Гудков опровергает СКР: малява, предъява и рука Кремля

Кофе-брейк
1 августа 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Следственный комитет России объявил о том, что у депутата Госдумы Геннадия Гудкова, который принимал участие в протестах, есть бизнес за границей. В заявлении названы конкретные фирмы в Болгарии. Ранее о них говорил болгарский гражданин Ивайло Зартов. В эфире ДОЖДЯ депутат Гудков снова назвал Зартова уголовником, который был осужден болгарским судом. 

Преследование со стороны СКР он называет политическим заказом. СКР же настаивает, что «в действиях Гудкова содержатся признаки преступления», предусмотренного статьей «Незаконное участие в предпринимательской деятельности». Все материалы передаются в Генпрокуратуру и в Госдуму, где будет решаться вопрос о возбуждении уголовного дела.

Лиманова: У нас в гостях депутат Госдумы Геннадий Гудков. Геннадий, спасибо большое, что добрались, до нас по московским пробкам, успели.

Гудков: Да, как ни странно.

Лиманова: Я вот рассказывала новости про вас несколько минут назад. За вас всерьез взялись. Как оцениваете сейчас свои шансы сохранить депутатский мандат и неприкосновенность?

Гудков: Вы знаете, если по понятиям, то всех можно арестовать, в чем угодно обвинить, отправить за решетку и даже растворить в соляной кислоте - все будет нормально, если по понятиям. Если по закону, то мне даже стыдно за Следственный комитет. Во-первых, мне, честно говоря, нравится с ними общаться через СМИ. Они что-то дают СМИ, потом я узнаю, мне звонят журналисты, и тогда я узнаю о позиции Следственного комитета. Хотя совсем недавно я добровольно к ним пришел: «Ребята, если что хотите узнать, вот он я, спросите». Правда, когда я к ним пришел добровольно, они там вместе с ФСБшниками пытались усадить дважды мою жену в машину на летном поле в «Домодедово», три сотрудника ФСБ.

Лиманова: Да, они отрицали этот факт, говорили, что просто вручали повестку.

Гудков: Нет, ну что вы! Прямо на летном поле, люди не стесняются: «Мы - сотрудники ФСБ, у нас задача. Мы хотим вам помочь. Давайте мы вас довезем до Следственного комитета, следователь вас ждет». А я сижу у следователя в этот момент. Я вчера почитал бредовые вот эти заявления и обвинительные акты по Навальному. Честно говоря, ну все, это уже финиш. В 37-м году писали лучше. Я читал дела. Понимаете, вот там «антисоветски улыбался», рассказал, что в колхозе был мор там свинины или там конины, и вот это все безобразие творится в советской власти. Все - свободен, к стенке. И было честно. А сейчас какая-то казуистика: Гудков чем-то владеет - к стене. Хотя вчера журнал Forbes напечатал единороссов, которые лидируют по всем богатствам, компаниями владея и работая в Сенате и в Госдуме. Гудков там какой-то, назначает директоров. Я делал это в соответствии с российскими законами, которые вы обязаны знать лучше меня.

Лиманова: Давайте разберемся с этими всеми коммерческими структурами. Вот строительный рынок в Подмосковье. Это правда, что вы им управляете?

Гудков: Нет, конечно. Это малое предприятие, в котором есть свой маленький персонал. По-моему, там 8 или 9 человек, 3 или 4 уборщицы, два техника, бухгалтер и директор, и какое-то там еще лицо. Это предприятие принадлежит мне частично. Это малое предприятие с малыми оборотами, с малой выручкой, и оно расположено на территории бывшего Ремстройуправления, которое я когда-то давно-давно приобрел почти бесплатно, тогда кризис был. И там располагался всю жизнь мой штаб. Там сидит аппарат мой, сидят помощники, приемная, юристы, фонд детский, газета, сайт и так далее. И вот все они там находятся. То, что там есть павильоны, по-моему (крупный рынок), 60 контейнеров - да, есть там какая-то торговля, которая там какую-то небольшую копейку приносит. Но это на уровне пивного ларька на Савеловском вокзале, примерно так сопоставимо по оборотам. Поэтому да, это есть, но это в соответствии с законом, еще раз подчеркиваю. Никакого криминала нет. И в том, что я участвую раз в год в собрании акционеров, так в акционерных собраниях у нас участвует вице-премьеры, министры, начальники федеральных управлений и так далее, депутаты, сенаторы и так далее. Большая часть из них из «Единой России».

