Госдума в миниатюре. Мария Макеева подвела итоги осенней сессии парламента с Дмитрием Гудковым и Михаилом Дегтяревым

Кофе-брейк
23 декабря 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Депутат Госдумы Дмитрий Гудков и депутат Госдумы от ЛДПР Михаил Дегтярев обсудили с  Марии Макеевой итоговые вопросы осенней сессии Госдумы, также обсудили проект амнистии, «болотное дело», помилование Ходорковского и выяснили, зачем в Госдуме поют гимн России.

Макеева: Сегодня мы подводим итоги осенней сессии Госдумы. Подарочки у нас, все по-новогоднему.

Дегтярев: Да, можно начать?

Макеева: Давайте с приятного.

Дегтярев: Духи «Владимир Жириновский» бренд, это вам. Это Михаилу Зыгарю, вам на елку шарик, диски от Владимира Вольфовича и календарик.

Макеева: Это он поет новогодние песни.

Гудков: Но это не избавит его от критики журналистов.

Дегтярев: Нет, конечно.

Макеева: Теперь, когда мы так украсили наш стол, хочу отметить, что мы только что смотрели материал нашего корреспондента Ульяны Малашенко. Она в частности показала нам заключительный момент заседания, когда депутаты поют гимн, и обратила внимание на, что мало кто поет. Вы поете гимн?

Дегтярев: Пели, вся фракция ЛДПР пела новый российский гимн, а коммунисты – старый советский.

Макеева: Вы знаете все слова?

Дегтярев: Конечно.

Макеева: С любого места прям? Второй куплет.

Гудков: Давайте я вам открою секрет. Все должны знать, что когда звучит гимн в Государственной Думе, включают караоке.

Дегтярев: Включают.

Гудков: Стоят мониторы. Даже если ты не знаешь текста, ты можешь исполнить гимн.

Макеева: То есть необязательно знать слова?

Гудков: Конечно, необязательно знать. Я не пою, потому что мне кажется, это не то место, где нужно проявлять патриотизм.

Дегтярев: «От южных морей до полярного краяраскинулась наша прекрасная  земля» и так далее.

Макеева: Хорошо.

Гудков: Но после многих законов, которые эта Дума принимала, в том числе и сегодня, в этом здании не хочется петь гимн России.

Макеева: Вы по-разному голосовали.

Гудков: Я голосую по-разному. Сегодня, например, было принято несколько законов в рамках пакета пенсионной аферы, про которую я говорил, в том числе на вашем телеканале.

Дегтярев: Кстати, 6 ваших депутатов ее поддержали сегодня. Шесть справороссов «за» проголосовали, как и вся фракция «Единая Россия»…

Гудков: Я исключен был в этом году из «Справедливой России». В данном случае предъявляйте претензии Сергею Миронову.

Макеева: Дмитрий не отвечает за «Справедливую Россию» более.

Дегтярев: Народ должен знать правду, фракция ЛДПР не поддержала.

Гудков: Меня совершенно не устраивает тот проект амнистии, который был принят на прошлой неделе. Несмотря на то, что все мы очень рады тому, что вышел Ходорковский. Поздравляю его и всех членов его семьи. Но проект амнистии очень плохой…

Макеева: Он к амнистии не имел отношения, это было помилование.

Гудков: Конечно, эмоции, может, поменялись. Но я прекрасно понимаю, что в этот проект амнистии не включили главной статьи, которая позволила бы тысячам наших политических заключенных, гражданских активистов, которые сидят в тюрьмах, выйти на свободу. Это часть первая статьи 318, это часть первая статьи 212. Я вносил поправки. Вы, расскажем правду нашим зрителям, не поддержали мои предложения.

Дегтярев: Наши тоже не поддержали.

Гудков: К сожалению, 17 человек, которых судят по «Болотному делу», остаются в местах лишения свободы. Меня не устраивает этот проект амнистии.

Дегтярев: Я хочу сказать, что у нас были свои предложения по амнистии. Например, статья 282, которую не учли, мы поэтому тоже сожалеем.

Макеева: Сегодня день освобождения участниц панк-группыPussyRiot, которые вышли как раз по амнистии.

Дегтярев: Абсолютно неинтересно. Бездельницы.

Макеева: Что думали в момент принятия закона? Кого имели в виду? Про них думали?

