Филипп Дзядко: Сережа Блинов, ты в детстве кем из мушкетеров хотел быть?

Дзядко3
2 августа 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Филипп Дзядко написал и отправил в Кировскую область письмо судье Сергею Блинову, который вынес приговор Петру Офицерову и Алексею Навальному по делу «Кировлеса».

Здравствуйте, Сергей!
Мы никогда не были знакомы, но я вас много раз видел. Вы были в мантии, сидели под флагом Российской Федерации, выслушивали адвокатов и следователей, кашляли, вздыхали, бормотали, читали приговор. Вы осудили Навального на 5 и Офицерова на 4 года.
Мы почти ровесники, вам 35, вы старше меня на 3 с половиной года. Мы родились в одной стране, которой уже нет и уже никогда не будет на карте мира. Мы жили при одинаковых правителях — Брежнев, Черненко, Андропов, Горбачев, Ельцин, Путин, Медведев, снова Путин — даст Бог, пережили Брежнева, и Путина переживем.
Мы читали одни книжки, в  учебниках раскрашивали Ленину лысину, одинаково ненавидели школьную форму и вареные сосиски в столовой, смотрели «Место встречи изменить нельзя», «Три мушкетера», «Собаку Баскервилей». Мы могли сотню раз встретиться — в одном купе поезда, например. Выпить на двоих бутылку и обсуждать долго: как же так вышло, что нам уже за 30, а мы по-прежнему не изменили мир, ну ещё по одной, давай покурим на полустанке, ну что, на ты, да конечно, ну рассказывай. Но встретились мы по разные стороны экрана, ты — в кадре, навсегда сделавшем тебя параграфом истории, маленьким Лениным, у которого не будет портрета в учебнике, но будет строчка: он приговорил Навального и Офицерова.
Сережа, ты кем из мушкетеров хотел быть? Я — Атосом. А может быть, тебе нравились гвардейцы кардинала? Сережа, ты хочешь сказать, что не плачешь каждый раз на последних минутах «Белорусского вокзала», когда Нина Ургант берет гитару и поет с Леоновым: «Сомнения прочь, уходит в ночь десятый наш десантный батальон»?
Все три с лишним часа, что я слушал тебя, как ты читаешь приговор, я думал: где ты, о чем ты думаешь сейчас? Мы смотрели с женой, как ты торопливо, иногда путаясь, как будто читаешь в школе списанную у отличника Пети Алехина работу по неизвестной тебе науке, как ты торопливо, теряя листочки, читаешь приговор. Я думал, я знаю, где ты — ты на море, ты читаешь глухой мертвый чужой текст, а сам ты — на море, в лесу, стреляешь из лука как в детской пластинке про Рубин Гуда, в пещере Али-Бабы, на речке, вот ты плывешь, — вот это ты, а этот хер в мантии, читающий текст, этот «судья Кировского суда Сергей Блинов», на которого наставлены сотни камер и десятки тысяч глаз, — это кто-то другой, ты его не знаешь и знать не хочешь.
И мне казалось, еще чуть-чуть и ты не выдержишь. Ты отбросишь эти бумажки, неловко улыбнешься и скажешь: «Ладно, друзья, хватит дурить, я и сам все знаю про Кафку, этот процесс — чушь, здесь не собрано ни одного доказательства вины, три толстяка просто хотят наказать несогласных с ними смельчаков, чтобы никто не смел сопротивляться. Офицеров, который не струсил и не наврал, хотя трижды мог, а готов иди в тюрьму ни за что, ради своей чести — лучшее доказательство, что этот процесс — политический. И я говорю — я, судья Блинов — „Вы свободны, пойдем гулять по улицам“». Ты бы сказал: «Я знаю, мне больше не быть судьей в этой стране, но главное, как говорит Офицеров, сохранить себя и не быть подлецом».
Сергей, к черту поезд, мы никогда не виделись и не переходили на ты. Всего этого не было, вы приговорили невиновных к годам тюрьмы. Я знаю, сейчас вам плохо. Я знаю: сейчас — никак. Не спрятаться за детские книжки, не исчезнуть, думая о море, не раствориться, сидя с удочкой на речке.
Но еще всё возможно, всегда всё возможно. По всей стране каждый день тысячи наших с вами потенциальных знакомых и одноклассников сажают и приговаривают невиновных потенциальных знакомых и одноклассников. Прямо сейчас судья Никишина делает вид, что это не она, и, прячась за броню, судит невинных узников Болотной. Прямо сейчас в маленьких городках и деревнях сажают людей ни за что, а потом живут с этим, забывая потихоньку, кем хотел быть в детстве, забывая про Атоса и Д’Артаньяна, превращаясь в пустую оболочку, обтянутую мантией судьи. Сережа Блинов, ты для этого родился на свет?
Расскажи сейчас, что это был за суд. Встань и расскажи, что было на самом деле. Расскажи, как тебя заставляли делать то, что ты не хотел, почему тебе пришлось врать и приговорить невиновных. Призови тех, кто еще не стал овощем и не совсем потерял себя, изменить ход истории, изменить твою страну, сказать «нет» политическим делам, сказать «нет» проплаченным судам, напомни всем: мы должны защищать слабых.
Сергей Блинов, съезди на рыбалку, пересмотри «Мой друг Иван Лапшин», выпей 150 грамм и стань снова собою.
Будь здоров и счастлив.
До встречи.
Филипп.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.