Лиманова: Что по поводу компании, которая зарегистрирована за границей? Вот как сегодня заявил Маркин, проведена проверка по заявлению жителя Болгарии Ивайло Зартова.

Гудков: Ивайло Зартов - замечательный, прекрасной души человек.

Лиманова: Кто это? Что это за заявление?

Гудков: А это малява, направленная через интернет-приемную и состоит из трех строчек. Примерно так, что «Гудков - мерзавец и негодяй, он мне рассказывал, что он отмывает деньги». Потом он обвинил меня специально, что я у него украл 2 миллиона, или полтора миллиона евро, «негодяй и такой мерзавец, проверьте его». Человек 3,5 года получил в Чехии. К сожалению, я об этом поздно узнал. Я его действительно познакомил с инвесторами, действительно, этих инвесторов представляла фирма, моя жена, под ее ответственность шли эти инвестиции в течение четырех лет, которые украл этот Зартов. Его осудили там на 12 лет и вот он в состоянии пребывания под арестом.

Лиманова: 3,5 года, вы сказали, или 12 все-таки?

Гудков: 12 он получил. А инвестиции в этот проект шли там несколько лет, которые он украл. В общей сложности там действительно больше полутора миллионов евро он украл за это время. И вот этот уголовник направляет маляву в Следственный комитет, который поднимает на уши отдел следователей, поднимает на уши отдел управления «К», который работает по Гудкову, по всем родственникам рассылают повестки, приезжает к моему сыну сотрудник ФСБ, приезжает к жене моей, к сестре моей жены приезжает сотрудник собственной безопасности ФСБ, на летном поле жену встречают три сотрудника ФСБ и четвертый там с местного отделения. Все - банда «Аль-Каиды» во главе с Гудковым найдена, обнаружена и все ФСБ бросило свои лучшие силы на пресечение этого самого опасного государственного преступления. Бред сивой кобылы.

Лиманова: Ну, вот смотрите. В СКР говорят, что нашли подтверждение словам этого Вайло Зартова том, что вы занимаетесь предпринимательской деятельностью в компании Инглиш Виллидж, зарегистрированной в республики Болгария.

Гудков: Так вот, этот Зартов до своего осуждения и был директором, который распоряжался деятельностью компании, и если бы его лучше контролировали, он бы не украл эти деньги.

Лиманова: Почему он говорит о том, что вы имеете отношение именно к этой компании?

Гудков: Я никакого отношения к этой компании не имею, кроме того, что я ощущаю на себе моральную вину за то, что я его, подлеца, познакомил с приличными людьми. К сожалению, действительно, моя жена как представитель фирмы-инвестора участвовала в этом и, действительно, вела деятельность. За что, в общем, тоже испытывает угрызения совести до сих пор.

Но не в этом дело. Знаете, что мне сказали в Следственном комитете? Вот насколько они врут - это просто, честно говоря, не просто стыдно, это уже опасно. Мне следователь показал и говорит: «Геннадий Владимирович, прокомментируйте». В самый последний момент. Вот финиш, аккорд, музыка, так сказать, спросил про всех членов семьи, даже спросил про жену брата, с которой он не живет уже с 86-го, по-моему, года, где она находится, как ее найти, как с ней связаться. Я говорю: «Что нужно?» - «Прокомментируйте». И дает мне замечательное произведение на болгарском языке. Я говорю: «Вы просите, я хоть участвую в дружбе с Болгарией, но я не настолько глубоко владею болгарским. Это что?». Он говорит: «Может быть, вы знаете, что?». Я говорю: «Ну, я могу предположить по некоторым ключевым словам, что это протокол собрания учредителей» - «А вы были на этом собрании учредителей?» - «Конечно, был». У меня жена находилась в этот момент после операции, у нее тяжелую операцию делали в Германии. И так как нужно было этого мерзавца увольнять и проводить ревизию, я был вынужден по доверенности приехать в Болгарию и провести собрание акционеров. Это неоплачиваемая деятельность. Это как Бастрыкин проводит свою деятельность преподавательскую. Это тоже нормально: из Праги ездит во все университеты России. Также и Гудков приехал поучаствовать в акционерном собрании по доверенности. И, действительно, есть такой протокол. Но это я понимаю, потому что там перевода нет. Это все, что мне показали. Я говорю: «Если бы у вас был перевод или, если хотите, если есть проблемы с болгарским переводом, я вам помогу. У меня просто есть связи и я знаю людей». Зартов прекрасно знает, например, русский язык. Он же написал по-русски заявление Бастрыкину. Они мне показывают болгарский. Можно его привлечь в качестве переводчика, скостить ему там пару недель.

Лиманова: Хорошо. А что за компания вот зарегистрированная в оффшорной зоне Гибралтар?

Гудков: Что зарегистрировано?

Лиманова: «Бизнес Консалтинг Лимитед».

Гудков: С людьми, которые ей владеют, я познакомился еще в 90-е годы. В 90-е годы я почти три года работал генеральным директором совместного предприятия (оно тоже было зарегистрировано на Кипре), крупнейшего оператора в мире, мирового лидера в системе безопасности «Групп оф Секьюритиз» и я познакомился там с этими людьми, которые владеют этой небольшой компанией сервисной. И когда вот этот Вайло Зартов… Он такой харизматичный парень, он же друг России, он был такой очень большой друг, девочки у него там, жена русская и так далее, строил из себя приличного. И когда вот все это началось, он меня попросил найти русского инвестора. «Хорошо, я тебе найду. Но ты уже дальше давай сам без меня оценивай все эти риски, что там будет, что не будет». И я познакомил его с этими людьми, я их не буду называть.

Лиманова: Это было в 90-х?

Гудков: В 90-х.

Лиманова: Говорят о том, что вы по-прежнему занимаетесь предпринимательской деятельностью в этой фирме, в СКР говорят.

Гудков: Простите, пожалуйста, а чем это вот доказывается или подтверждается?

Лиманова: Это вопрос к СКР.

Гудков: Я задавал вопрос СКР, они мне единственное что, извиняюсь за жаргон, вся предъява была - это вот этот вот протокол собрания учредителей, как я понимаю, все-таки без перевода. Думаю, что это был протокол собрания учредителей, от 8-го или 9-го года, в котором я действительно участвовал. Наверное, это все-таки он был. Наверное, можно восстановить, когда жена находилась на операции в ноябре, была тяжелая операция, вот я в январе действительно приехал в Болгарию и провел собрание учредителей. И на этом собрании было принято решение одного директора освободить от обязанностей, другого назначить. Это право учредителя. Это право любого лица, это неоплачиваемое. То есть, я действовал исключительно в рамках российского и международного права. А то, что люди налетели те, которые владеют этой компанией, действительно, там есть наши русские ребята, которые «налетели» с этим мерзавцем Зартовым на потери. Я искренне, пользуясь вашим СМИ, приношу им еще раз извинения. Они знают, насколько я переживал это все, и жена моя переживала, что она не углядела в этом парне вот этого мошенника. Оказалось, что он еще и судим до этого был. Я просто приношу извинения и мне очень жалко, что так получилось. Но я очень надеюсь, что те люди, которых обманули в Болгарии, не думают, что все болгары такие, что Болгария плохая страна. Я с глубокой симпатией отношусь к болгарскому народу и вообще к этой стране и к людям. Поэтому надеюсь, что это не повлияет на их отношение.

Лиманова: Хорошо, давайте к структурам, которыми владеет ваша семья в России. Завтра Арбитраж Москвы рассмотрит заявление охранного предприятия вашей семьи.

Гудков: Сегодня предварительное слушание.

Лиманова: На лентах сказано, что 2 августа.

Гудков: Нет, сегодня первичные слушания.

Лиманова: Об отзыве лицензии на оружие.

Гудков: Сейчас мы с вами сидим здесь, а они сидят в Арбитражном суде, представители компании, и я пока не знаю результатов. Идут предварительные слушания.

Лиманова: Как вы думаете, каким может быть результат?

Гудков: Все зависит от того, опять, если суд работает по закону и нормальные судьи, результат однозначно будет в пользу компании, однозначно.

Лиманова: То есть, надуманные претензии?

Гудков: Да они не просто надуманные. Еще надо вообще иск предъявить МВД, потому что 20 лет сотрудники МВД проверяли эту комнату…

Лиманова: Где хранилось оружие?

