Экономист Андрей Нечаев: девальвация для правительства не проблема, а средство наполнения бюджета

И так далее с Михаилом Фишманом
7 ноября 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Курсы валют сегодня весь день лихорадило. Сначала и доллар, и евро установили очередной исторический максимум: американская валюта с утра торговалась дороже 48 рублей, европейская – дороже 60. Затем, после сообщениях об экстренном заседании Центробанка, рубль резко отскочил. В итоге Банк России увеличил официальный курс на выходные и понедельник на 2 рубля 70 копеек за доллар до 47,80, и на 2 рубля 80 копеек за евро до 59,30. Индекс РТС впервые за 5 лет рухнул на тысячу пунктов. Чего ждать дальше, поговорили с бывшим министром экономики Андреем Нечаевым.

Фишман: Хочется начать с курса валютного, потому что, сейчас я процитирую газету «Коммерсантъ», которая цитирует обзор аналитический по валютному рынку, один из, «Каждое утро, глядя на график, все сложнее находить аргументы для описания текущей ситуации». Мы знаем, что Центробанк сначала ограничивает интервенции, больше 350 миллионов не трачу, не добьетесь, на мне не поспекулируете. Потом заявляет, что готовы вроде и дальше вкладывать. Как относиться к этому всему, что они делают?

Нечаев: Как говорится, не стреляйте в пианиста, он играет, как умеет. Здесь есть глубинные факторы, это, мягко говоря, скверное состояние российской экономики, причем которое было таковым еще до украинских событий, санкций. Вот весь прошлый год – это хроника пикирующей экономики. Это неблагоприятный инвестиционный климат, в результате чего в этом году, если выйдем на рекордный, то, наверное, второй за всю историю современную уровень оттока капитала.

Фишман: Рекордный 2009, 2008?

Нечаев: 2008, четвертый квартал, там было 130 миллиардов, по году в целом меньше. В этом году будет от 100 до 120 миллиардов, причем я больше склонен верить второй цифре, чем первой. Что является не единственным, но мощным фактором обесценения национальной валюты. Плюс в целом высокий уровень инфляции, в конце концов, доллар специфический, но тоже товар. Если все товары растут, то почему ему стоять на месте? Это факторы глубинные, и вынув из кармана золотой ключик, ни я, ни любой другой экономист не исправит. Это нужна кропотливая работа по улучшению инвестиционного климата. К сожалению, она не делается, а все делается в другую сторону.

Фишман: Ее за два дня все равно не сделаешь.

Нечаев: Конечно, но когда-то надо начинать. Есть факторы текущие, которые вызвали тот скачок, который мы имеем. Я это говорю к тому, что я написал про то, что нам грозит девальвация, полтора года назад первый раз – в марте 2013 года. Поэтому те, кто меня читает, уже давно бы сильно обогатились на 30 процентном удорожании доллара. Тактически факторы – это падение цен на нефть, которая является наряду с газом и металлами источником прихода валют в стране. И упомянутая вами позиция Центрального банка.

Справедливости ради надо отметить, что  давно декларировалось, что он будет уходить с валютного рынка, что он занимается теперь таргетированием, установкой целей по инфляции, и для него главная задача – это борьба с инфляцией. Что выглядит немножко странным, потому что у нас значительная часть инфляции носит не монетарный характер, когда у вас тарифы так называемый естественных монополий растут быстрее, чем среднерыночный рост цен, вы можете сжимать денежную массу, разжимать, делать валютные интервенции, не делать, это не имеет никакого значения. Когда у вас рынки монополизированы, и благополучие бизнеса зависит от отношений с близлежащим и вышестоящим начальником, вы можете делать валютные интервенции, повышать ключевую ставку – никакой конкурентной среды нет, монополизация рынков глобальная и локальная.

А, с другой стороны, у Центрального банка ситуация в это смысле аховая, они потратили за несколько последних недель порядка 30 миллиардов долларов на поддержание курса. Можно сейчас палить все золотовалютные резервы. Гипотетически, вот так на спор, 10 рублей за доллар – это продлится недели две.

Фишман: Это все понятно. А как нам относиться к тому, когда выходит министр финансов, выходит представитель  Центробанка и говорят: «Нет, на самом деле он еще отскочит, еще не найдено равновесное положение, спекулятивные факторы». Как нам к этому относится, нам, обывателям?

Нечаев: Стоически. Действительно панические спекулятивные элементы есть в этом скачке последний дней. Я вам скажу другое. Конечно, министр финансов никогда не выйдет и не скажет вам: «Господа, у нас такая аховая ситуация с бюджетом, нам девальвация выгодна». Конечно, она приведет к колоссальному скачку цен, в том числе удару по малоимущим, по пенсионерам, но пенсии, зарплаты бюджетникам, другие обесцененные инфляцией траты придется компенсировать когда-то, а доходы, поскольку 52% бюджета – это некоторые разовые доходы.

Фишман: Это же уловка, эти деньги будут стоить меньше.

Нечаев: Подождите. Вот бюджет сверстан по доходам, он 100% не будет исполнен, потому что он нереалистичен, он под другие темпы роста, он под цены на нефть 96 долларов за баррель. Бюджет нереалистичен, но когда вы за ту же цену или снизившуюся цену нефти получаете больше рублей, из которых и черпаются налоги, для бюджета это выгодно, и бюджет исполняется лучше, а компенсировать инфляцию вы будете потом, когда-нибудь. И компенсировать вы будете в лучшем случае официальную  инфляцию, которая отличается от той инфляцией, которую любая домохозяйка для себя, она не ведет даже подсчеты, большинство. Вот любую домохозяйку спросите, и она моментально выдаст свою личную грубую …

Фишман: Это реальное объединение не очень волнует правительство в реальных цифрах.

Нечаев: Безусловно, это волнует правительство. Я говорю о другом, что домохозяйка, и это зависит еще, из какой социальной группы она, малоимущие страдают больше, она вам скажет: «Цены в магазине выросли на 30%, и ничего мне больше не рассказывайте». А Росстат вам расскажет, что у нас инфляция будет в этом году 8-8,5%, и он не лжет, у него просто методики такие. Так компенсировать Минфин будет эти 8-8,5%.

Фишман: В итоге правительство, с вашей точки зрения, просто спокойно взирает на то, что происходит, и не очень беспокоится?

Нечаев: Оно, безусловно, беспокоится, но оно делает не по злобе довольно подленькую вещь – оно решает свои бюджетные проблемы, потому что нет политической воли снизить какие-то расходы на госбезопасность, на госаппарат, на оборону, на содержание гигантской оравы чиновников. Оно решает проблему другим образом – через девальвацию, от которой страдаем мы, все остальные, но с бюджетом все чудно.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.