Мария Арбатова: я за легализацию проституции, но защищать ее с Куклачевым не стану

4 декабря 2012 Юлия Таратута
5 691

Писательница Мария Арбатова рассказала Юлии Таратуте о психотипе проституток, о том, кого в этом бизнесе больше – женщин или мужчин, и о женщинах в политике.

Таратута: Вы были заявлены как участник пресс-конференции организации «Полиции нравов», где собирались пропагандировать процесс легализации проституции, но вы не там, а у нас. Почему?

Арбатова: Действительно некое сообщество собралось в красивом помещении, я верю, что с замечательной выставкой, ещё больше я уверена, что с шикарным банкетом для того, чтобы, как им кажется, обустроить Россию. Когда мне пришло приглашение обсуждать легализацию проституции в одной компании с Кобзоном, с Мамоновым, а самое главное - с Куклачёвым, я поняла, что мне столько не выпить.

Таратута: Вы сомневаетесь в искренности намерений?

Арбатова: Дело не в искренности, а в том, что я в этой ситуации - либеральный общественно-политический глашатай, который себя хотя бы в этом плане заявил как глашатай, а Куклачёв, мне кажется, совсем по другой части.

Таратута: А Кобзон? Мне кажется, для него это вообще подвиг.

Арбатова: Почему подвиг? 100% уверена, что Кобзон об этом ничего не знает. Вопрос в том, что некие люди обсуждают это для того, чтобы распылить какой-то бюджет, и для того, чтобы, как им кажется, «хотели как лучше, а получилось как всегда».

Таратута: А чей это, кстати, бюджет? Что за структура - «Полиция нравов»?

Арбатова: Насколько я понимаю, это структура при таком агропромышленном миллионере или не миллионере, а просто позиционирующимся как миллионер господине Рязанове или Рязанцове, который вполне милый человек, но, конечно, ему лучше бы заниматься своим видом спорта. Например, мы сейчас войдём в ВТО, и нам повезут всякую продукцию с генетически модифицированными объектами. Вот тут, я уверена, он понимает, а когда он начинает финансировать проекты, которые он не может проконтролировать до такой степени, чтоб не быть смешным, то, как говорил Жванецкий, «Вся история России - есть борьба невежества с несправедливостью». Поэтому я такие проекты не поддерживаю.

Таратута: Как я поняла, вам не понравилась сама компания, а идею вы поддерживаете?

Арбатова: Да, конечно. Легализации проституции – очень важная часть либерального тренда наряду с однополыми браками, с контрацептивной культурой и другими вещами, которые сделают страну цивилизованной, а нас с вами - защищёнными.

Таратута: Расскажите, пожалуйста, всем, почему так надо поступать?

Арбатова: Легализовывать проституцию необходимо по совершенно понятным и, грубо говоря, шкурным причинам, потому что нормальный человек понимает, что такое эпидемиологическая цепочка, что СПИД где-то там, а на самом деле никто не знает, как он может прийти к грудному ребёнку, принятому в медицинском учреждении, где не промыли, не прокипятили какой-то предмет. С другой стороны, проституция - это колоссальный кусок теневой экономики, налоги должны идти в бюджет. Это бизнес, который не облагается налогами, у нас такими налогами не облагается только, извините, РПЦ, которая продаёт свечки, это единственное, что их объединяет. Третья очень важная вещь - эта область криминализована. И самое главное для меня, как для либералки, это то, что общество и государство не имеет право предписывать совершеннолетним людям, как им заниматься сексом: за деньги, бесплатно, вверх головой, вниз головой, на потолке, на полу. Это не в компетенции общества и государства, это частное пространство.

Таратута: А какие аргументы для вас в данном случае приоритетны? То есть ваши либеральные аргументы перекликаются с  чем-то женским? Все остальные аргументы спорны для организаций, которые тоже защищают женские права. Международная коалиция по борьбе с торговлей женщин пишет… Так нельзя говорить? Нельзя её цитировать?

Арбатова: Можно, конечно.

Таратута: Что это подарок сутенёрам, что это расширение секс-торговли, что вместо контроля за проституцией введёт