Гудков: Да. Проверяли каждый квартал и говорили, что все нормально: «Ребята, тут подрихтуйте, тут подшлифуйте, тут поправьте. Все, в принципе, нормально». 20 лет! МВД руководит комиссией, которая принимает и дает добро после комплексной проверки этой оружейной комнаты. МВД руководит комиссией, в которую входят сотрудники противопожарной службы, административно-технический надзор, МВД и еще какая-то структура. Они подписывают, только после этого можно запускать в эксплуатацию. 20 лет комната работала, но стоило Гудкову выйти и сказать, что так не пойдет, нечестные выборы - тут же эти же сотрудники, которые давали добро, запускали, решали, сказали все, нет: «У вас на девять сотых миллиметра у вас меньше толщина, это создает смертельную опасность для всех сотрудников».

Лиманова: Толщина стен этой комнаты?

Гудков: Толщина не стенок, толщина входной двери. Их там две. Там вот прут, у меня такого пальца, который там толщина. Там еще вторая дверь есть. И поэтому вот эти придирки, они носят исключительно политический характер. Причем, если бы они действовали по закону, или хотя бы просто по логике, они бы сказали: «Ребят, у вас там уголок не тот, у вас там прут не соответствует, на девять сотых миллиметра меньше. Давайте мы вам дадим две недели, вы устраните, показываете, мы принимаем. Да, вот мы теперь к вам решили подойти по всей строгости нашего пролетарского закона». Нет! Они в этот же день изымают оружие, а акт об изъятии оружия предъявляется двумя днями позже. То есть они выносят решение о наказании предприятия двумя днями позже, нежели они предприятие останавливают. То есть представляете, придут сейчас к вам здесь и скажут, у вас что-то с потолками, не тот ход у несущих арок. Мы сейчас у вас изымаем все столы, стулья, камеры, осветительные приборы…

Лиманова: Понятно.

Гудков: Пока вы не устраните, вам работать не дадим.

Лиманова: Как вы думаете, кто заказчик этой антигудковской кампании?

Гудков: Кремль. Кто еще может координировать Следственный комитет?

Лиманова: А что, вы представляете реальную угрозу для Кремля?

Гудков: Не знаю. Спросите, задайте вопрос. Есть же «Прямая линия». Позвоните Владимиру Владимировичу Путину, спросите: «Владимир Владимирович, неужели Гудков такую опасность представляет?».

Лиманова: А вы почему не воспользуетесь этой «Прямой линией»?

Гудков: А Навальный что, представляет опасность? Он помогает Путину бороться с коррупционерами. Он разоблачает всякий распил.

Лиманова: Что вы о Навальном? Вас сейчас должна беспокоить ваша собственная судьба: СКР хочет завести уголовное дело на вас.

Гудков: На меня? Нет. Они говорят, что просто мандата хотят лишить.

Лиманова: Следствие усматривает в действиях Гудкова признаки незаконного участия в предпримательской деятельности?

Гудков: Банда Гудкова оккупировала «Коломенский строитель», малое предприятие - я вижу такие заголовки. И выходит Маркин, мой хороший товарищ и знакомый, по крайней мере, я его всегда считал таковым, и говорит: «Вот нам удалось в результате совместных усилий Следственного комитета, полиции, ФСБ и так далее, еклмн, разоблачить Гудкова». Аплодисменты, туш, идут награждения отличившихся, повышения в звании. Я вижу эту картину. Эта картина предколлапсная в России, потому что дальше начнутся такие процессы и придут такие лидеры в протестные движения, по сравнению с которыми Гудков, Навальный, Удальцов покажутся просто белыми и пушистыми, а вообще верхом джентльменского, такого английского джентльменства.

Лиманова: Я задам вам последний вопрос. В том случае, если вам действительно будет грозит уголовное преследование?..

Гудков: Я не уеду.

Лиманова: Вы не уедете?

Гудков: Я готов пройти со своим народом этот путь до конца. Каким он будет, это уже мы посмотрим. Я, конечно, как оптимист надеюсь на лучшее, для меня. Я все время считал, что в «Единой России» есть разные люди, есть и очень приличные, порядочные и честные. Вот уже Хинштейн заявил о том, что он не будет голосовать за снятие депутатской неприкосновенности с Гудкова. Я посмотрю, кто на самом деле честный и порядочный, кто на самом деле мои, если может быть не друзья, близкие товарищи, которые, зная меня, никогда не поверят в эти бредни Следственного комитета и злобные происки всех остальных. Я просто хочу посмотреть. Это тоже будет тест на искренность. Я готов пройти этот пусть. Меня это не испугает, меня это не остановит. Я понимаю, что, наверное, это будет сложно, но ничего, сложности закаляют, трудности закаляют.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.