Дегтярев: Я без понятия, о чем думал Дмитрий и другие депутаты. Мы думали о 25 тысячах, которые выходят на свободу. И в меньшей мере об этих девушек из группы, как по-русски «Бунтующие влагалища», чтобы вы знали.

Гудков: Ничего себе.

Макеева: Боженьки мои!

Дегтярев: Поэтому это не модно называть на иностранном языке свои группы нынче. Мы о них не думали. Мы рады, что десятки тысяч людей выходят на свободу, и считаем, что их должно выйти сотни тысяч. А то, что мы уделяем медиа, ваш канал в большей степени некоторым персонажам, в том числе этим девушкам, это ваше право. По поводу Ходорковского Дмитрий сказал, у нас тоже мнение – мы не считаем, что столько внимания этой теме нужно уделять. Ну вышел человек, у которого есть приговор, вся эта западная пресса, в том числе и наша либеральная, которая задавала ему вопросы, никто не задал ему вопрос по некоторым делам, в том числе уголовным. Все это напоминало в худшем стиле вопросы президента от прокремлевских СМИ, еще более худший стиль. Никакой остроты вообще, облизали человека. А то, что он, и это судом доказано, причастен ко многим некрасивым делам, все как-то забыли.

Макеева: Президент его помиловал или вы это забыли?

Дегтярев: А миллионы россиян вообще не интересуются судьбой Ходорковского – это факт. Интересуетесь только вы и небольшая прослойка граждан.

Гудков: Слава Богу, что эта прослойка большая, страшно большая.

Дегтярев: Далеки от народа вы, ребята!

Макеева: А зачем вы, Михаил, пришли к нам в эфир, если мы далеки от народа? Я думала, вы перед народом хотите выступить.

Дегтярев: Поздравить вас с удовольствием. Есть и небольшая часть, мы ее тоже уважаем, которые со своим мнением не совпадают с нашим.

Макеева: Теперь Дмитрий скажет, кто еще будет амнистирован по закону.

Гудков: Те люди, которые сидят по статье 302 часть 2, это те люди, которые с помощью насилия, пыток выбивали признательные показания у обвиняемых. Эти люди выйдут на свободу. Дальше выйдут те, кто сидит по статье 303, причем по всем частям. Это те люди, которые фабриковали доказательства, в результате чего невиновные оказывались в тюрьмах. Вот эти все выйдут, а те, кто за руку дернули сотрудника полиции или омоновца, тот, кто толкнул, потолкался где-то с представителями власти…

Дегтярев: Не надо толкаться с представителями власти.

Гудков: …и не нанес ему никакого ущерба для здоровья, для жизни, эти люди останутся в тюрьмах. Поэтому я и говорю, что это несправедливая амнистия, потому что она дает свободу этим полицейским или сотрудникам правоохранительных органов, которые с помощью насилия выбивали признательные показания, а те, кто сидят по политическим мотивам, по политическим статьям судятся, они останутся в местах лишения свободы. Поэтому, несмотря на все положительные эмоции, которые я получил в результате просмотра вашего телеканала - интервью с Ходорковским, да эмоции замечательные мы получили все, но давайте вернемся к амнистии. Она не дает возможность политическим узникам не только по «Болотному делу», а очень многие преследуются по 318 статье, во многих регионах это в основном правозащитники, гражданские активисты, политики…

Дегтярев: Какие правозащитники? Самоназванная категория граждан.

Гудков: Они, к сожалению, останутся в тюрьмах. Нам нельзя забывать их, надо делать все, чтобы эти люди вышли на свободу в следующем году.

Дегтярев: Мария, кто такие блогеры и правозащитники? Что это за профессия?

Макеева: Если вы сейчас будете обежать правозащитников, тогда я буду очень разъярена. Когда вы журналистов обижали – это одна история.

Дегтярев: С глубочайшим уважением, просто непонятная категория лиц.

Макеева: Вы изучите этот вопрос, потом на эту тему поговорим. Что вы думаете по поводу словосочетания "бешенный принтер", которое плотно прилипло к Государственной Думе за последний год? Это, в общем, те итоги, с которыми вы завершаете осеннюю сессию, в том числе. Мне показалось, что Сергею Нарышкину это словосочетание должно быть обидно, потому что он даже сегодня как-то так посетовал, что, мол, слишком быстрое законотворчество…

Гудков: Меня за это слово лишили, помните?

