Срочно
Минобороны подтвердило гибель 21-го российского военного в Сирии
5 декабря
2 558

Миллиардер Максим Ликсутов: Ради работы у Собянина я отказался от активов и европейского гражданства

Говорите с Юлией Таратутой
30 мая 2012
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Юлия Таратута

Комментарии

Скрыть
Миллиардер, глава департамента транспорта Москвы Максим Ликсутов о том, как приучить людей пользоваться общественным транспортом, платных парковках и других способах борьбы с пробками.

Таратута: Сегодня у нас в гостях глава Департамента транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры, это важно, правительства Москвы Максим Ликсутов. Максим, вы смотрите, видимо, на название вашего Департамента, который мы только что репетировали вслух.

Ликсутов: Я помню, не сомневайтесь даже.

Таратута: Вы помните, а я вот буквально две минуты потратила на произнесение точное. Максим, вот такой у нас глава Департамента, я хотела рассказать вам, что пока я готовилась к программе, поскольку тема не то, чтобы та, которой я занимаюсь каждый день, она все время в моей памяти, хотя всякий раз, когда я проезжаю по Москве, я думаю о том, что у нас с транспортом и с развитием дорожно-транспортной инфраструктуры. Я узнала много нового. Хочу с вами поделиться. Вот, например, я узнала, что такое «паркон», такое новое явление для Москвы. Я узнала, что в Москве 88 неуправляемых светофоров. Известно вам про это?

Ликсутов: Вы, наверное, не то слово подобрали.

Таратута: Нет, почему? Речь шла именно о том, что они управляются, они такие немножечко бесхозные, то есть, они не на балансе каких-то конкретных структур. В этом смысле за них мало кто отвечает, и работают они кое-как.

Ликсутов: Нет, отвечаем мы. Отвечает наш Центр организации дорожного движения. Баланс и принадлежность - это отдельный вопрос. Он, думаю, что в наше время там решится, но все светофоры находятся под нашим полным контролем. Это не значит, что они не работают, или работают сами по себе.

Таратута: Вернее, я страшно испугалась, я решила, что когда нажимается желтый свет или зеленый, это какая-то неправомочная история, он сам так хочет.

Ликсутов: Нет, мы их обслуживаем. Они все если работают, то представляете, кто-то ими занимается. Поэтому все они у нас под контролем, все работает. С точки зрения баланса, принадлежности их - это пережитки прошлого. Мы в ближайшее время все решим.

Таратута: То есть мы спим спокойно и ходим через дорогу по нужному свету, все под контролем?

Ликсутов: Да.

Таратута: Еще я узнала, но это вообще стыдная история, я не знала об этом, что в метро у нас теперь есть Wi-Fi. Он, говорят, есть на красной ветке, а если не так, расскажите мне как на самом деле.

Ликсутов: Он частично есть на красной ветке, есть полностью на кольцевой линии метро, но он в тестовом режиме работает. То есть это всего лишь наша попытка понять спрос на данную услугу в метрополитене, поэтому мы сделали вот так, что это такой тестовый режим. Примерно 7-8 пассажиров в каждом вагоне могут пользоваться им в полном режиме. И наша цель была понять, насколько он эффективный, насколько услуга востребована и понять необходимость ее распространения дальше. Потому что почему мы так - нужен Wi-Fi и все? Все-таки короткая поездка в метро, пока вы достанете телефон, пока вы загрузитесь, то есть, все равно какое-то время есть и мы сомневались, насколько это будет востребовано, и постоянно проводили различные опросы. Просили оставить информацию на сайте метро, спрашивали у пассажиров. Оказалось, что 90% хотят, чтобы эта услуга была.

Таратута: Есть вообще история про то, что люди сейчас все автомобилизированы и в некотором смысле страдают, потому что в те времена юности, когда ездили в метро, они, в общем, читали в метро. Поскольку теперь чтение заменено постоянным участием в социальных сетях, в общем, люди, видимо, уже совсем не могут без Wi-Fi в метро, и в этом смысле мне кажется, что услуга должна быть крайне востребована. Вы ее собираетесь распространить?

