«На создание подобной системы уйдут десятки лет». Илья Массух о планах ФСБ системы связи для спецслужб

Кофе-брейк
28 августа 2013
Поддержать программу
Поделиться
Теги:
ФСБ

Комментарии

Скрыть
Идею масштабного проекта создания единой системы связи для силовиков Никита Белоголовцев обсудил с бывшим заместителем министра связи, президентом Фонда информационной демократии Ильей Массухом. 
Белоголовцев: Как вы понимаете логику этого то ли решения, то ли идеи?

Массух: Я знаю об этом только из газет. Как я понимаю, планируется создать систему коммуникаций между какими-то органами на предмет безопасности страны, обороны, и она должна быть достаточно современной. Мы все знаем, что в стране есть кремлевские телефоны с круглыми дисками. Они, наверное, устаревают, и требуется что-то новое. Насколько я знаю, Обама ходит с мобильниками, хотя у них тоже все секретно.

Белоголовцев: Прозвучала оценка, что при минимальных затратах это миллиарды долларов, если это делать на совесть и на века, то это десятки миллиардов долларов. Насколько можно сейчас говорить о цифрах?

Массух: Надо смотреть, что вкладывается в сам проект. У нас, к сожалению, и дороги самые дорогие в мире, не хотелось бы, чтобы телефонные провода стали самыми дорогими в мире. Надо смотреть, сколько они соединять будут, какие технологии использовать. Наверное, максимум надо использовать какие-то российские производства, насколько я знаю, кабель оптоволоконный делается в России, какие-то есть наработки технические.

Белоголовцев: А насколько это будет все надежно, если это будет российское? Я понимаю, что аналогия с ГЛОНАСС притянутая за уши, надо создать свое, у нас танки по GPS ездили в Южную Осетию…

Массух: И промахнулись.

Белоголовцев: Мы видим, что с ГЛОНАСС все не гладко.

Массух: Надо сказать, что вообще телекоммуникационная, IT- отрасль у нас с момента, и в советское время кибернетика была лженаукой при Хрущеве, это идет все с тех пор. Мы не являемся передовиками, хотя точечные проекты делали, «Буран» сажали автоматически. С ГЛОНАСС история не очень положительная, но с другой стороны, 23 спутника летают и что-то показывают на Земле. Все надо начинать практически с нуля. «Superjet» тоже летает, но он самый дорогой самолет, оказывается, как и с дорогами. Но если не будем пытаться, мы станем уязвимыми. Мы знаем всякие разоблачения Сноуденов, Мэннингов.

Белоголовцев: Нет гарантии успеха, есть понимание, что будет очень дорого, сами признаете, что далеко не лидирующая отрасль в России, при этом мы видим, что США ровно от этого же и пострадали, что их все закрытые сети взломал джентльмен Брэдли Мэннинг, и миллиарды ушли в песок. Если необходимость в этом, если известно, что все равно взламывается на раз?

Массух: Поучиться на чужих ошибках, посмотреть, где американцы на грабли наступили и самим не наступить. То есть убрать человеческий фактор или сделать его коллективным, чтобы один человек не мог получить доступ туда. У нас страна большая и уязвимая, помимо военных секретов, есть коммерческие, данные по месторождениям, по населению людей, они могут быть использованы как странами, так и злоумышленниками. Мне кажется, что все равно надо создавать систему связей какую-то собственную. Другое дело, насколько она должна быть дорогой, какие исполнители, насколько она должна быть публичной для общества.

Белоголовцев: А насколько эта система связи изменилась со времен Советского союза?

Массух: Если вы посмотрите, недавно проходили военные учения в Восточном округе, там даже президент сказал, и Шойгу говорил, что все в порядке, все проснулись, завились, поехали, а вот со связью проблемы. Система связи у нас в отсталом состоянии, и то, что ей надо уделять серьезное внимание, это действительно так.

Белоголовцев: А насколько это долго?