Макеева: А, вы пострадали за это.

Гудков: Когда я произнес в каком-то своем интервью не бешенный, а взбесившийся, словосочетание «взбесившийся принтер», причем я сказал, что так называют в народе Государственную Думу, потому что в последнее время она одни запреты какие-тио устанавливает. После этого Комиссия по этике рекомендовала лишить меня права выступать на пленарном заседании в течение месяца. К сожалению, коллега…

Дегтярев: С большим удовольствием.

Гудков: С большим удовольствием, как вы видите, проголосовал за это решение. И целый месяц я не имел возможности выступать.

Дегтярев: Если надо, проголосуем еще, если будете обижать орган, в котором вы проходите государственную службу.

Гудков: Я не сомневаюсь, но надеюсь, что ваше право голосовать в зале пленарного заседания закончится в 2015 году в декабре.

Дегтярев: Я готов дать оценку - общество и журналисты вправе давать любые прозвища и депутатам, и Госдуме. Я лично ни капли не обижаюсь. Наш долг – работать с 9 до 9, мы получаем за это вознаграждение, работать над законами, их вносить и голосовать – это наша работа, в том числе в регионах работать с избирателями. Если кому-то кажется…

Макеева: То есть вы не считаете, что есть законы, когда вы поспешили? Похоже, Сергею Нарышкину тоже так кажется.

Дегтярев: Есть – РАН. Это была реформа, которая была как блицкриг Адольфа Гитлера, попытка ее совершить, взять на пролом в конце, в середине июля. Мне, как зампреду Комитета по науке, чрезвычайно не нравилось, мы все лето отрабатывали поправки, собирались с академиками, собирались с представителями администрации президента, Министерства образования и откатили закон во второе чтение. В этом большая заслуга и Нарышкина, и нашего комитета. Это вообще, может быть, впервые, можно сказать в истории Государственной Думы

Макеева: Я думала, это ученые митингами добились и, в том числе переговорами с Путиным, оказывается, это вы.

Дегтярев: Ученые, может быть, чего-то и добились, но добились они в первую очередь того, что внимание к этому было привлечено. А то, что решение принимают компетентные люди, Комитет по науке ночами заседал, об этом как-то не принято говорить. Я лично не спал несколько ночей, одну ночь ночевал в Государственной Думе с коллегами. Такие блицкриги больше не будут в Государственной Думе проходить. Сегодня об этом Нарышкин недвусмысленно сказал, что мы будем вносить изменения в 50 пункт нашего регламента. Поэтому народ имеет право давать любые прозвища, я на это не обижаюсь. Но не хорошо, когда эти прозвища транслируют коллеги, потому что Дмитрий сам является депутатом Государственной Думы. За это вас и лишили.

Гудков: К сожалению, Государственная Дума оправдывает это прозвище. Буквально на прошлой неделе в трех чтениях был принят закон, который дает возможность прокурорам без всякого суда закрывать сайты по причине того, что якобы, по мнению прокурора, на этом сайте есть экстремистские материалы или призывы к массовым беспорядкам. Когда это суд определяет во всех странах мира, это нормально, но когда это будет определять прокурор, мы знаем, чем это закончится. Это закончится опять-таки преследованием различных блогеров, журналистов свободных и так далее. Поэтому вас так и называют и меня вместе с вами почему-то.

Дегтярев: Можно внимание на другой вопрос перевести? Государственная Дума в пятницу приняла закон о запрете частных лотерей. То есть все эти шарашкины конторы, которые по всей стране растут как грибы, они теперь вне закона.

Макеева: Только государственные.

Дегтярев: Только государственные – «Спортлото», лотерея «Победа» и лотерея олимпийская. Об этом почему-то СМИ мало говорят. Это что неважный закон? Что это не защита нашего народа?

Макеева: Просто в пятницу вышел на свободу один человек, который для вас ничего не значит, а для всех мировых СМИ и для многих зрителей много что значит, поэтому в пятницу лотереи как-то не котировались.

