«Это подстрекательство к самоубийству»: Нюта Федермессер осудила врачей больного раком священника, который покончил с собой

В программе Hard Day’s Night учредитель Фонда помощи хосписам «Вера» Нюта Федермессер прокомментировала новость о самоубийстве духовника Росгвардии Андрея Немыкина, у которого был рак. Она рассказала, что в своей записке духовник сообщал, что не может больше терпеть боль. При этом Ростовская область, где произошел инцидент, получает все необходимые лекарства, как и все остальные субъекты страны. И причина, по которой Немыкину не предоставили обезболивающие препараты, — невежество врачей и руководства больницы.

Смирнова: Перейти к новостной, хотя очень грустной. Сегодня в Ростовской области похоронили…

Федермессер: Позавчера. А, сегодня похоронили.

Смирнова: По-моему, сегодня. Его не отпевали, священника Росгвардии, который покончил с собой. Непонятно, когда он узнал о своем смертельном диагнозе, о том, что у него рак, говорят, что он испытывал какие-то невероятные боли, и у него, возможно, не было доступа к обезболивающим препаратам. Это не первая история, которую мы слышим.

Федермессер: Конечно.

Смирнова: Была недавно история такая же в Новосибирской области, в Бердске. Что это, почему происходит? Почему люди, когда слышат слово «рак», они настолько не информированы? Или у них как раз нет доступа к тому самому обезболиванию?

Федермессер: Подождите. Вы сейчас все смешали в одну кучу. Есть ситуация, когда ты слышишь слово «рак», и твои чувства, с этим связанные. И есть ситуация, когда ты уже давным-давно это узнал, ты лечился, ты…

Смирнова: Женщина в Бердске, она, я так понимаю, покончила с собой сразу после того, как услышала о диагнозе.

Федермессер: Давайте разбирать это все…

Желнов: Я так понимаю, что вопрос Марфы, извини, что поправляю, вопрос в том, что если человек услышал или уже понимает, что он неизлечимый и надежды нет, то недостаточно психологической помощи…

Федермессер: Скажите, пожалуйста, все люди, которые наложили на себя руки, были неизлечимо больны? Но это же не так. Я думаю, что это 100% не так.

Желнов: Просвещение, наверно, можно более глобально сформулировать…

Федермессер: Давайте, вы мне задали вопрос, дайте мне на него ответить. У меня есть достаточно четкая на эту тему позиция. Человек имеет право выбирать. Человек имеет право выбирать, в том числе, и то, как он живет. И если для человека неприемлемо то, через что приходится порой проходить, получая медицинскую помощь, если для человека неприемлема грядущая беспомощность, если у человека в прошлом есть ужасный опыт того, как его мама, или папа, или тетка умирали от рака, мучились от болевого синдрома, страдали от беспомощности, стыда, унижения, то слово «рак» для него является толчком, таким спусковым крючком.

Дальше есть такая штука, шкала суицидального риска, вот по шкале суицидального риска оценивается возраст, пол, диагноз, семейный анамнез, и можно понять, у кого этот риск больше, у кого этот риск меньше. Но это не значит, что каждый человек, услышавший слово «рак», сразу допускает в свою голову мысль о самоубийстве. Нет.

Купите подписку

Вы уже подписчик? Войти

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю
Лучшее на Дожде
Партнерские материалы
Россия — это Европа
Россия — это Европа