Массух: Это десяток лет. Быстро это сделать не получится - страна большая. Когда я занимался проектом «Веб выборы», веб-камеры стояли на участках. Мы тогда за два месяца поставили 100 тысяч участков, протянули связь, и она заработала. Это был проект на один день, но потребовалось колоссальное напряжение ресурсов, которые были, у Ростелекома, у Минкомсвязи. Но это как запустили «Буран» - он слетал и все.

Белоголовцев: Существует ли что-то на зачаточном уровне? Потому что при обсуждении вопроса говорилось, что значительная часть сотрудников администрации президента пользуются почтой на Gmail. То есть это все настолько открыто, и нужно только захотеть и достать, или это улучшение того, что и так работает, просто недостаточно хорошо?

Массух: Есть закрытые почты электронные, другое дело - она может быть неудобной, и какие-то правительственные чиновники не используют ее, а используют Gmail. Но почта Gmail достаточно легко вскрываема, хакеру или спецслужбам, Сноуден нам рассказал много чего. Система связи требует внимательного отношения. Я бы перевел вопрос: не то, что нужно или не нужно, а как ее делать. Если возьмем Америку, то там тоже интернет создавался Минобороной и Пентагоном, там была закрытая система связи, связь с Европой. И какой импульс это дало всей экономике Америки. Они придумали, поняли, что это ноу-хау, и открыли миру. Задача, чтобы у нас подобные проекты точно так же развивались. Мне пока кажется, что такого не будет. Что-то придумают, закроют, и ни вы, ни я не узнаем, как она работает.

Белоголовцев: А у нас есть люди, которые это придумают?

Массух: Страна 140 миллионов, ну как…

Белоголовцев: Это понятно. Реально индустрия готова, чтобы выделить некоторое количество людей на некоторое количество лет, которые при гигантском количестве денег реально что-то сделают?

Массух: У нас IT-индустрия, слава Богу, открытая. Это известные вам компании: «Яндекс», «Касперский», Abbyy. Конечно, этих лидеров не заставишь работать в стол, то есть сделайте нам систему связи, чтобы об этом никто не знал. Вряд ли они пойдут на это, даже за деньги. Лидеры пойдут только в том случае, если наработки эти можно будет использовать на коммерческом рынке, на корпоративном.

Белоголовцев: Но это же невозможно.

Массух: Почему? Я вам привел пример интернета.

Белоголовцев: Но вы тут же сказали, что в России этого не будет.

Массух: Так у нас задача - Россию поменять, вектор развития новый придать.

Белоголовцев: Существует ли вариант, при котором Минобороны, ФСБ или Минсвязи, кто этим будет заниматься, просто перекупит лучших специалистов у того же «Яндекса», «Касперского» и так далее?

Массух: Я сомневаюсь. Надо заинтересовывать людей, во время перекупки… У нас «Анжи» перекупали-перекупали…

Белоголовцев: Сейчас «Динамо» перекупает.

Массух: От этого футбол у нас улучшается?

Белоголовцев: Клуб улучшается.

Массух: Временно. Мне кажется, что правильнее вкладывать в детские школы. То же самое со связью, ну перекупишь ты, даже если кто-то согласится уйти от «Яндекса» в эту закрытую шарашку, так назовем, во-первых, не будет никакой преемственности, ему потом станет скучно, о нем никто не будет знать. Мир-то поменялся.

Белоголовцев: Нет ли  варианта, при котором у этих людей не будет возможности отказаться?

Массух: Я думаю, что такие временя проходят у нас.

Белоголовцев: Давайте про камеры, вы обмолвились, что на один день устанавливали камеры на избирательных участках. Что сейчас с этими камерами происходит, их демонтировали, они есть? Будут ли они работать 8 сентября?

Массух: Камеры демонтированы, лежат на складах. 8 сентября в Москве будет департамент информационных технологий…

Белоголовцев: Выборы по всей стране проходят 8 числа.

Массух: Насколько я знаю, не будут использованы.

Белоголовцев:  А почему?