Дегтярев: Я вам еще раз повторяю, что Государственная Дума принимает в день десятки законов, на которых, к сожалению, медиа не всегда акцентируются. Они нужны реально стране и народу. Но то, что вы выхватываете наиболее острое – это ваше право как СМИ. Конечно, многие скандальны, и мы в ЛДПР со многим не согласны. Почему-то когда мы выступаем против, об этом СМИ не горят желанием рассказывать. Государственная дума работает. И то, что она называется некоторыми обидными словами, ничего страшного. Ничего страшного, мы работать будем до конца своих полномочий, как в Конституции прописано.

Макеева: Если говорить о том, что запомнят люди, телезрители, россияне в широком смысле слова, то многие запомнят какие-то, может быть, забавные…

Дегтярев: Доллары запретим.

Макеева: Ну да, эти все разговоры в частности. Золотой пистолет, например, драку недавнюю.

Дегтярев: Некрасиво.

Макеева: Вам самим, что больше всего запомнилось по итогам этого года, что в Думе произошло самого важного?

Гудков: Я помню, как год начинался. Он начинался с совершенно правильного марша – «Марш против подлецов».

Дегтярев: Чудовищный.

Гудков: Против тех депутатов, которые голосовали за антисиротский закон. Я был в первых рядах, о чем не жалею, потому что с самого начала говорил, что этот закон убьет просто детей-сирот, которые, к сожалению, больны и находятся в детских домах. Так оно и произошло, к сожалению. Например, в Питере в одном детском доме должны были усыновить 33 детей-сирот, американцы как раз, в итоге из этих 33 одного только россияне усыновили, а остальные все в детских домах.

Дегтярев: Вы выдергиваете из контекста. Вы говорите общую статистику, 100 000 детей, 25 тысяч родителей в очереди стоят. И в месяц около 1000 детей усыновляется по всей стране. Вы один детский дом берете и начинаете людей вводить в заблуждение.

Гудков: Я могу дать статистику по стране – пожалуйста. Количество россиян, которые усыновляют наших детей-сирот сократилось за 5 лет на 30%. Если когда-то было 9,5 тысяч, то сейчас 6,5. Это официальная информация, которую предоставило мне на мой депутатский запрос, Министерство образования. Вот и все. Количество детей, которые погибают у нас, раз в 6, в 7 выше, чем в других странах.

Макеева: А с чем вы связываете, Михаил, что не выросло желание, по крайней мере, в разы, существенно, по данным вашего коллеги, снизилось желание усыновлять именно у россиян? Были слабые надежды…

Дегтярев: Ничего не снизилось. Я не знаю, откуда эти данные.

Гудков: Министерство образования.

Дегтярев: 25 тысяч семей сегодня стоят в очереди. Если за прошлый год прирост был 9, а за этот 6 500, это не говорит о снижении интереса. Это говорит о том, что 25 тысяч семей хотят усыновить наших детей, вот и все. По поводу того, чем мне запомнился этот год. Создан Российский научный фонд, это новая структура, которая будет финансировать науку, президентский законопроект очень интересный. Амнистию мы отмечаем, десятки тысяч людей выходят на улицу. Вообще мы считаем, что в тюрьмах только убийцы должны остаться, террористы, педофилы, крупные воры, остальных вообще нужно отпускать.

Гудков: Почему тогда не голосуете за мои поправки?

Макеева: Грабители, насильники, есть еще несколько категорий, которые явно должны сидеть в тюрьме?

Дегтярев: В общем. Конечно, есть нюансы, есть рецедивисты, есть большие сроки. Но то, что в тюрьмах сидит очень много людей, которых можно было бы освободить, это факт. Переполнены тюрьмы.

Макеева: По «Болотному делу» можно было бы освободить людей?

Дегтярев: Да можно по любому делу освободить, но если есть насилие в адрес исполнительной власти, я лично, это мое личное мнение, я не за фракцию, не за кого не говорю, нужно сидеть в тюрьме. Нельзя толкаться с полицией, будет анархия в стране, снесут и Диму, и вас, и всех.

Макеева: Вы сейчас дословно повторяете Владимира Путина.

Дегтярев: Чуть что вы 112 набирайте и вызывайте полицию, которая вас защищает, поэтому не надо этих передергиваний. Так начиналось в начале 20 века разложение российского государства.

Макеева: Четко по словам Путина, прям четко.

Дегтярев: Что еще мне запомнилось - Академия наук. Началась реформа, право государства не топить воздух как сегодня фактически происходит, а эффективно расходовать средства. Закон о черных списков пассажиров, два года в Государственной Думе лежит законопроект ЛДПР Ярослава Нилова. Почему его не принимают?

Гудков: В пятницу Государственная Дума отклонила мою инициативу, закон, который возвращает прямые выборы мэра. У нас в половине городов России мэров назначают депутаты, а по Конституции власть у нас принадлежит народу, а не депутатам и чиновникам. У нас президент говорит, что за прямые выборы мэра. Мы внесли инициативу, я рассказал о том, какая система в каких городах, какие социологические опросы мы проводили. Например, в Нижнем Новгороде 87% жителей выступает за прямые выборы мэра.

Дегтярев: Но только 30% доходит до избирательных урн.

Гудков: Но почему-то когда доходит до голосования эти все замечательные слова, все эти обещания куда-то деваются. Почему не поддерживается этот закон? Казалось бы, что сложного?

Дегтярев: …в районы спустим.

Гудков: Да ладно спустите вы.

Дегтярев: Все будет в районах.

Макеева: А у вас дружеские отношения, да?

Гудков: Мы давно знакомы, конечно.

Дегтярев: У нас вообще в депутатской среде мы все общаемся, независимо от партийной принадлежности.

Макеева: Я вообще удивляюсь, как при таких разных взглядах у вас такие приятельские отношения.

Гудков: Разных взглядов – это нормально.

Дегтярев: Мария, зато в некоторых фракциях внутри происходят потасовки с золотыми пистолетами, внутри фракции.

Макеева: У вас нет золотых пистолетов.

Дегтярев: У нас ни офшоров, ни золотых пистолетов, у нас есть только любовь к родине и к народу.

Гудков: Только бронежилеты.

Макеева: 25 декабря в эту среду будет расширена зона платной парковки в Москве, до Садового кольца. В пределах Бульварного стоимость парковки увеличится сразу аж до 80 рублей за час.

Дегтярев: Я езжу на автобусе депутатском.

Макеева: А парковку вокруг дома, когда сделают наконец платной?

Дегтярев: Вопрос к мэрии.

Гудков: К сожалению, я не работаю в администрации.

Макеева: Это мэрия против вашего знания воли?

Дегтярев: Слушайте, если земля оформлена или она в федеральной собственности около Госдумы, я могу подозревать, что ею вправе распоряжаться Государственная Дума. Я лично передвигаюсь на депутатском автобусе.

Макеева: Что такое депутатский автобус?

Дегтярев: Каждое утро в 8 часов утра отъезжает автобус в целях экономии…

Гудков: У кого-то депутатская машина, а у кого-то целый автобус.

Дегтярев: В целях экономии бюджетных средств мы едем все вместе в Думу несколько десятков.

Макеева: А откуда она едет?

Дегтярев: От общежития, где мы живем.

Гудков: Давайте к парковкам вернемся.

Дегтярев: Это очень экономно. Высаживает и уезжает на свою остановку в паркинг.

Макеева: Где находится это общежитие?

Гудков: Улофа Пальме.

Макеева: НаУлофа Пальмевас возит автобус в одно и то же время?

Гудков: Меня нет, я уже, слава Богу, в своей квартире живу.

Макеева: А вечером как же вы?

Дегтярев: Вечером на метро, на такси.

Макеева: Вы ездите на метро каждый вечер?

Дегтярев: Бывает редко.

Макеева: Если вас каждый вечер встречать, интересно мы проследим вас?

Дегтярев: Встречайте. Меня особо задело, как Дима со своими подельниками против нас выступал, вот этот «Марш подлецов», чудовищные эти лозунги.

Гудков: Комментировать даже не хочется.

Дегтярев: Мне было неприятно наблюдать, как фотографировали подъезжающих депутатов, оскорбляли. А я в этот момент шел с телефоном из метро и думал: да что же такое, я приехал на метро, и оскорбляют весь депутатский корпус.

Макеева: А то, что вы приехали на метро, заслуживает особых наград?

Дегтярев: А че меня оскорблять-то? Все разные депутаты, есть богатые, есть не очень. Поэтому мне всегда хочется спросить, те, кто оскорбляют всю Государственную Думу, есть у вас знакомые депутаты. У любого спроси – «Есть». Достойный человек? Достойный. Помог когда-то? Помог. А все негодяи, Государственная Дума все нехорошие. Но депутат есть у знакомых у любого человека.

