Глава муниципалитета Хамовники о выселенных детских студиях: там могла быть вторая «Хромая лошадь»

Кофе-брейк
11 февраля 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Слухи о «рейдерском захвате» помещений в московском районе Хамовники, принадлежащих детским художественным школам «Рождение вещи» и «Материнская школа», прокомментировал в программе КОФЕ-БРЕЙК глава местного муниципалитета Юрий Панов. 

Белоголовцев: Вы едва ли ни сами выказали желание к нам прийти, потому что в корне не согласны с такой постановкой вопроса. Как выглядит ситуация с вашей точки зрения?

Панов: С моей точки зрения, ситуация выглядит следующим образом, чтобы телезрители понимали, о каком помещении идёт речь. В 2006 году правительство Москвы передало помещение для организации досуга и работы. Помещение, о котором идёт речь - это одно из таких помещений.

Белоголовцев: Какой размер помещения?

Панов: Порядка 240 кв. м, это подвальное помещение

Белоголовцев: Почему потребовалось их выселять? Из-за чего конфликт?

Панов: Нам абсолютно не потребовалось их выселять. Есть такая процедура, что все материальные блага выделяются на конкурсной основе, это касается и данного помещения. До 1 января 2012 года это помещение было закреплено за нашей структурой, есть муниципальное учреждение Центр досуга и спорта Хамовники. 1 января заканчивался договор, и мы по процедуре объявили новый конкурс на это помещение. Часть этих людей находилась в штате учреждения, сейчас уже не находятся.

Белоголовцев: В какой момент перестали находиться?

Панов: Если говорить о Погодиной Ирине Павловне, которая руководит студией «Материнская школа» с апреля 2012 года…

Белоголовцев: А контракт истёк в январе 2012-го.

Панов: Контракт на помещение - 31 декабря 2011 года. В ноябре муниципалитет объявил конкурс, в котором участвовало три организации - это «Молодёжный центр», о котором говорила Александра Евгеньевна Парушина в своём интервью, «Материнская школа» и ООО «Лулаки». Так как это помещение предоставляется только некоммерческим организациям, то участвовало две. Была комиссия из 18 человек, в ней были депутаты, представители префектур.

Белоголовцев: Представители «Материнской школы» утверждают, что комиссия в большинстве своём состояла из людей, имеющих отношение к муниципалитету, которые выбирали между своими и чужими, они усматривают в этом конфликт интересов.

Панов: Я не понимаю, что значит свои и чужие. Упоминался в этом контексте Дмитрий Башаров, который сейчас внутригородского муниципального образования, который возглавляет муниципальное собрание. На тот момент он был директором некоммерческой организации, как и Елена Погодина, и никакого влияния на процедуру проведения конкурса он не мог оказать. Я понимаю к чему вопрос, проигрывать всегда больно. «Материнская школа» заняла второе место. Так как Погодина была сотрудником муниципального бюджетного учреждения, у него есть помещение своё на улице Большая Пироговская, ей было предложено перейти в другое хорошее помещение. Вот сейчас мы видим фотографии этого помещения, из-за которого конфликт.

Белоголовцев: Захламлённое помещение.

Панов: Я принёс некоторые бумаги, у меня есть предписание из прокуратуры о нарушении закона о том, что в этом помещении невозможно проводить занятия с детьми.

Белоголовцев: А какого числа?

Панов: Это январь2012 года.

Белоголовцев: Вопреки предписанию год проводились занятия с детьми. Это же просто опасно.

Панов: Это, безусловно,  опасно.

Белоголовцев: Так почему же раньше ничего не происходило?

Панов: Потому что у нас сменился состав муниципалитета,  я с мая возглавляю его, поэтому с мая разбираюсь этой проблемой.  Я так понимаю, что муниципалитет шёл навстречу этим студиям, понимая, что там занимаются дети.

Белоголовцев: Это же должностное преступление.

Панов: По всем трём инстанциям …

Белоголовцев: Так это же подсудное дело.

Панов: Подсудное дело. Я фактически на себя брал ответственность, что не дай Бог, в таком помещении что-то случится, это будет новая «Хромая лошадь». Вы согласны?

Белоголовцев: На вид очень пожароопасное помещение, соглашусь.

Панов: У нас есть такой депутат Оксана Парушина, она называет себя правозащитницей, а по факту получается, что она прикрывается детьми, как щитом, и борется за это имущество.

Белоголовцев: Я не очень могу понять логику всех действующих сторон в этом конфликте. Я не могу понять тех, кто отстаивает с пеной у рта это помещение. Если это ради детей, то не понимаю, почему не соглашаются принять ваше предложение и перейти в другое помещение. Ещё больше не понимаю вашу логику, действительно вы рискуете, с весны тянется это противостояние. Почему оно сейчас вышло на другой уровень?

Панов: В процедуру вмешалась депутат Парушина, которая всячески препятствовала общению с Еленой Погодиной.

Белоголовцев: Но есть же телефон, позвоните: «Здравствуйте, давайте договоримся, чтобы дети  не рисковали погибнуть из-за пожара».

Панов: Она говорит: «Хорошо, я приду на переговоры с Александрой Евгеньевной», Александра Евгеньевна толкает под столом Елену Павловну и говорит: «Нет, мы не уступим, мы должны сидеть на этом месте. Здесь в 1965 году начиналась эта студия, мы преемники её».

Белоголовцев: А вы показывали эти документы?

Панов: Безусловно.

Белоголовцев: И какая была реакция?

Панов: Пошла массированная атака в СМИ: «Московский комсомолец», телеканалы, «Вести»  и так далее показывают, что детей выгоняют на улицу. Пошли письма в Совет Федерации, в Госдуму, президенту, у меня есть ответ из приёмной президента по этому вопросу.

Белоголовцев: Что отвечают?

Панов: Они полностью поддерживают нашу точку зрения.

Белоголовцев: Так если существует такое количество предписаний…

Панов: Ещё пять решений судов есть.

Белоголовцев: Если есть пожарная инспекция, которая запрещает детям находиться в таком помещении, они же год рискуют там сгореть заживо.

Панов: Я абсолютно с вами согласен.

Белоголовцев: Так это разве не ваша работа - выполнять предписание?

Панов: Наша работа - выполнять, но какие методы нашей работы? У нас нет договорных отношений с людьми, которые там находятся. Это, говорят, очень квалифицированные преподаватели, я их не знаю, у меня нет их медицинских книжек, я не знаю, по каким программам они преподают.

Белоголовцев: Здание опечатывается со словами «Пожароопасно».

Панов: Мы это сделали 7 февраля.

Белоголовцев: Я не очень могу понять ещё одну деталь: если помещение признано пожароопасным, негодным, как в него может въехать другая организация, которая выиграла конкурс?

Панов: Когда организация шла на конкурс, она обещала его привести в порядок за свой счёт. Это известная организация, лауреат премии «Общественное признание». Они не так, как Оксана Евгеньевна говорит, что это какая-то организация…

Белоголовцев: Которую раньше возглавлял Башаров, нынешний глава муниципального собрания. А сейчас кто возглавляет?

Панов: Директором назначен Серков Артём Юрьевич.

Белоголовцев: А он имел раньше отношение к муниципалитету?

Панов: Он не является сотрудником, и никогда им не являлся. Вы понимаете моё положение? Когда в подвале находятся дети, преподаватель отказывается даже дать списки этих детей, спекулируя на том, что их 250, 150. Мои сотрудники приходили проверять. Приходим – а там сидит два человека, а в другом крыле – три человека. У меня не получилось собрать 150 человек, только 12.

Белоголовцев: Я всё-таки не могу понять, почему это тянулось 10 месяцев.

Панов: Когда мы начинаем какие-то меры по выселению, отсылается письмо от вышестоящей инстанции, начинается проверка, они подают заявление в суд, идут постоянные судебные разбирательства. Мне говорят: «Подождите, суд пройдёт, тогда мы и решим».

Белоголовцев: А чем закончился хотя бы один суд?

Панов: Судов было пять, в основном, это были суды сначала со стороны частных лиц, потом «Материнской школы» о признании незаконным объявления конкурса и его результатов. Результаты во всех процессах – наш выигрыш. Везде признано, что мы правильно провели конкурс и правильно заключили договор. Получается, что в помещении находятся посторонние для муниципалитета люди в антисанитарных условиях.

Белоголовцев: Решение суда всегда должно же чем-то обеспечиваться. Вот суд принял решение в вашу пользу…

Панов: Нас постоянно обвиняют, что мы – враги детей, тем не менее, я взял на себя ответственность за жизни детей. Потом мы бы сидели, и вы меня спрашивали бы: «Как же так, муниципалитет в течение года смотрел на это безобразие?».

Белоголовцев: Скажу и сейчас, потому что сюрреалистическая картина со всех сторон, скажу предельно честно.

Панов: Нас постоянно призывали к тому, чтоб договорится, и мы сами договаривались. Мы предлагали это помещение, другое, мы предлагали перейти даже в Центр досуга и творчества. Я выяснил для себя, что эта группа людей не заинтересована продолжить занятия с детьми, им главное – использовать это место для пиара, для политического пиара, личного пиара, и, прикрываясь детьми, потому что Александра Евгеньевна проводила пикеты с участием детьми, мы уже хотим органы опеки привлечь к этому, они запирались в подвале. Извлечь оттуда группы людей не очень просто.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.