Юнус-бек Евкуров: «Если приезжаете на Кавказ, не надо считать нас дикарями»

Желнов: Юнус-бек Баматгиреевич, есть такое понятие ― «мем». В этот год вы вошли даже не с мемом, а с вполне реалистичной историей, когда отрезали помпон на шапке у мальчика. Потом вы то ли оправдывались, то ли просто объяснялись, говорили, что вы консервативный человек, мол, что за ерунда, мальчик ― а у него помпон. Откуда вы вообще взяли, что помпон ― символ чего-то женского, девичьего?

Евкуров: Для журналистов всегда получается, что то ли оправдываешься, то ли объясняешься. Если вы поднимаете шум, что-то же надо говорить, и тут уже кто как растолкует. Никакого оправдания не было, это раз. Второе ― насчет помпона. Я несколько раз уже все это объяснял, кто-то подумает, что я снова оправдываюсь.

Я обхожу территорию, вижу: по той стороне улицы идет мужчина с девочкой. У нас принято здороваться между людьми, мы подошли, поздоровались. Я говорю: «Какая красивая девочка!», на что в ответ получаю недовольный взгляд ребенка, который говорит мне: «Я не девочка, я мальчик». Вопрос не в помпоне, а в таком пушистом, девчачьем.

Кому-то это кажется дикостью, кто как воспитывался. У нас, например, если я захожу куда-то в гости и ребенок-мальчик сидел на коленях у мамы, он должен исчезнуть. Не принято, чтобы мальчик так был при гостях, ему сразу делают замечание: «Ты что, девочка?». Так принято, воспитывают так.

Желнов: Это традиции, их надо уважать. Но это же вмешательство в частную жизнь ― взять и отрезать.

Евкуров: У нас нет традиции отрезать помпон.

Баданин: Это хорошая новость.

Евкуров: Вы говорите о вмешательстве в личную жизнь. Слушайте, когда я это делаю, я не унижаю достоинство ни мальчика, ни его отца. Отец даже не задумывается над этим. Это все воспринимается как должное, нет совершенно ничего плохого. Когда все это происходит, это воспринимают. Когда я ему надеваю шапку и говорю: «Вот теперь ты мальчик», мальчик доволен, все довольны.

Вопрос не в том. Просто в Сибири это так воспринимается, в Москве так, а на Кавказе на это даже не обращают внимания, потому что это в порядке вещей. Нет совершенно ничего зазорного. Поверьте, это сделано не для того, чтобы где-то прорекламироваться. Кому-то надо было это все выложить и сказать, что я консервативный или еще какой-то.

Здесь нет никакого оправдания, это обычная жизнь кавказских детей, мальчиков. Взаимоотношения. Здесь нет ничего неестественного.

Гордиенко: Юнус-бек Баматгиреевич, недавно глава Координационного совета мусульман Северного Кавказа Исмаил Бердиев высказался на тему женского обрезания. Эта практика существует в очень редких уголках мира и в последнее время получила широкое обсуждение у нас в обществе в связи с тем, что в высокогорном Дагестане эта средневековая практика до сих пор сохранилась в нескольких селах.

По мнению Бердиева, это нужная практика, это норма, праведная женщина не может существовать без такой процедуры. Вы разделяете такую точку зрения?

Евкуров: Во-первых, я не верю, что в Дагестане или где-либо это сохранилось. Во-вторых, это совершенно не религиозная тема. Это в своем большинстве языческая тема, такие комментарии давал ряд священнослужителей. В-третьих, я не верю, что Бердиев мог такое сказать. Я знаю, что Бердиев говорил о том, что надо прекращать разврат в какой-то степени. Об этом говорил не только Бердиев как представитель религии ислам. Я много раз это слышал, в том числе на православных передачах. Поэтому я не верю, что Бердиев мог сказать такое.

Гордиенко: А вообще как вы относитесь к этой практике?