Эффект бабочки: почему Россия так и не пережила дефолт 1998
Дефолта, конечно, нет, но впору говорить о кризисе — рубль в течение двух недель теряет около 10%, нулевой экономический рост, и Кремль вдруг объявляет, что идет за оброком к большим компаниям. «Делиться надо», — заявил помощник президента по экономике Андрей Белоусов и составил план финансовых изъятий у конкретных капитанов большого бизнеса. А то из чего финансировать «майский указ» президента? И действительно — нефтяники же отдают часть прибыли государству. А химики и металлурги — они, что, сахарные?
Фото: Зотин Игорь/Фотохроника ТАСС
Ровно 20 лет назад 17 августа 1998 года российское правительство объявило дефолт по выплатам ГКО и так под эхо падающего рубля вдруг закончились 90-е. Тогда экономический кризис мгновенно стал политическим. Это было последнее и главное поражение Ельцина, как будто дефолт объявило не правительство Кириенко, — да и что могло успеть за четыре месяца, — а весь ельцинский курс с 1991 года. Дефолт позволил сделать легкий и напрашивающийся вывод: все последнее десятилетие было большой ошибкой.
Так ровно 20 лет назад началась постельцинская Россия — несмотря на то, что сам Ельцин после дефолта еще больше года сидел в Кремле. После дефолта на смену реформаторам, либералам, западникам и самому Ельцину пришли люди в погонах. Сначала те, что постарше: «Я вижу вас главой государства», — говорил Ельцин Евгению Примакову осенью 1998 года. А затем те, что помоложе — чтобы остаться с нами уже навечно.
Чтобы посмотреть полную версию, выберите вариант подписки
Вы уже подписчик? Войти
Подвешенная подписка
Выберите человека, который хочет смотреть
, но не может себе этого позволить, и помогите ему.
