Сколько доллар будет стоить к лету

И кто «имеет копеечку» со сноса ларьков. Антон Табах ответил на вопросы телезрителей
10 февраля 2016 Наталья Шанецкая
68 094 20
Купите подписку, чтобы посмотреть полную версию.
Вы уже подписчик?  Войдите
Вы уже подписчик ? Войдите

Гостем программы «Деньги. Прямая линия» был главный экономист агентства «Рус-рейтинг», доцент НИУ ВШЭ Антон Табах. Поговорили о том, какая выгода бюджету от сноса палаток, когда ставка по кредитам будет снижена, куда нефтяники дели сверхприбыль, и что будет с рублем. 

Шанецкая: Горячая тема этой недели - это снос ларьков в Москве. В общем, она действительно волнует многих, в частности, хотелось бы обсудить ее именно с экономической точки зрения. Потому что у большого количество москвичей и не только москвичей возникает вопрос: а как же в кризис все эти люди, которые вдруг оказались на улицах, эти рабочие места, эти все налоги, которые они должны были платить в результате в бюджет и т.д. Действительно, с экономической точки зрения, насколько, как вам кажется, это целесообразно?

Табах: В данном случае есть разные слои, то есть я буду абстрагироваться от вопросов, скажем так, законно/незаконно, по суду/не по суду. Чисто экономически, естественно, это противоречит стандартно всему, что обычно делается в разгар кризиса. То есть американский или европейский политик, который устроит такое даже в обычное время, должен за это хорошо ответить, а в разгар кризиса просто, так сказать, раздерут на куски, потому что как же — уничтожение рабочих мест. С другой стороны, снос ларьков — это тоже экономическое мероприятие, кто-то за это получил деньги, с этого тоже будут уплачены налоги, и, опять же, если копаться глубоко...

Шанецкая: Вы имеете в виду подряд непосредственно?

Табах: Да, подрядчики, новое строительство. Например, если мы посмотрим на опыт последнего года, то, например, у нас в районе такой же торговый ряд снесли до основания, потом восстановили, там открылись ровно те же самые магазины, кому это принадлежит — это вопрос загадочный, но делалось это по указанию управы. Поэтому не удивлюсь, это тоже экономическая активность: и снос, и строительство, и налоги, и сборы. А то, что это за счет городского бюджета, так это один из главных парадоксов прошлого года, то есть все боялись, что будет жуткий дефицит и на федеральном, и на местном уровне, оказалось, что дефицит...

Шанецкая: То есть,у Москвы, как у субъекта, слишком много денег?

Табах: Слишком много денег не бывает, но у Москвы всегда были приличные запасы наличности на счетах в казначействе, у Москвы всегда были в прошлом году достаточно хорошие исполнения бюджета, поэтому не удивлюсь, что, условно говоря, деньги есть, надо думать, на что их потратить. Сейчас, например, на медицину хочет бюджет субъекта потратить, а нельзя — одноканальное финансирование, хочет потратить на образование — там тоже есть свои административные сложности, например, нужно объявлять конкурсы и еще что-то, а тут как бы...

Шанецкая: То есть, по сути, все остальное перекрыто и было принято решение…?

Табах: Не только. Я не удивлюсь, что это не было основным стимулом, стимул мог быть эстетический, стимул мог быть бизнес сломщиков и бизнес строителей, то есть создание экономической активности, разрушение тоже ее создает. Но деньги были.

Шанецкая: Смотрите, предприниматель Дмитрий Потапенко, например, такую версию про последние события выдвигает. Давайте сейчас послушаем, потом вы прокомментируете.

Потапенко: Когда я слышу периодически закосы, что это идет в угоду какого-то другого бизнеса, могу сказать: ребят, да не в угоду какого-то бизнеса, власть же действует по-другому. Это начальник АХО. Сейчас самое идеально для начальника АХО бизнес — это кладбище. Все люди в линеечку — тихо и можно много плитки положить.

Шанецкая: Поясню просто, что АХО — это административно-хозяйственное управление, по сути дела. Дмитрий считает, что тут не нужно искать каких-то других особо сложных схем, не в чью-то угоду это делается, не для того, чтобы еще какое-то профинансировать из бюджета чей-то бизнес или кому-то в карман переложить, а просто-напросто так удобно. Что вы думаете по этому поводу?

Табах: Так удобно, возможно. Опять же, это за пределами, я все-таки специализируюсь на анализе бюджетно-финансовых потоков, поэтому, естественно, врач видит больных, военный видит войну, а, соответственно, полицейский видит бандитов. Поэтому я вижу, скорее, вещи, связанные с финансовыми потоками. Господин Потапенко — человек от сохи, непосредственно работает с торговлей, поэтому у него, может быть, другие представления.

Показать комментарии (20)
Полный текст доступен только нашим подписчикам. Подпишитесь:
Другие выпуски
Читайте и смотрите новости Дождя там, где вам удобно
Нажав кнопку «Получать рассылку», я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера