Ключевой свидетель по делу об убийстве полковника Буданова: Мурад Мусаев меня не запугивал, сто тысяч мне перевела его помощница, чтобы я прилетел в Москву

5 декабря 2013
5 889 0

Александр Евтухов, свидетель по делу об убийстве полковника Юрия Буданова, рассказал Никите Белоголовцеву о том, как его два раза похищали оперативные сотрудники ФСБ, и как идет расследование дела об убийстве Буданова.

Белоголовцев: Как вы решились давать такие показания в Верховном суде? Потому что такие серьезные заявления о похищении тем более сотрудниками ФСБ в российских судах крайне редко делаются.

Евтухов: Как решился? Так и решился,  должна существовать правда в нашем законе и везде. Я был похищен два раза, один раз в Москве, в «Домодедово», второй раз в Барнаул, доставлен в Москву с 17 на 18. 18 утром меня задержали, целый день продержали в Новосибирске, вечером мы прилетели в Москву, отвезли меня в Следственный комитет. Продолжалось это все до 21 числа.

Белоголовцев: Вы не боитесь, что после таких показаний в Верховном суде нечто такое может повториться?

Евтухов: Что именно?

Белоголовцев: Похищение, давление со стороны ФСБ.

Евтухов: Здесь не ФСБ, работали оперативники, ФСБ только, когда меня в Барнауле задерживали, довезли до Новосибирска, передали оперативникам, которые прилетели из Москвы. И эти оперативники доставили меня в Москву в СК. До 21 я находился с ними здесь каждый день. Они не давали мне звонить не детям, связи не было ни с кем. 21 состоялся суд, 23 мы улетели в Новосибирск. Я написал госзащиту, с их слов это было написано, что Мурад Мусаев меня якобы пугал на суде. Я написал эту бумагу, они привезли меня в Новосибирск.

Белоголовцев: А бумагу вы написали добровольно и по собственному желанию?

Евтухов: Ну как добровольно? Я вообще не знал, что такое госзащита, никогда не слышал и не знал. Они мне предложили написать госзащиту из-за того, что якобы Мурад Мусаев меня в суде запугал. Он так выразился: «Александр Васильевич, мы знаем, где вы находитесь». С этих слов они мне дали понять, что он меня запугивал этим. С их слов я написал это заявление, приехал какой-то сотрудник якобы с госзащиты. Утром 23 мы улетели в Новосибирск или вечером улетели, не могу уточнить. Передали сотрудникам госзащиты в Новосибирске. До 21 февраля я находился под госзащитой. Непонятно, что это за госзащита была. Со мной каждый день находились разные сотрудники, сутки находились, никуда меня не выпускали, первое время ни с кем я не созванивался, не разрешали никому звонить. Когда состоялся телемост, эту дату я тоже не помню, новосибирский телемост был…

Белоголовцев: Телемост с залом заседания в Москве.

Евтухов: Да. Тот же оперативник, который меня доставлял из города Новосибирска в Москву, и еще один сотрудник с ним был, он прилетел, прилетел следователь. Они переписывали какие-то показания, когда я все переписал поновой со следователями, тогда они привезли меня в Мосгорсуд Новосибирска, был телемост. После этого они меня уже отпустили, я написал заявление, что отказываюсь от госзащиты и не чувствую, кто там запугивал меня, кто не запугивал. И тогда они дали добро и меня отпустили.

Белоголовцев: Сейчас вы бы написали аналогичное заявление? Как вам кажется, запугивал ли вас Мурад Мусаев, угрожал, давил?

Евтухов: Когда я смотрел уже телевизор, там не было никакого запугивания. Там было желание понять, что я нахожусь под структурами, под оперативными работниками. Никакого запугивания не было, я говорил это потом, что с его стороны я не видел никакого запугивания.

Белоголовцев: А сейчас вы ощущаете на себе какое-то давление, дополнительную нагрузку?

Евтухов: Давления никакого. То, что со мной поступили неправильно, я это знаю.

Белоголовцев: А что произошло конкретно с вами в ночь с 14 на 15 января?

Евтухов: Я был задержан в «Домодедово». Я подошел к стойке регистрации онлайн, ко мне подошли пять или семь человек, потом показали мне удостоверения, взяли меня в круг, отвели в сторонку, показали удостоверение какое-то и сказали поехать с ними. Куда проехать, они мне не говорили, в Следственный комитет или в прокуратуру, разговора никакого не было. Они посадили меня в иномарку…

Белоголовцев: Как при этом с вами обращались?

Евтухов: Обращались нормально, не было ничего по-хамски. Они привезли меня в Сокольники и начали допрашивать меня по поводу Дарьи Трениной, про эти 100 тысяч рублей, что Дарья якобы мне дала взятку.

Белоголовцев: Дарья Тренина – это помощница адвоката Мурада Мусаева.

Евтухов: Да.

Белоголовцев: Насколько долго шел допрос, и в какой он был форме?

Евтухов: В полпятого утра где-то они меня отпустили и доставили меня в аэропорт «Шереметьево». Я купил повторно билет и улетел на Новосибирск, давление было такое, слова там такие произносились, что якобы я работаю на чеченцев, что я когда-то жил в Казахстане. Они там все без формы были, ни фамилию, ни звания я их не знал. Были сказаны такие слова, что ты работаешь на чеченцев якобы и получил взятку. Я им объяснил, что это не взятка, это для полета и проживания, я раньше в Москве жил 20 лет и знал, какие расходы здесь. Из этого я предложил такую сумму.

