Михаил Ходорковский о том, кто убил Бориса Немцова, когда уйдет Владимир Путин.

И почему он против люстрации
Hard Day's Night
28 июля 2015
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку

Комментарии

Скрыть

Гостем программы Hard Day's Night стал Михаил Ходорковский. Поговорили о том, как Путину так долго удается сохранять «феодальное средневековое государство», почему люстрация в России недопустима и возможно ли сегодня в современной России прийти к власти выборным путем. 

Дзядко: Михаил Борисович, я по традиции позволю себе начать с первого вопроса. Мы в последние дни наблюдаем за драмой, которая разворачивается вокруг попыток Демократической коалиции выдвигаться на выборы в Новосибирской области. Вы, как «Открытая Россия», Демократическую коалицию поддерживаете. Однако мы видим, что список не утвержден и, судя по всему, принять участие в выборах Демократическая коалиция как минимум в Новосибирской области не сможет. Означает ли это, что проект под названием «Участие в выборах» уже сейчас на этой стадии доказал свою безуспешность, скажем так?

Ходорковский: Мой подход к участию в выборах следующий: это время, когда российская оппозиция может представить себя как альтернативу российскому обществу. Вот в этом одна из двух главных задач. Вторая задача — это посмотреть на тех людей, которые могут быть политическим активом оппозиции и, соответственно, этим людям предоставляется возможность показать себя обществу. Я думаю, что обе эти задачи могут быть решены в рамках предвыборной кампании и последующих выборов. И ровно потому, что я считаю эти задачи более важными, чем само по себе избрание или неизбрание в состав нынешних, на мой взгляд, достаточно фейковых органов власти, именно поэтому я поддерживаю Демократическую коалицию, но при этом не являюсь ее частью.

Дзядко: То есть, иначе говоря, важна не победа, а важно участие? Скажем так.

Ходорковский: Важно людям показать себя и предъявить себя обществу. Естественно, с таким настроением непосредственно участвовать в выборах, наверное, было бы трудно. Поэтому, собственно говоря, «Открытая Россия» и говорит, что мы будем поддерживать, мы будем заниматься наблюдением за выборами, и это те задачи, в которых, мы считаем, мы можем достичь успеха.

Козырев: Именно о возможности достижения успеха я вас, Михаил Борисович, и хотел бы спросить. Вы акцентируете внимание на том, что «Открытая Россия», вся ее деятельность направлена на то, чтобы убедить россиян в необходимости демократии, в жизненно важном принципе существования в демократическом обществе. Что вам вообще дает надежду, что кому-то когда-то удавалось россиян убедить в необходимости демократии? Ибо наша предыдущая история свидетельствует о том, что демократия уж точно не нужна среднестатистическому россиянину.

Ходорковский: Я считаю, что во многом наша проблема в коммуникации с нашим российским обществом заключается в искажении смысла терминов. Вот когда мы с вами говорим о демократии, то мы и те люди, которые нас слушают, понимают под этим термином совсем разные вещи. Демократия — это механизм управления государством, механизм управления страной. Поэтому я предпочитаю говорить о правовом государстве. И я абсолютно убежден, что наши сограждане вполне заинтересованы и готовы к построению правового государства. Государства, где будут независимые суды, государства, где будет бюрократия прислушиваться к народу, государства, где государственные органы будут выполнять свои государственные обязанности, а не заниматься поиском возможностей пополнить свои карманы.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.