Ликсутов: Мы ее обязательно сделаем на всех линиях метрополитена. Могу вам еще сказать интересную вещь, вам она понравится.

Таратута: Да, расскажите, как про парконы?

Ликсутов: Нет, я думаю, лучше. Это есть статистика. Вот мы стараемся мониторить ситуацию, что же в мире происходит в подобных системах. Например, молодые жители города Нью-Йорка предпочитают на сегодняшний день не брать даже водительские права и проходить обучение на право вождения автомобилем, почему? Потому что выбирают общественный транспорт. Почему? Потому что в общественном транспорте есть Wi-Fi. И это им позволяет дольше находиться в сети, общаться в социальных сетях. И второе, работу, которая в большей степени уже сейчас вынесена в компьютер, не знаю в iPad, в iPhone, куда-то еще, люди отказываются от личного транспорта в угоду общественного, где вы находитесь в более-менее комфортных условиях и можете еще работать или общаться.

Таратута: Я сама свидетель этой ситуации. Моя подруга, когда я приехала к ней в гости в Нью-Йорк, предложила мне воспользоваться то ли автобусом, то ли поездом (я уж плохо помню) ровно по причине того, что мы могли бы с ней как-то пользоваться Интернетом всю дорогу.

Ликсутов: А почему здесь не пользуетесь общественным транспортом?

Таратута: Почему я здесь не пользуюсь? Не знаю. Нет, потому что мне…

Ликсутов: Попробуйте.

Таратута: Потому что я не всегда понимаю, по каким маршрутам он едет, и мои привычные маршруты не всегда совпадают, к сожалению.

Ликсутов: Вы же не знаете точно.

Таратута: Вполне возможно, что я недостаточно информирована о возможностях короткого достижения.

Ликсутов: Могу вам сказать - 88% жителей Москвы, Московской области, приезжающих в Москву, это в рамках МКАДа, внутри МКАДа, ездят на общественном транспорте и всего лишь 12% пользуются личным автотранспортом. Это количество поездок, которые в городе делаются, в частности…

Таратута: Так зачем вы меня убалтываете, если и так 80% даже больше?

Ликсутов: Нам важно, чтобы это был правильный сознательный выбор и удобства общественного транспорта были оценены. Мы много делаем для этого.

Таратута: Максим, собственно, эта тема, видимо, про это же. Я хотела сказать, что, несмотря на то, что я прочла много всяких каких-то уникальных вещей про то, что у нас делается в вашей сфере - там что ни день, то какая-то инновация, - а все равно по городу очень трудно ездить. И ощущение такое, что пробка - это такая вещь, которая как российские дураки и дороги, какая-то беда. Можно, наверное, представить себе, что кто-то напишет какую-то замечательную программу, дальше, напишет финансовое основание под эту программу - это непобедимо. У вас такое же пессимистическое ощущение, или вам во главе Департамента как-то все видится в более розовом цвете?

Ликсутов: Во-первых, эта проблема, и вы с ней сталкиваетесь, и одновременно и я…

Таратута: Это попозже я расскажу всем, как вы сталкиваетесь с этой проблемой.

Ликсутов: Я вам как раз, так сказать, из свежего опыта собственного. Ко мне приезжал вчера коллега, он такой же руководитель Департамента транспорта одного из скандинавских городов, по определенным причинам не буду его называть, и я его попросил приехать, рассказать о новых системах общественного транспорта: скоростной трамвай, БРТ-система, когда автобус ездит по выделенной полосе, но не сбоку, а в центре…

Таратута: А про скоростные трамваи расскажите. Это просто очень быстрый трамвай, который очень быстро едет?