Белоголовцев: Вы находились в Новосибирске, к вам прилетела помощница адвоката Дарья Тренина. Что она конкретно вам предложила?

Евтухов: Когда мы с ней созвонились, она мне конкретно ничего не предложила. Она мне сказала, что мне надо приехать в Москву и выступить в качестве свидетеля.

Белоголовцев: На судебном процессе, где Юсуп Темерханов обвиняется в убийстве полковника Юрия Буданова.

Евтухов: Да.

Белоголовцев: Что вы ответили?

Евтухов: Они мне предлагала в этот же день вылететь, я ей сказал, что я не могу. Мы договорились на 14 число, купили билет на 14. Она сказала, что меня встретит. До этого я ей озвучил сумму, что перелеты, билеты, я работаю водителем и терять работу я не хочу. Чтобы не накладно это было, я предложил 100 тысяч рублей.

Белоголовцев: 100 тысяч рублей – это билеты Москва-Новосибирск  туда-обратно, плюс проживание и некоторая компенсация расходов?

Евтухов: Питание. Я же должен питаться, я же не знаю, сколько я буду в Москве находиться.

Белоголовцев: Да, то есть все расходы в сумме.

Евтухов: Да.

Белоголовцев: Каким образом вы получили эти деньги?

Евтухов: Первая сумма 50 тысяч поступила 8 или 9 числа.

Белоголовцев: Поступила каким образом?

Евтухов: Переводом на карточку. Я Дарьи по телефону назвал номер карты, и она мне перечислила на карту денег. Это восьмого, наверное, было, а 10, по прилету, когда она прилетела в Москву, вторая сумма была позже перечислена.

Белоголовцев: Отличались ли как-то показания, которые вы давали в суде и на стадии предварительного следствия?

Евтухов: Когда меня задержали, я писал бумагу, что она меня просить не могла, она спросила: «Вы будете давать показания по Буданову?». Я сказал, что я буду давать первоначальные, еще в 2011 году, когда давал показания следователю, как человек выглядел, какая машина была. Я ей сразу ответил, она меня спросила: «Эти показания будете давать?», я ей ответил «да». Но формулировка оперативников была такая, которые меня задержали, они меня, наверное, для этого и задерживали, потому что суд прекратился, когда узнали, что я 14 числа прилетел, сидел в горсуде. Прекратилось все это, в этот день и был захват в «Домодедово», чтобы я поменял эти показания. И они так сформулировали, что якобы Дарья Тренина просила меня дать такие показания в ее сторону. Я ответил, что такого не было, и оперативникам отвечал, что такого не было. А они сформулировали и напечатали бумаги, когда они печатали бумаги, они два-три раза из перепечатывали. Я читаю текст, они строчки меняли местами, но текст оставался тот же, чтобы запутать человека. Я по три раза перечитывал, формулировка оставалась такая же в их сторону.

Белоголовцев: Вы один из ключевых свидетелей в этом деле.

Евтухов: Да. Когда я у оперативников спрашивал: «Зачем я вам нужен, если вы говорите, что все хорошо, другие есть свидетели?». Я им задавал вопрос, что я главный свидетель, там больше никого не было. Они говорили: «Нет, у нас есть другие». Я не понимал, для чего меня тогда задерживали, почему меня держали, от кого все это время меня прятали. Я хочу узнать для себя это. Мне это было очень неприятно, как ко мне так отнеслись, когда я сделал доброе дело, видел. Что я видел, что я слышал, я это и говорил следователям. Там видно на камере, что я побежал.

Белоголовцев: Насколько Юсуп Темерханов, которого обвиняют в убийстве Юрия Буданова, похож на человека, которого вы видели на месте преступления?

Евтухов: Когда мне показывали боком Темерханова, я сразу сказал, что это не тот человек. Я этого человека никогда не видел и не был с ним знаком.

Белоголовцев: Чем они отличаются друг от друга?

Евтухов: Того, которого видел, черты лица, скулы, у того человека было все заглажено, круглее лицо было, форма носа не та, форма уха, где-то чего-то, такие нюансы.

Белоголовцев: Рост, телосложение, цвет волос?

Евтухов: Рост я называл, рост где-то 175 см. Телосложение, он не то чтобы был накаченный, спортивный, он был нормальный. Я сейчас уже толком не скажу.

Белоголовцев: У вас не было желания обратиться в соответствующие органы с просьбой возбудить уголовное дело по факту вашего, по сути, похищения, попросить законность этих действий, которые предпринимались в отношении вас?

Евтухов: Это, наверное, в дальнейшем будет все. Это неприятно мне, неприятно моей семье, что дети были напуганы все, мои родственники. Они запугали всех родственников, какие-то телефоны переписывали все, какое-то заявление сестра моя средняя писала о неразглашении. Я не понимаю, что это было. С их стороны, я думаю, что нарушение было. Пускай расследование проводится по поводу моего задержания.

Белоголовцев: Как вам кажется, Верховный суд услышит ваши показания, изменит вердикт по этому делу?

Евтухов: Вчера был суд, но изменений никаких не было естественно, ни журналистов, ни телевидения там не было. Ничего там не было. Это мне непонятно, конечно.

Купить подписку
Комментарии (0)

Комментирование доступно только подписчикам.
Оформить подписку
Другие выпуски

Читайте и смотрите новости Дождя там, где вам удобно
Нажав кнопку «Получать рассылку», я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера