Фетисов: Мутко уволить сложнее, чем Лужкова – прописка разная

Hard Day's Night
25 января 2012
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Дмитрий Казнин

Комментарии

Скрыть
Бывший глава Росспорта Вячеслав Фетисов высказал свое отношение к министру спорта Виталию Мутко и результативности работы спортивных ведомств.

Таратута: Вячеслав Александрович, давайте немножко поговорим о спорте в целом. Вас считают одним из самых последовательных оппонентов нынешнего главы Минспорта господина Мутко. Вы с ним и работали, очевидно, вместе, и воевали, кажется. Как вам кажется, в чем секрет его усидчивости? Почему он пережил и провал олимпийский, и как-то вот, несмотря на то, что его первый ли президент обещал его уволить, но вот человек сидит, хотя, по-моему, и вы не против?

Макеева: Лужкова можно уволить, а Мутко - нет, это довольно удивительно.

Фетисов: Прописка разная, наверное.

Таратута: Это важно?

Фетисов: Я помогал Виталию Леонтьевичу сесть на РФС в свое время. Он был сенатором, потом я встал на его место. Но как-то взаимодействие было. Я так понимаю, что он хотел очень мое место, где я сидел до этого, видимо, приложил к этому руку ко всему. Но не знаю, я думаю, в общем…Вы знаете, иногда смена сбивает ритм, какие-то вещи, которые уже наработаны. Я еще раз хочу сказать, мне жалко Леонида Васильевича Тягачева, человек, который жил, у нас с ним были разногласия такие, знаете, публичные. На самом деле, в рабочем плане, мы в спорте выросли. Он заслуженный тренер, он работал министром, президентом Федерации, он этим жил. И сейчас мне за него так обидно: на этом столетии Олимпийского комитета, когда пришло столько много гостей, спортивная общественность, ни разу не вспомнили моего коллегу - сенатора Леонида Васильевича Тягачева, который всю свою жизнь посвятил спорту. Я считаю, что в результате нарушения традиций, вот эти какие-то непонятные движения, они гробят все. Поймите, спорт такая вещь, которая на традициях, на уважении, на братстве, это как раз и дает результат. По-другому не работает. Нельзя выкинуть какое-то звено и быть…

Зыгарь: То есть вы имеете в виду, после провала в Ванкувере не нужно было наказывать Тягачева?

Фетисов: Крайним оказался не по делу. Он никакого отношения…Я же все время говорил, что Олимпийский комитет – это, так скажем, структура, которая организует сами игры. Нет понятия «олимпийская сборная страны», есть понятие – «сборная страны».

Зыгарь: Это было тогда, а сейчас, после Тягачева назначили целого вице-премьера Жукова. То есть ,сейчас изменилась система? Сейчас Олимпийский комитет более важная структура?

Фетисов: Александр Дмитриевич, он, представляете, какая нагрузка у вице-премьера, он отвечает за социальный блок.

Зыгарь: Сейчас он уже не вице-премьер, сейчас уже меньше…

Фетисов: Какая разница? Значит, ты должен кому-то перепоручить. Пришли другие люди, нарушился целый ритм, президенты Федерации тоже потеряли какой-то контакт прямой и так далее, человеческий. Леонид Васильевич, понятно, он общался с великими мира всего, он всегда считал, что он главный в спорте, но я был наделен полномочиями, за которые отвечал головой. Естественно, я какие-то вещи, которые он говорил, корректировал, что подготовкой сборной занимается государство, а не Олимпийский комитет, что ответственность полностью за строительство, реконструкцию баз и так далее - тоже ответственность государства. Короче, такие у нас были, я бы сказал, публичные такие перебранки. На самом деле, на уровне аппаратов или заместителей работа велась. Мы все из одного мира и мы понимали ответственность и перед народом, и перед спортсменами, и перед тренером. Поэтому у нас как бы…

Зыгарь: То есть, вы хотите сказать, что с уходом Тягачева и приходом Жукова Олимпийский комитет не усилился, потому что у Жукова нет времени ежедневно слежение за пульсом спорта?..

Фетисов: Поймите, это…

Зыгарь: Стало более эффективно или не стало?

Фетисов: При всем при том это такая нагрузка вроде бы общественная, на самом деле, этим надо жить. Помимо всего прочего, это постоянный контакт с людьми, это международная политика. Понятно, статус вице-премьера, конечно, велик для Олимпийского, но есть другие вещи, которые требуют ежедневного, каждодневного, так скажем, участия.

Матеранский: А не получается, что, действительно, сейчас в спорте, именно в управляющих организациях есть Министерство спорта, есть Олимпийский комитет, есть сейчас Оргкомитет Олимпиады, и как бы не совсем понятно, кто главный ответственный за ту же самую Олимпиаду.?

Фетисов: Министр. Не надо ничего выдумывать. В нашей стране министр по отраслевой - это самый главный человек, я не считаю президента и премьера.

Матеранский: А тут вице-премьер, здесь вот…

Зыгарь: В прошлый раз был Ванкувер и министр не ответил ни за что.

Фетисов: Но это другая тема уже. Мы проговорили на счет этого.

Зыгарь: Жизнь с вами спорит, получается, Вячеслав Александрович.

Фетисов: Ну, о чем говорить? Я, когда пришел, представлял меня на должность премьер Касьянов на ул. Казакова в зале коллегии, который был обшарпанный, как будто там ребята какие-то с улицы писали, он только сел, стулья скрипят, и вдруг (я в первый раз там был) сверху штукатурка на стул бу-бум - он вскочил (Валентина Ивановна Матвиенко была вице-премьером, курирующим спорт): «Валентина, ты куда меня привела? Ну, вот, - говорит, - вам Фетисов, он вам все наладит, а мы поехали». Знаете, сколько бюджет был у Госкомспорта, когда я пришел? 90 миллионов рублей (вдумайтесь!) на все инвестиции.

Зыгарь: А потом Росспорту дали право выдавать лицензии на игорный бизнес, чего сейчас нет.

Фетисов: Вы знаете, что это камень в мой огород. Но я как бы на новенького, два года ни одного ведомства не могли дать, никто этим не хотел заниматься, потому что закон был прописан таким образом, что… Послушайте, там нет никаких денег. Если ты не выдал лицензию в течение двух месяцев, значит, тебя ведут в суд, а если ты выдал, значит, ты распространяешь игорный бизнес, то есть, таким образом было. Я пришел через неделю в правительство: «Заберите от меня. У меня не фискальный орган, у меня нет никакой вертикали, так скажем, управления». Со всей страны приехали люди, которые два года ждали этих лицензий, представляете, что там творилось?

Зыгарь: Вы знаете, я помню, что тогда Лужков и Яковлев, они боролись против вас активно, почему, мол, Фетисов выдает, почему не мы? И Лужков обвинял страшно вас в том, что расплодил Фетисов в Москве казино, стало в 7 раз больше казино.

Фетисов: Я всем говорю: заберите от меня, мне это не надо, потому что это не моя функция, во-первых, а во-вторых, у меня три человека было в отделе. У нас вообще было 120 человек, по-моему, штата на все это дело. Это не моя прямая функция. Три человека, которые на всю страну, только обработать их, а там выдача была очень простая: нужно было подать, иметь адрес, так скажем, куда можно присылать почту и все. Если там документы правильно составлены, то ты не имеешь право не выдать. Кто-то пролоббировал такой закон и такое положение, что, естественно, ни один министр до меня, никто не хотел заниматься этим. И я прошел, на новенького мне бум - бросили, разбирайся. Понятно, это такая подстава была, хотя я и ни опыта не имел, ничего, ни людей, ни структуры, ни вертикали. И вот пришлось выдавать. А куда денешься?

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.