Facebook и Twitter в руках террористов: как ИГИЛ вербует сторонников в социальных сетях

9 марта 2015 Тихон Дзядко
3 157

Число сторонников террористической группировки «Исламское государство» растет в геометрической прогрессии, по крайней мере, в твиттере. 

Число аккаунтов, которые зарегистрировали сторонники ИГИЛ, признанного в России террористической организаций, сейчас составляет 46 тысяч. И это при том, что твиттер удаляет все подозрительные аккаунты, которые могут быть связаны с террористами.

В  2008 году, когда об ИГИЛ, основанном двумя годами ранее, только стало известно, в твиттере было всего два аккаунта, зарегистрированных сторонниками террористов. К концу 2014 года таких аккаунтов — уже 12 тысяч. Социальные сети просто не успевают удалять все: вместо одного удаленного регистрируются сотни новых — к таким выводам пришли в Брукингском институте.

Тихон Дзядко обсудил эту тему с Ахметом Ярлыкаповым, старшим научным сотрудником центра проблем Кавказа МГИМО. 

Дзядко: Скажите, если говорить про «Исламское государство» (в России внесено в список организаций, признанных террористическими — Дождь), про эту группировку, насколько интернет является движущей силой в координации, в вербовке, в появлении новых сторонников, которые потом отправляются в Сирию, Ирак и начинают там воевать в рядах ИГИЛа? Поскольку мы же видели недавно тысячи российских граждан — цифра, которую называл Александр Бортников в Вашингтоне, также тысячи европейцев. Насколько интернет здесь является весомым средством коммуникации?

Ярлыкапов: Интернет является сейчас одним из главных средств коммуникации. И не только для Исламского государства. Если мы возьмем свою доморощенную структуру «Имарат Кавказ» (организация признана Верховным Судом РФ террористической, ее деятельность на территории РФ запрещена — Дождь)  то он практически живет в сети полноценной жизнью, в реальности представляя собой некую сетевую организацию. То же самое и для Исламского государства. Это очень важное средство привлечения различных сторонников. Очень интересно, что весь 2013 и 2014 год главным словом, которое употребляло «Исламское государство» в интернете, было слово «хиджра» — это религиозно мотивированное переселение на исламскую территорию. Через интернет Исламское государство призывает мусульман совершать хиджру на свою территорию для того, чтобы присоединиться к ведению вооруженного джихада, который они объявили.

Дзядко: Мы видим, что присутствие «Исламского государства» в социальных сетях растет в геометрической прогрессии, насколько реально масштабы «Исламского государства» растут подобным же образом? Насколько их сторонников из России, из стран Европы, из Соединенных Штатов становится больше и больше с каждой неделей? Или все же те действия, которые спецслужбы и власти стран предпринимают для того, чтобы поток этого своеобразного туризма, который завершается вступлением в ряды ИГИЛа, сократился, и насколько эти усилия дают свои плоды?

Ярлыкапов: К сожалению, эти усилия дают плоды, конечно, но не совсем те, которые ожидаются. Все равно поток не иссякает, к великому сожалению. Поток этот сейчас стабилизировался из России, но тоже не иссякает. И эта цифра 1700 — это, наверное, самая взвешенная цифра.

Дзядко: Это та самая цифра, которую Бортников называл?

Ярлыкапов: Да. Она на этот момент действенная, потому что те, кто туда уезжает, едут не отдыхать в лагерь, они гибнут там во время боев. И реально, конечно же, из России уехало больше. Это очень серьезный вызов. И страны Западной Европы не зря очень серьезно озабочены этой проблемой и пытаются совместно прорабатывать какие-то ответы. Я думаю, что эти ответы должны быть очень неординарными, потому что очень неординарны действия самого «Исламского государства» по привлечению людей на свою сторону.

Дзядко: Скажите, если сравнивать «Исламское государство» и «Аль-Каиду» — насколько верно утверждение, что идеология Исламского государства сильнее, чем идеология «Аль-Каиды»? Это мое личное мнение, возможно я ошибаюсь. Но когда мы видим, например, картины того, как боевики Исламского государства разбивают экспонаты в музее или бульдозерами уничтожают какие-то постройки в древних городах — это такой хаос, который поражает, ужасает, но одновременно с этим захватывает в каком-то смысле. Наверное, это сродни тому, что сделали талибы в Афганистане лет 15 назад. Насколько в сравнении этих двух угроз — угрозы «Аль-Каиды» и угрозы «Исламского государства» — в этом смысле ИГИЛ выглядит мощнее?

Ярлыкапов: Вы совершенно правы. ИГИЛ разошелся с «Аль-Каидой» как раз по многим важным вопросам, в том числе и по вопросу о власти и о территории. Они обозначили свою территорию, они обозначили свою власть как власть исламскую и под знаменем Халифата. Они предлагают людям некую территорию для воплощения своих мечтаний и идеалов. Люди туда едут, как на землю обетованную. Основная масса людей, которые туда едут, едут туда за социальной справедливостью, которую якобы им даст «Исламское государство». И это очень серьезный мотив, который очень тяжело перебороть. Необходима высококачественная контрпропаганда для того, чтобы осушить этот поток в сторону «Исламского государства».

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю