В чем ошибаются Медведев, Греф и Костин, кто и сколько заработает на нефтяном коллапсе в Саудовской Аравии, и зачем российской экономике Белоруссия

Объясняет профессор РЭШ Валерий Черноокий
16 сентября, 20:22 Григорий Алексанян
14 442

Гость программы «Деньги. Прямая линия» — профессор РЭШ Валерий Черноокий. Обсудили, к чему приведет нападение на нефтяные заводы в Саудовской Аравии, зачем России унификация экономики с Белоруссией и как россиян спасают от бедности. 

Прямая линия». Сегодня вместо Льва Пархоменко проведу ее я, Григорий Алексанян. В гостях у меня сегодня Валерий Черноокий, профессор Российской экономической школы, и говорить мы сегодня, как всегда, будем обо всем, что произошло за эту неделю, самое интересное, самое волнительное. А было достаточно много интересных событий. Во-первых, добрый вечер, Валерий.

Добрый вечер.

Вы у нас первый раз, мы вас приветствуем, надеюсь, не последний. Давайте начнем с самой важной, наверное, для российской экономики новости, казалось бы. Но действия повстанцев, йеменских повстанцев, которые в минувшую субботу устроили неожиданный налет, это оказался именно налет, дронов на один из нефтеперерабатывающих заводов Саудовской Аравии, в общем привел к тому, что нефть подорожала аж почти на 20%, в понедельник дикий рост котировок и прочее. Российские все сырьевые магнаты, «Лукойл» и прочие, тоже в большом плюсе, и оказывается, что вот такая небольшая история, а как многое может повернуть. Во-первых, как вы думаете, надолго ли сохранится вот этот рост? Саудовская Аравия вроде бы государство, которое считается самым надежным поставщиком нефти, и тут оказывается, что не так уж это все надежно. Надолго ли сохранится такой тренд на рынке, который мы видим?

Давайте немножко по поводу самого события. Пять миллионов баррелей в день это очень большая сумма, с учетом того, что сегодня мир потребляет сто миллионов баррелей в день. В принципе по размерам, в процентном отношении это сопоставимо с тем, что происходило в 1990-1991 годах, когда Ирак напал на Кувейт. Тогда, если вы помните, цены на нефть тоже подскочили почти в два раза, но эффект был довольно-таки непродолжительный, война быстро закончилась, и в течение буквально девяти месяцев цены вернулись обратно. Тем не менее, для экономики мировой это был довольно серьезный эффект, серьезный толчок, плохой толчок. Экономика мировая, страны развитые впали в рецессию, и в принципе само событие звучит довольно-таки страшно. Тем не менее, есть различия. Во-первых, различие то, что сейчас мир зависит не так сильно от нефти, как в девяностых годах. И более важно различие то, что все-таки эффект этот краткосрочный, я думаю, в течение нескольких недель, дней, Саудовская Аравия быстро…

Саудовская Аравия говорит, что полгода им потребуется.

Ну, полностью вполне возможно, полгода, но основная масса нефти все-таки поступит довольно-таки быстро, и запасы довольно-таки большие сейчас.

Запасы есть, но вот это, то что называется геополитические риски. До этого был главный геополитический риск это был Ормузский пролив так называемый, который Иран угрожает в случае чего блокировать, а блокировать его можно, затопив там несколько больших и тяжелых судов. И уже этот достаточно небольшой пролив, а этот пролив, скажу телезрителям, связывает Персидский залив и собственно говоря, весь остальной мир от поставок нефти, именно через него проходят все танкеры с Персидского залива. И вот Иран, угрожая постоянно, так сказать, спекулируя возможностью затопить и блокировать этот пролив, был одним из таких основных геополитических факторов. Теперь вот добавились йеменские повстанцы. Насколько этот новый геополитический фактор может тоже участвовать в определении цены на нефть? И не будет ли она уже априори чуть-чуть выше торговаться? Да, она уйдет с тех вот рекордных уровней, но все равно будет оставаться достаточно, на несколько долларов явно выше в среднем, это же сохранится.

Полностью соглашусь. В принципе, фактор страха, он всегда срабатывает, рост неопределенности, неопределенности в целом экономики, неопределенности на нефтяных рынках, он всегда негативно влияет на экономику и позитивно на цены, на цену на нефть. Соответственно, цена в среднем вырастет, вопрос насколько, пока неизвестно, и насколько долго это продлится, тоже.

Получится ли у России немножечко, скажем так, пополнить кубышку за счет этого временного… Пусть сейчас у нас очевидно все ощущают, что вот этот фонд национального благосостояния немножечко так мелеет. И есть ли шанс как-то нам пополнить и как-то улучшить эту, скажем так, конъюнктуру?

Сам фонд пока не мелеет, он пополняется. Вопрос, что есть разговоры потратить побольше. Безусловно, рост цены на нефть свыше сорока, 41,6 долларов за баррель сейчас, приведет к тому, что больше денег поступит в фонд национального благосостояния в следующем году.

Другой российский экспорт, предмет экспорта, который можно тут успешно продать, это различные охранные системы, военные системы. Есть ли шанс, что Саудовская Аравия может обратить внимание вот в таком ключе на Россию?

«Панцирь-С1», «Панцирь-С2», это известный зенитный комплекс, который борется с близкими целями. Но такие комплексы есть не только у России, вопрос, что Россия зарекомендовала себя в Сирии, довольно хорошо показала, как могут защищаться базы.

Американцы помогают отчасти каким-то йеменским структурам, там конечно же очень-очень интересный такой клубок. А вот выигрыш российских сырьевых компаний на рынке, что-то даст это именно их позициям? Вот я говорю и о «Новатэке», и о «СИБУРе», и «Лукойле», вот «Лукойл» за день на 527 миллионов подскочил, увеличилась капитализация до 21 миллиарда долларов компании.

Да, безусловно, даст. Если вспомнить опять же про Саудовскую Аравию, основная нефть из Саудовской Аравии поступает куда, в азиатские страны. Это Китай, Индия, Япония, и вот китайский рынок в принципе сейчас для России более чем…

Разговоры о той самой сланцевой нефти, о других методах добычи нефти, которые позволяют, во всяком случае, отвязывают остальной мир от Ближнего Востока. Насколько вот в данном ключе может сыграть роль вот этот фактор опасности, что все увидели, что даже в такой, скажем, условно стабильной и благополучной стране, как Саудовская Аравия, есть такие серьезные риски, насколько это, может быть, опять подстегнет вариант для таких сланцевых проектов?

На самом деле они растут и сейчас, даже при текущих ценах на нефть, падают издержки при производстве сланцевой нефти, то есть больших проблем у них сейчас нет. Но тем не менее, дополнительная прибыль безусловно скажется на дополнительных инвестициях, на дополнительном росте добычи в США.

Тогда мы двинемся дальше. Собственно говоря, к трате тех самых денег, которые Россия может получить за счет этого. Герман Греф на Московском финансовом форуме раскритиковал святая святых, священную корову, которую так холит и лелеет Владимир Путин, а именно национальные проекты. По словам Грефа, не стоит увеличивать на них расходы, не надо даже менять денежно-кредитную политику, ни к чему это не приведет. Национальные проекты не дадут искомого результата, сказал Греф, и причина это некачественное структурирование, отсутствие тех самых ресурсов, и вообще, по словам Грефа, эти деньги надо направить на переизобретение и создание новой модели в образовании, здравоохранении, управлении, правовой системе и судебной, вот за эти деньги эти реформы мы точно сможем сделать. Почему мы все чаще слышим критику нацпроектов? Причем не снизу, а, скажем так, не сверху, но откуда-то вокруг, собственно говоря, от доверенных лиц.

Честно говоря, не могу ответить на вопрос, почему конкретные лица критикуют.

Но такое отношение вдруг началось прямо активное.

С точки зрения нацпроектов критику Грефа Силуанов довольно-таки негативно воспринял. Все-таки нацпроекты нужны, в России серьезные проблемы с инфраструктурой, с дорогами, с железными дорогами. У нас есть проблемы с транспортировкой товаров в дальние регионы, в Дальний Восток и прочие, с этой точки зрения нацпроекты дадут большой толчок, и в краткосрочном плане экономика немножко вырастет, и в долгосрочном плане лучше дороги, лучше инфраструктура приводит к повышению потенциала выпуска, как говорят экономисты, соответственно, к более высокому росту.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю