Доллар по 68 — новая реальность или будет хуже? Сергей Алексашенко о «цене стабильности»

13 августа 2018 Ксения Батанова
52 516

Гость этого выпуска программы «Деньги. Прямая линия» экономист, бывший первый зампред Центробанка Сергей Алексашенко. Обсудили влияние будущих санкций США на российскую экономику, сколько еще будет падать рубль и как поступить со сбережениями в августе, почему идея Силуанова отказаться от доллара при продаже нефти не новая, но «шансов на ее реализацию никаких», почему помощник президента Белоусов решил собрать деньги на выполнение майского указа с бизнеса, а бизнесмены зря надеются, что Путин займет их позицию.

Фото: Станислав Красильников / ТАСС

 

Добрый день, дорогие зрители Дождя. В эфире программа «Деньги. Прямая линия». Меня зовут Ксения Батанова, и, как обычно, по понедельникам, мы ждем ваших вопросов о российской экономике. А в гостях у нас сегодня Сергей Алексашенко, экономист и бывший первый зампред Центробанка. Сергей, здравствуйте.

Добрый день, Ксения.

Давайте начнем с главных новостей. Последние недели, понятно, мы наблюдаем за тем, как падает курс рубля. Вот сегодня он уже 68, такого не было уже два года, евро тоже вырос сегодня и сегодня стоит 78. Что мы сейчас наблюдаем? Это такая реакция на санкции, которые, возможно, будут введены, либо на нашу отечественную российскую валюту влияют еще какие-то другие вещи?

Ксения, мне кажется, что все гораздо проще. Мы с вами наблюдаем стабильность в российской экономике, и насколько она стабильна, извините за такое масло масляное. То есть, очень хорошо понятно, что санкций еще никаких нет, этот законопроект, который мы обсуждаем, он еще далек даже от внесения в Конгресс, его еще не начали выносить в комитеты. И вообще Конгресс находится на отпуске, у них до 4 сентября, практически до Дня Труда, никто не приезжает в Вашингтон, а в начале ноября еще будут промежуточные выборы, то есть, честно говоря, непонятно даже, когда законопроект, если будет обсуждаться, будет проходить через слушания в Конгрессе. Но достаточно оказалось только поговорить о том, что новые санкции могут быть введены в отношении России, как тут же и российские акции, и российский рубль начали стремительно снижаться.

И это говорит о том, что даже высокая цена на нефть, она уже не является опорой для рубля. Достаточно просто поговорить о том, что сейчас что-то случится, и вся стабильность российской экономики куда-то исчезает. Самое парадоксальное, что один из самых сильных пунктов законопроекта — это запрет государственным банкам иметь корсчета в американской валюте, и вот это все приводит к тому, что люди не избавляются от американской валюты, россияне, а наоборот, ее закупают. То есть даже в таких тяжелых условиях, когда россиянам говорят, вы знаете, может быть, вы вообще не сможете воспользоваться вашими долларовыми счетами, никуда не заплатить, ничего не сможете, россияне все равно считают, что рубль менее надежен, чем американский доллар. Поэтому вот такая вот цена стабильности и цена надежности российской экономики.

А насколько, по вашим ощущениям, серьезно настроены американские сенаторы? Насколько действительно может быть принят этот законопроект? По крайней мере, в том виде, в котором они собираются это сделать.

На мой взгляд, законопроект в таком виде, он практически не имеет шансов на прохождение, он является очень жестким и очень суровым. То есть, я считаю, что тот уровень санкций, который сегодня есть, введенный Америкой и Европой по отношению к российской экономике, тяжесть этих санкций она примерно процентов 5, может быть, 7, от тяжести иранских санкций, самых тяжелых, которые были в период между 2012-2015 годами, которые, собственно, и привели Иран к заключению ядерной сделки. Вот если законопроект будет принят ровно в том виде, в каком он написан, с которым мы смогли ознакомиться, то в моем понимании, это где-то процентов 60-65 от иранских санкций, то есть он такой достаточно сильный тяжелый удар по российской экономике. И очевидно, что после этого возникнут какие-то проблемы, связанные со стабильностью рубля, со стабильностью расчетов, стабильностью банковской системы, с ростом недовольства населения.

И мне кажется, что сегодня, по большому счету, это не является целью американского истеблишмента, то есть никто не хочет всерьез воевать с Россией. Мне кажется, это больше разговор идет о том, что нужно американскому Конгрессу разрушить вот то виртуальное единство Путина и Трампа, которое возникло после их встречи в Хельсинки. Нужно показать, что, хотя Трамп и говорит, что он верит другу Владимиру, что на самом деле Вашингтон другу Владимиру не верит и по-прежнему считает его одним из главных политических оппонентов в современном мире.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю