15 лет Беслану. Чем выбор между победой и поражением отличается от выбора между штурмом и попыткой спасти людей

30 августа, 22:21 Михаил Фишман
10 813

1 сентября исполнится 15 лет, как террористы захватили школу номер один в Беслане. Михаил Фишман — о самом страшном теракте в российской истории — и одному из самых страшных в истории человечества.

Беслан не уходит, не отпускает — он как призрак преследует российское общество с немым вопросом: когда же бесланская трагедия перестанет быть набором версий? То есть, когда мы признаем правду? Когда государство возьмет на себя хотя бы часть ответственности за случившееся? 

Но государство — это аморфная абстракция. Поди разбери, что это такое — государство. В этом смысле с Бесланом проще. Потому что речь идет об ответственности, которую несет в том числе лично президент России Владимир Путин. 1200 заложников. 333 погибших, из них 186 — детей.

15 лет назад для жертв Беслана пришлось строить отдельное кладбище. Беслан — невероятно страшный теракт, осуществленный очень жестокими людьми, которых действительно трудно назвать людьми, и бесчеловечный не только по результату, но и по исполнению. Захватить и обречь на смерть сотни детей — разве человек может быть на такое способен? И важно понимать, что выйти из этой катастрофы без жертв было, скорее всего, было практически невозможно.

Но важно понимать и другое: Беслан случился не сам по себе. Беслан был невозможен без того, что было до Беслана. Жестокость террористов в Беслане стала следствием событий в Москве, в театре на Дубровке в октябре 2002 года. А принципиальная позиция Путина — никаких переговоров с террористами — была доведена в Беслане до своей высшей трагической точки.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю
Россия это Европа