Макеева: У меня даже не один есть знакомый депутат.

Дегтярев: А что же вы тогда?

Гудков: Я на самом деле встречался с профессором Вучиком. Помните, Максим Кац его когда-то приводил?

Макеева: Да.

Гудков: Он рассказал, что есть разный подход. Есть подход к решению пробок, который опробовали в Америке, а есть – в Европе.

Макеева: Какой подход подразумевает, что простые граждане платят за парковку, а депутаты нет?

Дегтярев: Хотите мою программу кандидата в мэры от ЛДПР я сейчас расскажу? Мы сейчас решим этот вопрос.

Гудков: Можно? Я просто не хочу перекрикивать?

Дегтярев: Говори-говори.

Гудков: В тех городах, где А – развивали общественный транспорт, не строили развязок огромное количество, а где делали транспорт…

Макеева: Депутатские автобусы, тут вы нашли общий язык с Михаилом.

Гудков: …вводили пешеходную зону, где вводили платные парковки, там ситуация с пробками намного лучше.

Дегтярев: Велосипеды все отменим.

Макеева: Да?

Дегтярев: Это убийство.

Гудков: В любом случае должны быть платные парковки. Вопрос цены уже надо осуждать. Потом мне непонятно, почему возле Госдумы должна быть такая же цена, как и в пределах Садового кольца.

Макеева: А вы знаете, сколько будет стоить метро с нового года?

Дегтярев: Конечно, 40 рублей. Парковка 80.

Макеева: А у вас единый на метро или вы будете разовые поездки приобретать?

Дегтярев: Единый стоил 1200, сейчас не знаю. На следующий год я еще не начал закупки себе проездных. По поводу парковки, несправедливо, что, во-первых, она в выходные будет платной, потому что центр пустой. Во-вторых, несправедливо, что когда есть места, тоже платно. Да и вообще цифра взята с потолка - это мое мнение. Если решать вопрос парковки, то, конечно, нужно делать эквивалентный абонемент стоимости проездного на метро, чтобы человек выбирал, ездить на метро или на автомобиле. Полторы тысяч в месяц должен быть въезд в центр – это мое мнение.

Макеева: У вас так этот год складывался, что вы оба по разным причинам могли встретить этот новый году же не депутатами. У вас, Дмитрий, были угрозы, тучи над вами сгущались в момент интенсивного выдавливания оппозиционных депутатов из парламента. У Михаила другая история – он хотел стать мэром Москвы.

Дегтярев: Кому он нужен, чтобы его выдавливать? Ну что вы, о чем вы? Слова лишили за то, что погорячился.

Гудков: Пусть поговорит.

Макеева: Будем считать, что это тоже по-приятельски. Вы рады, что остались депутатами в конце этого года? С приятным ли вы чувством встречаете Новый год в этом смысле?

Гудков: Михаил точно не рад. Лучше быть мэром, правда?

Дегтярев: Я сам за себя скажу, Дмитрий. По алфавиту, на «Г» сейчас.

Гудков: На самом деле, если вы думаете, что моя история закончилась в плане каких-то репрессий, то вы ошибаетесь. Я знаю, что меня слушают до сих пор, я знаю, что за мной наружка периодически ездит. Я прекрасно понимаю, что любая моя ошибка будет использована против меня на 100%. Я морально давно был готов к тому, что заберут мандат. У нас была история, когда лишили мандата Геннадия Гудкова, пришел один знакомый, который поговорил с некоторыми товарищами, не буду говорить где, но которые принимают решения. Нам было предложено купить один билет Геннадию Гудкову в европейскую страну, потому что в ближайшее время могут быть приняты решения о посадке. Он тогда отказался. У нас был  период, когда наша семья ждала самых серьезных последствий.

Макеева: Михаил, вы рады, что остались депутатом?

Дегтярев: Такой эпитет не подходит. Я рад, что я на работе, я рад, что нужен своим избирателям в Самарской области и нужен ЛДПР. Вот это будет правильно. По поводу всех этих инсинуаций сдать мандат и прочее, каждый мандат кровью и потом депутатами ЛДПР добывался в регионах. За мной 220 тысяч избирателей Самарской области. С какой стати из-за того, что несколько тысяч человек что-то там хотят, должен придавать своих избирателей в Самарской области, я не понимаю, поэтому не дождетесь, дорогие друзья.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.