Human Rights Watch о законопроекте против пропаганды гомосексуализма и педофилии: «Смешивается уголовное преступление с самоидентификацией человека»

Кофе-брейк
29 февраля 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Законодательное собрание Санкт-Петербурга приняло окончательно скандальный законопроект «против пропаганды гомосексуализма и педофилии среди несовершеннолетних». Документ осталось подписать только губернатору.

Голосовали в открытую. За – 26 депутатов. Пять депутатов фракции «Яблока» выступили против, а ее лидер, Григорий Явлинский, воздержался.

В законопроекте, в частности, указывается, что «под публичными действиями, направленными на пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних, следует понимать распространение общедоступным способом информации, способной сформировать искаженное представление о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных брачных отношений».

За нарушение закона установлены штрафы: для граждан – до 5 тысяч рублей, должностных лиц – до 50 тысяч рублей, юридических лиц – до 500 тысяч рублей. Примечательно, что штрафы для физических лиц одинаковы и за пропаганду гомосексуализма, и за пропаганду педофилии. Только в последнем случае для юридических лиц штраф увеличивается до миллиона рублей.

Автор нашумевшего закона председатель комитета по законодательству Виталий Милонов утверждает, что закон «не направлен на ограничение прав и свобод граждан. В городе святого Петра должно быть главенство моральных

принципов. Наш город должен быть истинным лицом Европы».

Обсудили этот закон с Татьяной Локшиной, замглавы московского бюро Human Rights Watch.  

Лиманова: Как можете прокомментировать принятие этого закона?

Локшина: Ну что же, если город Санкт-Петербург считает себя истинным лицом Европы, то я прошу прощения, но никакого подобного закона в Санкт-Петербурге быть не может - это напрямую противоречит Европейской конвенции по правам человека, и в принципе, закон этот совершенно недопустим. Он является дискриминационным, и он жестко ограничивает свободу выражения мнения для лиц, которые причисляют себя к сексуальным меньшинствам. Я хотела бы напомнить, что в октябре 2010-го года Европейский суд по правам человека вынес решение против России, которое касалось московских запретов на гей-прайд. И в этом решении, хотя речь шла не о свободе выражения мнения, исключительно о свободе собраний как таковых, было сказано абсолютно четко. Что нет ничего амбивалентного в том принципе, что человек имеет право идентифицировать себя как принадлежащего к тому или иному сексуальному меньшинству, и реализовывать таким образом, с этой идентификацией свое право на выражение мнения, свое право на свободу собраний. Вот данный закон противоречит конвенции, противоречит юриспруденции Европейского суда. И в принципе, он безобразен. Просто безобразен, совершенно неприемлем. И мне кажется, что особо цинично в этом законодательном акте то, что смешивается уголовное преступление «педофилия» с идентификацией человека, самоидентификацией.

Лиманова: Удивительно, что удивительные штрафы по тем и другим случаям.

Локшина: Таким образом просто пытаются замылить глаза обществу, пытаются сказать, но мы же просто защищаем детей от педофилии. А на самом деле речь идет о гомофобном, омерзительном, действительно, омерзительном законе. И в данный момент еще есть шанс, что губернатор Санкт-Петербурга призадумается и все-таки этот закон, противоречащий Конституции Российской Федерации, противоречащий международным обязательствам Российской Федерации в сфере прав и свобод человека, все-таки не утвердит. Если утвердит, то тогда федеральный центр уже должен сделать соответствующий жест и этот закон признать антиконституционным. Ситуация совершенно недопустимая.

Лиманова: Скажите, Татьяна, а как вы думаете, связано ли появление этого законопроекта и его сейчас принятие с предвыборной ситуацией?

Локшина: Вы знаете, с одной стороны, мне бы хотелось сказать, что возможно, это связано с предвыборной ситуацией, что это такая предвыборная нехорошая, грязная пропаганда, заигрывание с гомофобной, к сожалению, очень большой части российского общества и уже после выборов, губернатор спокойно отменит данный закон, то есть, не утвердит данный закон. Но понимаете какая штука, ведь подобные законы в 2011-м году были приняты в Архангельске, были приняты, если я не ошибаюсь, в Костроме и уже несколько лет, похоже, закон существует в Рязани. Поэтому я боюсь сказать, что это скорее тренд, чем некий отдельный случай, когда все еще очень легко исправить, некая отдельная, отвратительная, но все-таки отдельная ошибка. Кроме того, здесь, наверное, можно конечно связывать с предвыборной кампанией. Целый ряд чиновников высокопоставленных федерального уровня, включая вице-премьера Козака, одобрительно отозвались об этом законопроекте на уровне его второго чтения несколько месяцев назад. Но, еще раз повторяю, если Россия себя считает демократическим государством, приверженным законности и приверженным правам человека, если Россия правда считает себя частью Европы, такого закона быть не может ни на региональном уровне, ни уж, естественно, на федеральном.

Лиманова: Татьяна, в связи с тем, что подобные законы уже существуют в других регионах, я хотела у вас спросить о том, надо ли на законодательном уровне действительно как-то защищать детей несовершеннолетних и каким образом это делать, от чего защищать?

Локшина: Вы меня простите, пожалуйста, но что касается защиты несовершеннолетних от педофилии, педофилия, еще раз подчеркну, - это преступление.

Лиманова: Понятно, по поводу педофилии понятно.

Локшина: А что же непонятно? Надо ли защищать детей от знания того, что существуют сексуальные меньшинства? Надо ли защищать детей от понимания, что люди бывают разные, что сексуальная ориентация бывает разная? Да нет, конечно. Это необходимое знание.

Лиманова: Но противники гомосексуализма, в том числе, представители Русской православной церкви говорят о том, что традиционная мораль в России абсолютно противоречит этим проявлениям нетрадиционной ориентации и детей нужно воспитывать в традиционной морали, иначе мы потеряем будущие поколения.

Локшина: Я опять же хотела бы сослаться на то самое решение Европейского суда от октября 2010-го года, в котором четко сказано, что это не вопрос традиционной морали. Это не вопрос каких-то рассуждений о традиционных ценностях в обществе, потому что именно подобные рассуждения Россия и пыталась представить Европейскому суду - это вопрос международного права. Кстати, национального законодательства, в данном случае.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.