Массух: Я сейчас общественник, поэтому трудно…

Белоголовцев: Не обращались?

Массух: Не обращались.

Белоголовцев: То есть решили сделать и похоронить идею?

Массух: Нет, там есть идея использования на ЕГЭ. Мы все видели дагестанские ЕГЭ, на которых списывали. Мне кажется, что, наверное, к следующему маю можно успеть по всей стране установить их в этот день. Сам проект уникальный в мире, инновационный.

Белоголовцев: Странно, что он получился проектом на один день.

Массух: У нас же новое министерство, новый министр связи, надо ему задавать вопросы.

Белоголовцев: Я вам задам вопрос по поводу еще одного рода вашей деятельности - Российская общественная инициатива. Две петиции набрали уже 100 тысяч подписей, и как-то, честно говоря, даже с медийной точки зрения информации о них стало появляться в 10 раз меньше. Вы сами интересуетесь, что происходит с петициями?

Массух: Конечно, интересуюсь. Как только они набрали, мы на следующий день отправили письмо в правительство. Там есть специальная группа экспертная под руководством Абызова Михаила Анатольевича. Насколько я знаю, заседание рабочей группы состоится в первой декаде сентября. Там будут рассмотрены обе петиции. Там есть срок два месяца, вот они в течение двух месяцев должны рассмотреть. К сожалению, оттянули на самые последние сроки.

Белоголовцев: Простите, если вопрос чрезмерно жестко прозвучит, но пока, может быть, что-то измениться, это похоже на некоторого рода профанацию, вы соберите 100 тысяч подписей, в скобках, наверное, «наверняка не соберете» имелось в виду, а мы потом рассмотрим. Вы верите в то, что этот механизм реально заработает?

Массух: Во-первых, были обсуждения в Госдуме и правительстве, все ответственные люди относятся к этому серьезно. Я ставил вопрос, что надо обществу показать историю успеха петиций. Я сам заинтересован, чтобы был либо положительный, либо какой-то серьезный отклик у правительства в сторону поддержки гражданских инициатив. На сайте полно инициатив - 1700, они достаточно конструктивные. По сайту можно проводить социологические срезы, что интересует в настоящий момент людей.

Белоголовцев: Есть что-то еще, что близко к сотне?

Массух: Одна их первых петиций, по которой принято решение, это промилле. Президент где-то в июле подписал указ об отмене нулевого промилле. К тому моменту петиция набрала то ли 90 тысяч. Так что можно считать, что первую уже услышали.

Белоголовцев: Допустим.

Массух: Дальше отмена мигалок. Я посмотрел, сегодня 72-75 тысячи.

Белоголовцев: Отмена мигалок полное?

Массух: Запрет приоритетного проезда спецтранспорта, кроме «скорых», пожарных и милиции.

Белоголовцев: Тут же получается ситуация, что если или когда мигалки отменят, это сделают, когда соберутся пять человек, условно, или один человек и скажет: «Доколе?». То есть это теоритически может совпасть по времени с петицией.

Массух: Как совпало с промилле.

Белоголовцев: Простите, но мне кажется, что это совпадение все-таки. Понятно, что это не сделают после петиции, как, например, не запрещают покупать чиновникам дорогие иномарки.

Массух: Я считаю, что должны запретить. Касательно стоимости, может, даже полтора миллиона - это слишком дорогая стоимость автомобиля для чиновника, особенно нижнего уровня. Тот человек, который, как вы говорите, принимает решения, ему же проще принять решение, если за это решение 100 тысяч человек проголосовали.

Белоголовцев: Чуть-чуть.

Массух: Ну как чуть-чуть? Поэтому это тоже возможность быть услышанным властью. То же самое будет происходить на уровне региональном и муниципальном. Мне кажется, что когда общественная инициатива в полную меру заработает, это будет в ноябре, тогда люди  почувствуют, что губернатор заранее принимает решения, потому что чувствует, что там какие-то…

Белоголовцев: Потому что чувствует, что там может что-то произойти.

Массух: Да.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.