«Потратят не на людей»: кому в итоге достанутся деньги из российской «кубышки» на черный день

20 апреля, 13:19 Григорий Алексанян
519

В новом выпуске программы «Деньги. Прямая Линия» экономист Игорь Николаев говорит о фонде национального благосостояния — почему государство не спешит его тратить даже во время пандемии, на что, по идее, должны идти резервы, и на что, скорее всего, бережет их Кремль.

Про те самые триллионы, которые поступали и которые так берегли, это все тот же Фонд национального благосостояния. Его берегли, берегли, ничто не стали трогать, говорили: «На черный день, на черный день». И вот сейчас, когда США ― про санкции мы еще сейчас поговорим немножко подробнее ― усиливают санкции, уже это коснулось наконец-то госдолга, не будет ли такой вероятности, что его и так, этот фонд, не станут трогать для того, чтобы вот уже совсем когда будет плохо, то есть опасаясь уже совсем худшего: и отключений, и эмбарго, я не знаю чего, что просто скажут: «Вот это, видите, какая война идет, нельзя его трогать, давайте его оставим».

Нет ли тут такой вероятности, что и дальше фонд останется неприкосновенен?

Нет, я думаю, его начнут тратить, но начнут часть тратить, знаете, не на то, чтобы людей поддержать, а на финансирование разного рода проектов. Вот я заговорил о фонде, а почему его не тратили? Год назад приходилось (тогда в качестве версии) говорить о том, что допускаю, ведь у нас порядок с фондом какой? Если его ликвидная часть достигает суммы больше 7% от ВВП, то деньги фонда можно тратить на разного рода проекта по такой упрощенной схеме. И мы недавно услышали: «Смотрите, у нас ликвидная часть фонда ― а это где-то 8–9 триллионов рублей ― превысила 7% от ВВП, давайте тратить на проекты».

То есть, знаете, такая бизнес-версия, почему берегли-то, накапливали фонд? Чтобы можно было тратить на проекты. Там очередь уже из проектов выстроилась. И я думаю, что это будет приоритетом, там уже стояли, ждали, а тут пандемия, вот наконец дождались, все-таки наконец-то можно будет потратить. Так что если и будут тратить, то на разного рода проекты, а не на такую широкомасштабную материальную поддержку населения.

А какого рода проекты? У нас есть очень масштабные проекты, которые, как выясняется, стоят очень больших денег, и потом не всегда эти деньги даже, оказывается, доходят до конца. Что это за проекты, это какие-то национальные цели, которые заложили, или это какие-то более узкие проекты?

Нет, там разные проекты. Может, высокоскоростные магистрали, как известно, есть проекты до Питера и до Казани, вот такого рода. Там такие бизнес-проекты, инфраструктурные и не только. То есть это не национальные проекты в том смысле, в каком они понимаются, а вполне конкретные.

То есть фактически получится, что государство из Фонда национального благосостояния переложит это в карман какому-то исполнителю проекта, я правильно понимаю?

Так про каждый проект можно сказать, да. Работы, я надеюсь, будут сделаны, что-то построено за это. Но главное ведь не это, это бизнес-проекты все-таки, даже инфраструктурные. Это бизнес-проекты, а Фонд национального благосостояния изначально создавался для обеспечения устойчивости пенсионного обеспечения, вот для чего создавался фонд. Потом вносили изменения, сейчас уже вот в том числе для обеспечения сбалансированности федерального бюджета, а вот теперь уже и вот так вот, оказывается, можно обеспечивать устойчивость пенсионного обеспечения.

Купите подписку

Вы уже подписчик? Войти

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю
Лучшее на Дожде
Партнерские материалы
Россия — это Европа
Россия — это Европа