Телеканал Дождь временно приостанавливает свою работу

Больше пенсионеров и плохих рабочих мест: как пандемия меняет рынок труда

15 декабря 2021 Маргарита Лютова
329
Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено иностранным средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, и (или) российским юридическим лицом, выполняющим функции иностранного агента.

Выход из пандемического кризиса во всем мире сопряжен с увеличением рабочих мест, вместе с ними растут зарплаты и темп инфляции. Эти и другие тренды, которые могут повлияют на рынок труда в ближайшей перспективе, Маргарита Лютова обсудила с профессором экономики Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе Олегом Ицхоки. 

Еще и про российскую экономику, и про американскую, и чуть-чуть возвращаюсь опять к инфляции. Про инфляцию и рынок труда я хотела с вами поговорить. Сейчас, если почитать комментарии экономистов к ситуации в Америке, много говорится о том, что в силу вроде бы очень хорошей ситуации на рынке труда, когда очень активно сокращается безработица, очень высок спрос на новые кадры, предложение не поспевает за этим спросом, приходится поднимать зарплаты, что может в свою очередь разогнать инфляцию.

В России говорят о схожем. Я уже видела такое мнение и от некоторых экономистов, и в аналитических записках Центрального банка тоже говорится о том, что дефицит кадров в России может стать в ближайший год проинфляционным фактором. Как думаете, насколько это острая ситуация и есть ли здесь действительно такая острая проблема? Потому что на первый взгляд, если мы будем смотреть с позиции работника, это же хорошо, зарплаты растут, да. Что же в этом плохого?

Да, совершенно верно, это как раз второй факт, с которого я начал, что экономика всех стран, мировая экономика очень быстро выходит из пандемического кризиса. Действительно, спрос на огромное количество товаров растет, предложение и товаров, и, как вы сказали, труда не успевает за этим. Если бы мы думали об этом риски год назад, мы бы сказали, что это вообще лучший вариант развития событий, что мы так быстро выходим из кризиса и действительно есть колоссальный спрос, вместо безработицы, которая всегда является основной экономической проблемой для большинства развитых стран, менее часто бывает для развивающихся стран, но всегда тоже мы думаем, что безработица ― это самая плохая экономическая ситуация, да?

Так вот, сейчас мы наблюдаем обратное, мы видим, что безработица очень низкая, спрос на труд очень высокий, действительно начали расти зарплаты достаточно быстро, и это здоровый выход из кризиса, особенно кризиса, который очень сильно повлиял на всякие цепочки поставок, сильно поменял структуру экономики. Это абсолютно то, что можно было бы ожидать как хороший исход, да.

Но, действительно, это сопряжено с тем, что зарплаты растут, а фирмы, соответственно, в таких условиях будут вынуждены поднимать цены на свои продукты. Дальше что хорошо для работника ― это не просто рост зарплат, а рост реальных зарплат, когда зарплаты растут быстрее, чем цены. Нет оснований полагать, что зарплаты вырастут намного быстрее, чем цены, в этом смысле рост зарплат и рост цен ― это две стороны одной и той же инфляционной монеты, скорее всего, возможно, будет некоторый рост реальных зарплат, что зарплаты действительно вырастут чуть-чуть быстрее, чем цены. Но на самом деле сейчас как такой основной среднесрочный фактор это просто общий уровень роста всех цен, включая зарплаты, в экономике как такой ответ на слишком быстрый выход из кризиса и неуспевание предложения всего, и товаров, и таких факторов, как труд, за ростом экономики. В этом смысле я бы не говорил об этом как о положительном факторе, что зарплаты растут, это просто часть, видимо, инфляционной картины.

Ну да, понятно, что часто вместе с инфляцией номинально вырастают и зарплаты, но, как вы уже сказали, важнее всего смотреть на реальные зарплаты, то есть за минусом инфляции.

Еще один вопрос про возможный такой дисбаланс, но уже не в чистом виде экономический. Я хотела с вами поговорить про характер того, как люди работают. Если мы посмотрим на то, что опять же можно прочитать об американской экономике, о европейской, очень много комментариев о том, как много меняется в характере труда: что люди трудятся из дома, они часто меняют работы, которые им не интересны, потому что они увидели, что у них может быть выход и так далее.

Когда это читаешь из России, это может показаться чем-то не чтобы с другой планеты, но, в общем, из какого-то другого века, потому что в России все равно, да, в крупных городах высока доля тех, кто, возможно, продолжает работать из дома или делал это достаточно продолжительный период времени, но если посмотреть в целом на данные, есть оценка Росстата, она, может быть, не самая точная, но тем не менее. 1,5% занятых к концу 2020 года работали в России дистанционно.

И в этом смысле тоже получается такой небольшой дисбаланс. То есть пока весь мир, в общем, куда-то уже переходит уже в другую реальность, Россия, я думаю, не только Россия, но и многие другие развивающиеся экономики остаются в прошлой реальности. У такого дисбаланса, как вам кажется, могут быть какие-то последствия?

Тут не стоит преувеличивать эти эффекты и в развитых странах. На самом деле по-прежнему работать дистанционно может меньшая доля населения, по-прежнему большинство рабочих мест находятся в сфере услуг, и там, где эти услуги надо оказывать, как правило, на месте, это требует того, чтобы люди присутствовали на рабочих местах. Относительно небольшая доля работ может выполняться дистанционно. В разных экономиках, действительно, это будет варьироваться, но пока это не является доминирующим трендом на рабочих местах.

То, что мы действительно наблюдаем, что в развитых странах многие люди не хотят выходить на работу, из-за этого безработица сейчас низкая, но тоже то, что мы наблюдаем, что участие людей на рынке труда относительно низкое, это действительно большой тренд. Например, в США какое-то количество, что-то типа четырех или пяти миллионов людей решили не выходить на работу после пандемии и остаться вне рабочей силы. Это действительно большой тренд.

А что же они делают? Простите, я задам дурацкий, наверно, вопрос. Как это они решили не выходить на работу?

Достаточно большое количество людей вышли на пенсию раньше времени. Действительно, это имеет смысл, поскольку пандемия наиболее опасна для людей именно старше 55 лет, 50 лет. Риски от пандемии сильно растут с возрастом, поэтому, действительно, преждевременный или ранний уход на пенсию ― это был из основных факторов.

Кроме того, семьи, в которых было два дохода, где оба супруга работали, один человек часто решал не выходить на работу, если доходов хватало семье, то, в принципе, семья могла отказаться от меньшего источника дохода, чтобы, соответственно, тогда заниматься воспитанием детей дома, поскольку садики были тоже закрыты, продленки во многих местах были закрыты и так далее. То есть это был второй источник этого тренда.

Но помимо этого мы видим, что многие люди просто отказались от выхода в рабочую силу и, соответственно, ищут какие-то альтернативные источники дохода. Действительно, сейчас огромный рост того, что мы называем gig economy, это когда люди находят маленькие подработки, через интернет это часто бывает. В принципе, это заменяет формальную занятость очень сильно, даже в развитых странах, это действительно такие большие новые тренды.

Но вы спрашиваете, что мы ожидаем на будущее. В ближайшем обозримом будущем кажется, что мир будет меняться не так быстро, люди по-прежнему будут приходить в офисы, на рабочие места и так далее. Мы ко всему этому вернемся. Другое дело, если мы будем смотреть на среднесрочные тренды, то структура занятости может достаточно существенно поменяться. Одна из отраслей, в которых происходит бум сейчас, ― это отрасль доставки, это действительно повсеместно: и в России, и в развитых странах, в Европе, в Америке. Отрасль доставки ― это отрасль основного бума из-за пандемии, и, в частности, после выхода из пандемии, в течение выхода из пандемии эта отрасль продолжает очень-очень быстро расти. На самом деле интересно, что многие российские компании лидируют на локальном рынке и даже выходят на международные рынки в области доставки. Это действительно одна из самых интересных отраслей сейчас.

Проблема состоит в том, что сложно себе представить, что эту работу будут по-прежнему выполнять люди в какой-то среднесрочной перспективе, десяти-двадцати лет, потому что, естественно, будут огромные инвестиции в замену людей на, так сказать, машины и роботов в этой области. И это действительно очень сильно будет менять, вероятно, структуру занятости. Сейчас в этой области работает, скажем, 2–3% населения, если все эти рабочие места уйдут, это действительно будет огромный, колоссальный шок для рынка труда.

Да, я как раз хотела спросить. В будущем, если мы представим, что все-таки получится такой труд заменить теми или иными машинами, роботами, я не знаю, беспилотными автомобилями, то если говорить о том, что происходит сейчас, да, действительно, бум доставки, и в этом есть замечательные успехи российских компаний. Но большинство людей, которые трудятся в этой области, трудятся на том, что называется, в общем-то, плохими рабочими местами, потому что тяжелые условия труда, как правило, низкая оплата. И в этом смысле есть еще такой давний конфликт: как нам сделать больше хороших рабочих мест и побольше плохих. Пандемия увеличила количество плохих рабочих мест или нет?

Да, совершенно справедливо, действительно, это то, о чем экономисты заботятся. Сейчас эта отрасль экономики очень трудоемкая, нанимают огромное количество людей. В среднесрочной перспективе мы ожидаем изменения этого тренда. Мы всегда видим, когда есть отрасль, которая очень трудоемкая, это создает огромные стимулы для инвестиций в какое-то роботозамещение труда в этих областях. И действительно, компании очень много в это вкладывают.

Это те тренды, которые вполне могут оказаться достаточно опасными для рынка труда на десятилетней перспективе. При этом отвечаю на ваш второй вопрос: нет, мы не видим, что количество плохих рабочих мест увеличилось за пандемию. Произошло перераспределение, просто люди, которые раньше работали, так сказать, в ресторанах или в такси, например, перешли и стали работать в доставке. Количество людей, занятых в этом секторе, увеличилось, но это произошло в основном за счет снижения тоже относительно невысоко квалифицированных работ в других отраслях. В этом смысле не произошло ухудшения качества рабочих мест за пандемию, но действительно, то, о чем мы можем думать как об одном из источников риска на рынке труда, ― это то, что структура этих рабочих мест начнет сильно меняться. Большому количеству людей, которые рассчитывают на подобные заработки, придется придумывать, в какие другие отрасли они смогут уходить.

Такого рода кризисы периодически происходят в мировой экономике, например, кризис 2008–2009 года был связан со значительным сокращением количества рабочих мест в строительстве, да. Это похожего типа отрасль. Возможно, следующий кризис будет связан с сильным скачком вниз в количество рабочих мест в доставке, такси и так далее. Возможно, это то, что мы будем наблюдать в ближайшие десять лет.

Фото на превью: Виктор Коротаев / Коммерсантъ

Купите подписку

Вы уже подписчик? Войти

Партнерские материалы

Подвешенная подписка

Выберите человека, который хочет смотреть , но не может себе этого позволить, и помогите ему.

    Другие выпуски
    Лучшее на Дожде