Ликсутов: Меньше остановок и более прямой маршрут. Я его попросил приехать, рассказать об этих системах, которые в Скандинавии достаточно распространены, тем более, климатические условия более-менее одинаковые и прочее. И я ему говорю: «Расскажите, как вы реализовали?». Мы встречались вечером, а он днем весь день где-то был в городе, ему показывали какие-то наши всякие транспортные инфраструктурные вещи. И он прерывал постоянно наш диалог, одним: «Слушайте, когда вы разберетесь с парковкой? То, что у вас происходит - это ужас! Такого не должно быть в такой столице цивилизованной, в таком городе как Москва»…

Таратута: А чего не должно быть?

Ликсутов: Как может быть, чтобы машины стоят в два ряда? Как могут машины стоять на остановках общественного транспорта? Как они могут стоять на перекрестке, и при этом ничего не происходит, их за это не наказывают?

Таратута: Какое счастье, что к нам приехал наш скандинавский коллега и друг и рассказал.

Ликсутов: Это же от нас с вами зависит в первую очередь, правда же?

Таратута: От меня в меньшей степени - я пассажир. От вас в большей степени - вы должны разрулить эту проблему.

Ликсутов: Ну, к вашему водителю, машина-то ваша в итоге. Это ментальная проблема и с ней город справится обязательно, в этом я даже не сомневаюсь.

Таратута: Насколько я понимаю, вы собираетесь вводить платную парковку в центре?

Ликсутов: Это один из небольших моментов, которые мы собираемся на самом деле делать в следующем году. Пока мы пробуем различные системы, как они работают. Система, в первую очередь, оплаты, система администрирования, система контроля. Вот этим мы и озадачены.

Таратута: Я верно понимаю, что система контроля - это основное?

Ликсутов: Система администрирования.

Таратута: Что нужно заставить людей ставить машины на не бесплатную, а на платную парковку?

Ликсутов: Вы знаете, плата здесь имеет функцию не сбора доходов для города, это не те деньги, которые город там…

Таратута: 50 рублей тариф!

Ликсутов: Ориентировочная цена, которую мы взяли как за базу, но она может быть еще уточнена и поменяться, потому что закон еще не вышел, определяющий эту стоимость. Поэтому основной момент, это даже не получить доход, а основной вопрос - обозначить эту проблему для всех. Для водителя, для вас, как для пассажира личного транспорта. Сделать так, чтобы мы привыкли к тому, что надо парковаться по правилам. Если вы это делаете в Европе, мы должны это делать и у себя дома тем более. Вот наш подход, который мы стараемся и будем стараться донести до всех.

Таратута: А в чем проблема? У нас с людьми проблема, с воспитанием, с пофигизмом или с чем?

Ликсутов: Вы знаете, я думаю, что отчасти это вина, в том числе, муниципальной власти, которая не акцентировала внимание на этой проблеме, то есть, было некое попустительство. Человеку свойственно расслабиться, и если его не поправляют или ему не говорят, или он не видит в этом проблемы для себя лично, то, наверное, он относится как-то так более лояльно, что ли, к своим нарушениям, как он считает, мелким и вынужденным. И поэтому общее некое изменение характера поведения на дороге, оно очень сильно нам поможет, я в этом не сомневаюсь.

Таратута: В общем, мы должны как-то меняться.

Ликсутов: Мы должны меняться в лучшую сторону.

Таратута: С парковками я, в общем, за. Я вообще считаю, что все инициативы такого рода на благо, и если что-то администрируется, то всегда хорошо, и если деньги берут за что-то, но услуга того стоит - тоже прекрасно.

Ликсутов: Между прочим, мы к этому готовимся. Хотел два слова сказать очень важных, потому что всегда есть понимание, что мы хотим что-то сделать, ущемить права кого-то и прочее. Целей несколько.

Таратута: Неимущих, насколько я понимаю.

Ликсутов: Ну да. Первое - мы начинаем делать в центре города, мы считаем там количество машин... Во-первых, есть такое понимание в литературе и устоявшееся в цивилизованных городах, когда город, который, так сказать, не знаю, богатый (в английском это по-другому звучит), тот, который по-настоящему заботится о своих гражданах и людях - это не город с дорогими личными машинами вокруг, это хорошо организованная система общественного транспорта, в первую очередь, и пешеходного пространства. Если это вот так, то это говорит о том, что в городе хорошо.

Таратута: Я верно понимаю, что общественный транспорт - это и есть ваша ставка? В какой-то момент мне хотелось понять, что Сергей Собянин хочет сделать с пробками, а он мне казалось, что-то хотел с ними сделать. То есть он пришел, по-моему, это было какое-то дело чести: а давайте я сейчас разгружу город. Видимо, он и вам что-то такое сообщил, думаю, когда ставил задачи. И его программа, по крайней мере то, что я запомнила, заключалась в том, что делать с машинами - не очень пока ясно, а какие-то мелкие вещи можем сделать, но мы просто заставим всех ездить на общественном транспорте, сделаем выделенные полосы и много всего. Это и есть вот то единственное, что мы можем сделать или нет?

Ликсутов: Нет, совершенно не так. Совершенно не так. Это, знаете, такой часто встречающийся вопрос: что же это? На самом деле, моя задача, чтобы объяснить позицию…

Таратута: Простите, тут не до необычных вопросов, когда все изнывают от пробок.

Ликсутов: Между прочим, это вина каждого, так скажем, отчасти. С той проблемой, с которой мы сталкиваемся, мы ее должны как-то помочь себе решить. Мы не говорим о том, что мы должны пересадить автомобилистов на общественный транспорт. Ни в коем случае.

Таратута: Вы меня только что хотели пересадить.

Ликсутов: Нет. Я вас просил попробовать, и может быть понять, может быть вам и удобнее будет отчасти где-то добираться. Это из серии, как говорить о том, чего никогда не пробовал, гипотетические эти рассуждения.

Таратута: А что вы хотите?

Ликсутов: Нет, мы другое хотим. Мы, первое, хотим сделать так, чтобы те проблемы, которые есть на сегодняшний день на улице, связанные с парковкой, они очень сильно откроют город. Откроют город в плане того, что пропускная способность улицы она увеличится физически, если мы будем соблюдать правила дорожного движения.

Таратута: Нет, с парковками мы поняли. Парковки - это хорошо. А что с общественным транспортом, который увеличивает количество пробок, если он едет по выделенным полосам.

Ликсутов: Нет, не совсем так. Когда общественный транспорт будет популярным по-настоящему, это когда вы стоите на личной машине… Вот как это в любом городе Европы сделано: вы стоите на светофоре, в пробке и прочее, а мимо вас проезжает автобус с пассажирами на приличной скорости, который обгоняет поток и уходит там, не знаю, везет пассажиров на остановку. Вот когда общественный транспорт у нас будет именно такой, тогда у вас будет масса стимулов пересесть на него. То есть наша первая задача не заставить людей пересесть, а сделать общественный транспорт более эффективным, чем он работает сейчас.

Таратута: Понятно, там нужен Wi-Fi. Я уже логику… Общественный транспорт нужно как-то украсить, запустить туда Wi-Fi и все будет хорошо.

Ликсутов: Нет, не обязательно. Это говорится о том, что мы покупаем все вагоны метрополитена, которые вообще у нас в стране производятся. Сколько можно купить в год и поменять вагонов - мы это делаем. Мы покупаем несколько тысяч, 1100 автобусов каждый год, мы покупаем трамваи, мы покупаем троллейбусы. Мы меняем их: система кондиционирования везде стоит, система очистки воздуха везде стоит.

Таратута: Это чудесно. Максим, вы знаете, я тут недавно была в Перми на Пермском форуме, и там был культуролог Владимир Паперный, который рассказывал чудесную историю про то, что и Нью-Йорк, о котором мы уже сегодня вспоминали, тоже испытывал вот эту проблему обилия машин, и там возникло движение очень забавное. Его основала какая-то домохозяйка чудесная, видимо все полезное делают домохозяйки, пока готовят, видимо, мысли приходят в голову, она основала движение «Пешеходы против автомобилей». И вот мы долго рассуждали на тему того, что же делать, чтобы стало меньше автомобилей. И он сказал, что люди любят автомобили больше, чем людей. Как с этим бороться? Они не любят выходить из автомобилей, они будут стоять в пробке, но ехать в них - это же психология человеческая. Люди не так симпатичны как машины.

Ликсутов: Если уж так совсем рассуждать, в общем, наверное, в этом есть какое-то здравое рассуждение. Наверное, так оно и есть. Вопрос в другом. Когда вы едете на работу, проблема у нас в другом. Люди в Европе, в Нью-Йорке, когда добираются на работу, если вы работаете здесь практически с 9 до 5 или до 6, и в течение дня не ездите, то в Европе, в Женеве, в Америке, не знаю, да где угодно, люди на работу на машине не поедут. Потому что у всех возникнет законный вопрос: вы работаете в центре города, вам надо куда-то поставить машину. Там бесплатных мест нет вообще. И парковки, их не так много и они дорогие. Поэтому люди на работу, не связанную с передвижениями в течение рабочего дня, в основном, едут все общественным транспортом.

Таратута: Ну, чтобы сэкономить на…

Ликсутов: Чтобы сэкономить и упростить себе жизнь. Поэтому когда мы ментально к этому не подойдем… Вы знаете, там, в Америке, машин намного больше в городах, чем у нас в Москве. Но там есть поездки, которые человек делает в рамках собственного удовольствия, используя машину - поездка за покупками в выходные, в театр, в кино, еще куда-то. Это нормально. Но когда мы едем на работу и в течение рабочего дня не передвигаемся, она где-то стоит на улице пылится и еще с нарушениями правил парковки, то соответственно, это, наверное, проблема. Вот это основная проблема, которая есть.

Таратута: Слушайте, а вы, кажется, только что обсуждали общественный транспорт, который едет по своей полосе. Вы, кажется, и есть тот человек, который в какой-то момент приостановил вот запуск выделенных полос. Это какой-то промежуточный этап, или?.. Я читала, что вас обвиняли в том, что вы зафиксировали вот на точке…

Ликсутов: А кто обвинял, не прочитали?

Таратута: СМИ, пресса.

Ликсутов: СМИ, пресса. Нет, на самом деле, то, что мы сделали, мы проанализировали работу этих выделенных полос и несколько изменили, добавили количество автобусов, которые там едут, сократили интервал движения, ввели дополнительные остановки и сделали так, чтобы по полосам можно ездить в субботу и воскресенье, когда автобусов меньше. Развитие дальнейшее выделенных полос, его никто не отменял. Мы подойдем более подготовленные с точки зрения инфраструктуры. Мы должны подготовить остановочные пункты, проанализировать расписание движений, которое необходимо, подготовить подвижной состав - масса вещей, которые нужно сделать до того, как начать это делать.

Таратута: Слушайте, а это правда, что вы ездите на работу на электричке?

Ликсутов: Иногда.

Таратута: Иногда.

Ликсутов: Иногда, не всегда.

Таратута: Я просто как-то представила себе…

Ликсутов: Я очень рано еду на работу. На самом деле, доезжаю очень быстро. Я на работу выезжаю в 6:30.

Таратута: А что, ваши подчиненные обязаны в качестве ваших подчиненных…

Ликсутов: Замы мои, мои замы Департамента, они у нас обязаны ездить. Это как задача, которую им ставлю я, как руководитель Департамента, ездить на общественном транспорте, выявлять какие-то вещи, которые они считают можно улучшить, брать это на контроль и, соответственно, добиваться того, чтобы эти изменения были.

Таратута: А это такая фишка, как например, у нашего президента бывшего Медведева Интернет - выходить в Фейсбук или что-то такое? Ваша фишка, чтобы ваши подчиненные ездили?

Ликсутов: Нет. На самом деле, это наши должностные обязанности, которые говорят о том, что мы должны контролировать работу общественного транспорта.

Таратута: То есть это работа в поле?

Ликсутов: Конечно.

Таратута: И как они себя чувствуют там?

Ликсутов: Нормально. Все живы-здоровы.

Таратута: А кто-то увеличил количество обязательных, то есть, необязательных поездок на общественном транспорте? То есть раз в неделю они обязаны, а по собственной воле?

Ликсутов: Некоторые из них постоянно ездят в силу того, что живут далеко и им удобнее пользоваться общественным транспортом. Поэтому здесь такого, что увеличили, потому что заставили, такого, конечно, нет.

Таратута: Вы запускаете портал, который должен продублировать, как я понимаю, или он должен быть аналогичным, уже имеющемуся порталу «Яндекс.Пробки». Это, надо сказать, полезная и очень удобная штука. Я не знаю ни одного человека, который не пользуется именно «Яндекс.Пробками». А зачем вам делать то, что уже есть, это же денег стоит?

Ликсутов: С «Яндекс.Пробки» у нас очень хорошие отношения. И их разумная критика нашей работы, она, безусловно, у нас имеет самый действенный такой результат. То есть мы смотрим, мы вместе работаем, делаем какие-то исследования совместные. И они нас, так скажем, оценивают, в том числе работу наших экспрессных автобусов и прочее. У нас другая история немножко в этом. У нас есть такая программа - «Интеллектуальная транспортная система города Москвы». Это когда стоят датчики на дорогах, камеры фото-, фидеофиксации нарушений, оценивающее движение пока машин, скоростного режима и тем самым адаптируют работу светофоров к этому потоку, изменение скоростей и выбора маршрута. Это город должен иметь. Это нужно мне для моей работы, как руководителю Департамента транспорта. У нас есть Центр организации дорожного движения. Им эти параметры движения и загруженности автомобильных дорог важны с точки зрения текущей работы. Соответственно, наша идея в том, что эту информацию в каком-то агрегированном виде, наверное, было бы интересно знать и пассажирам общественного транспорта, либо пассажирам, либо водителям машины. Соответственно, используя эту нашу инфраструктуру, мы просто даем возможность ее посмотреть всем желающим. Поэтому это ни в какой мере не конкурент «Яндекс.Пробкам».

Таратута: То есть, не обижен на вас «Яндекс.Пробки»?

Ликсутов: Уверен, что не обидится. И мало того, что полезного для вас, например, может быть – это… Наверняка вы этот сервис видели, когда вы в Европе едите, садитесь в машину, там есть штатный навигатор, если там предусмотрен в машине, и там, когда вы едете, показывает заторы, какие-то ремонтные работы на карте. Вот этот сервис мы тоже сделаем, будем передавать туда в режиме он-лайн всю ситуацию, связанную с дорогами, с пробками, в том числе, постараемся сделать так, чтобы видели, где есть свободные места в части вот этой разрешенной парковки.

Таратута: Спасибо вам, буду ждать с нетерпением. Вы знаете, у нас немного времени остается, но я хочу, вот сейчас если можно, не о пробках, не о транспорте и не о развитии дорожной инфраструктуры, а о вас.

Ликсутов: Да.

Таратута: Вот всем известно, благодаря списку Forbes, что вы в нем и что вы человек очень богатый. И Сергей Собянин, когда нанимал вас на работу, сказал прекрасную фразу. Он сказал, что «мне вообще все равно, что он такой богатый - он эффективный». Ну, с Сергеем Собяниным понятно, он вас взял на работу, имел какие-то основания для этого. А зачем вам это?

Ликсутов: Меня задача сама очень сильно привлекает. Серьезная задача, и плюс та команда, которую собрал Сергей Семенович, она достойна того, чтобы в ней, так сказать, принять участие, работать. Поэтому вот моя личная мотивация такая.

Таратута: А вот тут такая история, опять же пресса и все теперь все пишут, когда бизнеса касается, что вот ваш бывший бизнес был связан с другим участником списка Forbes, который в свою очередь - я имею в виду Искандера Махмудова и «Трансмашхолдинг» - совсем недавно попал в ту часть списка Forbes, который касался госзаказов и обогащения бизнесменов за счет госзаказов. И он в этом списке занял треть место. Я понимаю, что я рассуждаю как-то наивно, но всякий раз, когда какой-то бывший партнер становится чиновником, а кто-то в списке людей, обогатившихся за счет госзаказа, это вызывает вопросы о конфликте интересов. Вот задам я вам его напоследок.

Ликсутов: Очень нормальный вопрос, на самом деле. Во-первых, я не делал секретов, я никогда не скрывал свои активы и делал это достаточно публично.

Таратута: Сложно скрыть.

Ликсутов: Исходя из вашей логики, получается, что человек, работающий в бизнесе, придти на госслужбу никак не может.

Таратута: Нет, я говорю исключительно об этом контексте.

Ликсутов: Но для того, чтобы убрать этот конфликт интересов, я продал свои акции в «Трансмашхолдинге» своим партнерам бывшим для того, чтобы с точки зрения конфликта интересов этого конфликта не было. Это мое решение, я это недавно сделал. Фактически мы до конца бумаги все уже оформили. Там в течение месяца, может быть, немножко больше, эта сделка будет полностью закрыта.

Таратута: Там просто говорили о том, что перетекали кадры из компании «Трансмашхолдинг» вот в Московскую кольцевую железную дорогу, а поскольку это ваш, в общем, фронт работ, как написано во всех заметках про вас…

Ликсутов: Наша задача, которая передо мной стоит, - брать самых лучших людей, которые в этом сегменте, отрасли есть. Я считаю, что та команда, которая была там, и в «Трансмашхолдинге», и в других компаниях, которых я знал, в РЖД в том числе, безусловно, берешь тех людей, которых знаешь и доверяешь. Вот некоторых из этих людей на самом деле я пригласил на работу, и считаю, что это профессиональные люди, которые точно городу будут полезны.

Таратута: Как Сергей Собянин: неважно, что богат, главное - эффективен.

Ликсутов: Главное – эффективный. Конечно, это разумно.

Таратута: Не поспоришь. Ну и у нас совсем уже немного времени остается. Знаете, любой человек, который вас знает, забавно, но почему-то этот вопрос возникает: у вас до сих пор эстонское гражданство. Я хотела рассказать нашим телезрителям, что вы начинали в качестве бизнесмена в Талине.

Ликсутов: Я родился в Таллине и 18 лет там жил.

Таратута: Да. И говорили даже о том (это открытая информация), что вы начинали бизнес с сыном Николая Артеменко, говорили о том, что вы представляли там его интересы. Но в последствии вы, как я читала…

Ликсутов: В 18 лет я ни чьи интересы не представлял, кроме мамы и папы.

Таратута: Может, в 26, неважно. Я хочу просто рассказать, с кем мы сегодня разговариваем. И вы получили гражданство за вклад в экономику. А вы сейчас чиновник, и вам, кажется, нельзя...

Ликсутов: Во-первых, у меня эстонского гражданства уже нет. Когда я получил российский паспорт, у меня был срок, в течение которого я должен был выйти из эстонского гражданства и я это сделал. На сегодняшний день у меня гражданства эстонского нет. Соответственно, когда я на госслужбу пришел, у меня этого гражданства уже не было. Вот видите, выбор, который я сделал в пользу того, чтобы работать в команде Сергея Семеновича, он достаточно большой - это отказ от европейского гражданства (к чему многие стремятся у нас) и, соответственно, даже продажа каких-то, я считаю, очень хороших интересных активов для того, чтобы быть с этими проблемами, о которых мы с вами разговариваем.

Таратута: Вот на такие жертвы пошел наш глава Департамента транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры Максим Ликсутов - наш сегодняшний гость - для того, чтобы избавить нас от пробок. Пока результаты не очень видны глазу пассажира или водителя, но будем надеяться на будущее.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.