С кем воюет и с кем планирует воевать Путин.

Версии политолога Владимира Фролова
И так далее с Михаилом Фишманом
01:06, 14 мая
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку

Комментарии

Скрыть

На этой неделе Россия отмечала 71 год Победы. Главный праздник в России. Главный российский символ. Нет ничего, чем российская власть на мифологическом уровне дорожила бы больше, чем символикой победы. Это для всего мира Вторая мировая война закончилась, а российская власть   и российская пропаганда продолжает ее вести. Она видит нацистских карателей в украинских революционерах, в арабских террористах, в экстремистах, убивающих Россию изнутри, во всех своих врагах — реальных и выдуманных. 

Фишман: Соответственно, что это за предложение: «Мы открыты для объединения усилий со всеми государствами, готовы работать над созданием внеблоковой системы международной безопасности»? О чем речь?

Фролов: Я думаю, что это пока недостаточно четко сформулировано, но, тем не менее, достаточно однозначное предложение вступить в какой-то диалог по вопросам новой архитектуры безопасности, прежде всего в Европе, потому что именно европейское направление в наибольшей степени волнует российское руководство, как главный источник угроз. Но, к сожалению, это предложение не содержит, как я уже говорил, конкретики, но в то же время там есть отсыл к необходимости формирования внеблоковой системы безопасности.

Фишман: То есть это без НАТО, значит?

Фролов: Да, видимо, речь идет о каком-то возвращении к российской инициативе 2008 года, это была первая внешнеполитическая инициатива президента Медведева, обнародованная в Берлине в его первом внешнеполитическом выступлении.

Фишман: В системе европейской безопасности?

Фролов: Это было предложение о договоре по европейской безопасности. Сначала выступил Медведев, но конкретное мясо этого договора появилось уже после проработки его МИДом, ни много, ни мало, через полтора года спустя — в октябре 2009-го. И это предложение, в принципе, оно могло бы стать основой для обсуждения, если бы не один момент, который там очень четко прослеживается. Это попытка сформировать систему, в которой у России было бы право вето на действия НАТО, в первую очередь на военные операции Альянса. Там предлагался механизм, по которому прежде, чем что-то сделать, надо прийти, вместе сесть, посоветоваться и...

Фишман: В 2008 году?

Фролов: Да, это инициатива 2008-го.

Фишман: Сейчас это вообще себе невозможно представить.

Фролов: Сейчас это сложно представить.

Фишман: НАТО, наоборот, аккумулирует войска в Восточной Европе.

Фролов: Возможно, готовится какое-то развитие этой инициативы, потому что тогда встреча была исключительно прохладна, и поначалу Запад не знал, как на это реагировать. Но, в конце концов, они ее похоронили, просто заявив, что они не могут принимать на себя обязательства, которые ставят обязательства внутри Альянса ниже, чем обязательства перед Российской Федерацией. Я думаю, что мы должны подождать какое-то время, видимо, новая инициатива будет озвучена.

Фишман: И за этим может стоять что-то конкретное?

Фролов: Я думаю, что есть такое желание: что-то предложить конкретно, потому что если ничего не предлагать конкретно, то тогда непонятно, зачем сотрясать воздух.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.