушенков: Сегодня мы самые большие производители сериальной продукции в России. Больше нас никто не производит.

Дзядко: То есть, получается, что любите кино?

Евтушенков: Получается, что люблю.

Дзядко: Спасибо большое.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.