Ректоры могут телефонным звонком изменить судьбу студентов, сидящих за Болотную

Кофе-брейк
15 апреля 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Инициативная группа студентов МГУ обратилась с петицией к исполняющему обязанности ректора ГАУГН Михаилу Афанасьеву, ректору МГУ Виктору Садовничему, ректору РГГУ Ефиму Пивовару и ректор РГСУ Лидии Федякиной. Петиция размещена для сбора подписей 14 апреля на сайте change.org. Студенты просят помочь в освобождении учащихся вузов Ярослава Белоусова (МГУ), Степана Зимина (РГГУ), Алексея Полиховича (РГСУ), Дениса Луцкевича (ГАУГН), арестованных по «болотному делу». На что именно надеются активисты, узнали у Михаила Лобанова, одного из участников инициативной группы МГУ. 
Белоголовцев: Михаил, расскажите, чего вы хотите от ректоров?

Лобанов: На самом деле есть две петиции, одно обращение, которое мы вчера тоже начали распространять по соцсетям, но в поддержку студентам-узникам 6 мая, и там идёт ссылка на сбор подписей под письмо руководителей ВУЗов, откуда ребята, которые сидят.

Белоголовцев: Давайте перечислим Ярослав Белоусов, МГУ, Степан Зимин, РГГУ, Алексей Полихович, РГСУ, Денис Луцкевич, ГАУГН.

Лобанов: Если рассказать предысторию, эта петиция, скорее всего, своё начало берёт из ситуации, когда в МГУ была попытка моего необоснованного увольнения, сведения счётов за общественную деятельность. Тогда в ходе беспрецедентной кампании удалось это увольнение предотвратить путём информационной поддержки и коллективных действий. Тогда в решающий день тех событий, 27 февраля, когда мне всё-таки продлили контракт на работу, то в силу того, что собрание, оккупация ректората отменилась, многие студенты собрались в одной из аудиторий, чтобы обсудить то, что было, раз уж пришли.

Белоголовцев: А кто принял решение о вашем не увольнении?

Лобанов: В конечном итоге ректор МГУ.

Белоголовцев: То есть это личное решение Садовничего?

Лобанов: Да, до этого уже в трудовую книжку была внесена запись об увольнении, я был вычеркнут из бухгалтерских бумаг.

Белоголовцев: Чего вы сейчас хотите от Садовничего и от его коллег?

Лобанов: На том собрании студенты и преподаватели, которые пришли, воодушевлённые, что был успех, были речи о том, что подобные ситуации встречаются регулярно, что нужна университетская солидарность, взаимопомощь. В частности, там было предложение, вспомнили про Ярослава Белоусова, что он сидит уже который месяц, да, были внутри МГУ попытки ему помочь, в том числе со стороны деканата его факультета, мы информировали о том, что с ним происходило. Тогда возникло желание вывести это на качественный уровень и провести кампанию в поддержку всех студентов, которые сейчас сидят по делу 6 мая, являются заложниками страха власти.

Мы обращаемся ко всему обществу, к властям, отдельно второй петицией мы обращаемся к руководителям ВУЗов, чтобы они, помня о том, что ВУЗы всегда считались автономными учреждениями, академическая вузовская автономия, независимая, дух свободы, они заступились за своих студентов и сделали всё возможное, всё, что от них зависит, в том числе публичные выступления, чтобы ребята вышли, чтобы они больше не сидели в СИЗО, и наконец-то приступили к учёбе, к тому, чем они занимались год назад.

Белоголовцев: Я пока не до конца понимаю, есть ли у ректоров ВУЗов какая-то возможность вмешаться в ситуацию? То есть могут ли они совершить какие-то юридические действия?

Лобанов: Если с формально-юридической, они могут выступить поручителями, могут написать характеристики и другие бумаги, поручиться за ребят, чтобы их выпустили до суда под подписку, изменили меру пресечения. Кроме того, есть формальная сторона, они все имеют большие связи  во властных структурах, и они все телефонным звонком, письмом могут попытаться изменить ситуацию. И если в целом они и образовательное сообщество поднимется, всем станет понятно, что студенты и преподаватели встали на защиту, это тоже, мне кажется, поможет изменить ситуацию. Мы на это надеемся.

Белоголовцев: Известно ли вам, как Виктор Садовничий относится к ситуации, в которой оказался Ярослав Белоусов? Насколько он готов бороться за своего студента?

Лобанов: Я скажу то, что известно мне. Руководство факультета за Ярослава заступилось, были письма в его защиту…

Белоголовцев: То есть письма в суд?

Лобанов: Да, декан сделал какие-то действия. Что касается руководства всего МГУ, который гораздо более весомый, чем просто факультет политологии, здесь ситуация такая, что, скорее, руководство МГУ отмалчивается, пытается эту ситуацию игнорировать.  В какой-то момент на одной из пресс-конференций журналисты прямым вопросом зажали ректора, что он собирается делать, на это он ушёл, рассказывая, что он всегда заступался за студентов, пытался вспомнить какой-то случай, фактически ушёл в сторону. Это звучало  так: если ко мне обратятся, то я, может, что-то сделаю. Насколько я знаю, студенты-политологии пытались обращаться в ректорат и лично к ректору, но с ректором встретиться сложно, их встречали в приёмной и никакой помощи не оказали.

Белоголовцев: Вызывали ли кого-то из сотрудников деканата, института в суд в качестве  свидетелей? То есть принимали ли какое-то фактическое участие в судебном процессе?

Лобанов: Мне не известно об этом, поэтому я не могу сказать ни да, ни нет.

Белоголовцев: Что по другим ВУЗам?

Лобанов: В РГГУ есть своя инициативная группа студентов и преподавателей, она тоже уже много месяцев ведёт кампанию в поддержку своего студента Степана Зимина. Они приходят в суд, они проводили одиночные пикеты около входа, информировали коллектив университета через объявления, листовки. Они тоже пытаются привлечь внимание, пытаются пробудить руководство  своего ВУЗа вступиться за студента.

Белоголовцев: Но руководство ВУЗа пока открещивается?

Лобанов: Да, руководство ВУЗа в последнее время, скорее, было занято другими вещами. РГГУ попал в список неэффективных ВУЗов, и руководство пыталось сохранить свои позиции у руля университета, и пока никаких действенных шагов управление не предприняло. Но те студенты и преподаватели, которые эту кампанию в РГГУ ведут, они продолжают и надеются, что что-то можно ещё изменить.

Белоголовцев: А что происходит со студентом, пока он находиться в СИЗО?

Лобанов: Он в академическом отпуске, но это зависит от позиции непосредственно ВУЗа. Насколько я понимаю, Ярослав в экономическом отпуске.

Белоголовцев: То есть его политическая деятельность, его гражданская позиция не сказывается на его учёбе?

Лобанов: Она сказывается, потому что он уже год не учится, но мы надеемся, что Ярослав и остальные студенты выйдут на свободу и смогут продолжить учиться.

Белоголовцев: Не существует ли какой-то процедуры  в МГУ или других ВУЗах, в которой ректор так или иначе должен дать пусть формальный, но ответ в виде официального обращения, заседания совета?

Лобанов: Это большая проблема, в частности, МГУ, там добиться официального ответа от администрации очень сложно, люди подолгу осаждают приёмную, руководителей МГУ, пишут письма, они остаются без ответа. Знаю, что один преподаватель по своему вопросу в итоге писал в Министерство образования, что ему не отвечают на письмо ректору, в администрацию президента, и только когда письма пришли оттуда, ему дали какой-то формальный ответ. Несколько месяцев назад появилась электронная приёмная, там вопросы высвечиваются на экране, видно, достаточно публично. Но там идёт премодерация, и многие вопросы не доходят до публикации, даже если вопрос публикуется, на него отвечает не ректор, а он ссылается кому-то, в данном случае его наверняка отошлют к декану факультета политологии, если будет какая-то отписка от других чиновников. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.