«Попал в представительную компанию»: как убийство журналиста открыло саудовскому принцу дорогу в клуб диктаторов

Колонка Михаила Фишмана
26 октября, 23:13 Михаил Фишман
3 285

Саудовская Аравия пытается справиться с крупнейшим международным кризисом вокруг убийства журналиста Джамаля Хашогги. Это убийство подтверждает правило: начинающие диктаторы плохо умеют обходиться без жертв, и почти всегда это журналист или журналисты. Россия и ее соседи знают, о чем речь. Колонка Михаила Фишмана — о том, как Саудовская Аравия учится на ошибках других стран, в которых правят диктаторы. 

Фото: Reuters

В 1999-2000 годах стали пропадать враги тогда еще последнего диктатора Европы Александра Лукашенко, и среди них — оператор «Первого канала» Дмитрий Завадский. Лукашенко тогда пожимал плечами — мол, они все наверно куда-то уехали. Примерно как Сталин, когда его спросили, куда пропали 20000 польских офицеров в 1940-м году. А очень скоро два белорусских следователя бежали в Польшу и рассказали про эскадроны смерти в Белоруссии.  

У соседа Лукашенко Кучмы примерно тогда же исчез журналист Гонгадзе, и это стало началом его конца: именно так родилась Оранжевая революция. И примерно в то же время у кандидата в президенты России Владимира Путина где-то в Чечне пропал журналист Андрей Бабицкий, но поднялся большой шум. и он нашелся — наверное, дело в том, что Россия тогда еще не была диктатурой. Через шесть лет застрелили Политковскую, а еще через три года Наталью Эстемирову. И тут обычно начинается полемика, о какой конкретно диктатуре идет речь — российской или чеченской.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю