«Для давления на бизнес этот закон — находка». Зачем следователям разрешат возбуждать уголовные дела без согласия налоговой

Кофе-брейк
20 июня 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

В распоряжении «Ведомостей» оказались копии поправок в Уголовно-процессуальный кодекс, вводящих новый порядок возбуждения налоговых дел. Осенью президент внес в Думу законопроект, который возвращал следователям право возбуждать налоговые дела самостоятельно, без материалов налоговиков. Законопроект вызвал панику у бизнеса, его критиковал председатель правительства Дмитрий Медведев,  но Дума поспешно приняла закон в первом чтении. Затем процесс притормозился: Следственный комитет и ФНС должны были решить, могут ли следователи возбуждать налоговые дела безо всяких условий или они должны подтверждать факт нарушения. В итоге решили следователей не ограничивать — дали им самостоятельность. О сути поправок в студии «Дождя» рассказал адвокат, управляющий партнер юридической группы «Селютин и партнеры» Александр Селютин.

Лобков: Александр, я знаю, что это давняя дискуссия между путинскими и медведевскими. Как расследовать ситуации типа той, которая возникла в 2003 году по отношению к компании «ЮКОС»? Налоговая служба тогда обвинила «ЮКОС» в неуплате огромного количества налогов, на основании этого было возбуждено уголовное дело. Теперь, как я понимаю, налоговая служба заявлять ничего не должна, а Следственный комитет и МВД сами должны решить.

Селютин: Сначала порядок возбуждения был какой – МВД включается в расследования, сами находят даже эти уголовные преступления, проводят проверку, рассчитывают задолженность по налогам и возбуждают уголовное дело и доводят до суда. Потом порядок изменился, как вы говорите, медведевские законы, его инициатива была такая, что без квалификации налоговых органов возбудить уголовное дело нельзя, и возбуждать будет не МВД, а СК.

И все тогда сказали: «Да, это декриминализация так называемая, это смягчение законодательства в данной сфере». И предприниматели вроде как ожили. Но это повлекло невозможность почти возбуждения уголовных дел за уклонение от уплаты налогов, вернее, резкое снижение количества возбужденных уголовных дел. Потому что налоговая сначала должна доначислить эту недоимку, потом передать информацию в СК, СК возбуждает.

Лобков: Мне кажется, что это логично, коль сапоги начнет тачать пирожник, а пироги печи сапожник. Откуда у МВД квалифицированные люди для того, чтобы они могли разобраться в тончайших иногда моментах налогового законодательства, например, возврат НДС.

Селютин: На прошлой неделе наш президент сказал, что отсутствие этих квалифицированных кадров - это не довод, пусть такие кадры появятся.

Лобков: Возражения подобные были?

Селютин: Да, были. Да, нет таких специалистов. Сделайте – пусть они будут в Следственном комитете, пусть они в МВД.

Лобков: А зачем дублировать функции налоговой службы? Служба у нас и так огромная. И как МВД, кстати, будет получать данные о том, заплатил ли я налоги? Согласно нынешнему законодательству, у МВД нет доступа в базу данных налогоплательщиков.

Селютин: У МВД есть прекрасные полномочия, предусмотренные законом об оперативно-розыскной деятельности.

Лобков: Стукачи.

Селютин: Необязательно стукачи. Ты же можешь направить запросик, тебе должны представить информацию, ты можешь прийти с проверкой, те пресловутые проверки полицейские бизнеса, которые осуществляются в нашей стране, которые кошмарят бизнес. Вот эти полномочия у МВД есть, у налоговой нет, поэтому сторонники этих изменений говорят о том, что налоговая не может выявить преступление. Пока она раскачается, пока она проведет проверку, уже и фирмы нет. А так МВД негласно в рамках закона об оперативно-розыскной деятельности проводит проверочку фирмы, доказательства собирает и передает в СК.

Лобков: Получается, что это проигрыш экономических ведомств, потому что налоговая служба хоть у нас и репрессивная, но она все равно относится к экономическому ведомству, экономическому блоку. Это проигрыш экономического блока и выигрыш силового.

Селютин: Это однозначно, я думаю так.

Лобков: Коррупциогенность – в каком случае она больше? Условно говоря, если у меня есть конкурент или недруг, которого я хочу закошмарить, закрыть, в варианте первом, когда налоговая служба является инициатором расследований и обращается в следственный орган с просьбой арестовать его, или в этом варианте, когда МВД сначала арестовывает, задерживает, а потом обращается в налоговую службу и просит проверить, это ведь две разные вещи. В каком из этих вариантов больше коррупционных возможностей?

Селютин: Вы правильно сказали, это ведь давняя дискуссия, и туда уже подключился и аппарат уполномоченного по правам предпринимателей по защите прав человека и так далее. Я недавно делал доклад, я не помню точно, но цифры примерно такие, что 70% дел возбужденных МВД не доходили до суда. Потому что либо не было состава, и они рассасывались, либо вопросы решались, и дело тоже рассасывалось.

Лобков: Но человек посидел, есть мера пресечения?

Селютин: И посидел тоже, хотя сейчас говорят, что по экономическим преступлениям нельзя заключать под стражу.

Лобков: Вроде бы.

Селютин: Да, потому что есть преступления, которые можно туда прицепить, и якобы по этим преступлениям.

Лобков: Вот мошенничество.

Селютин: Да, прицепили и сказали: «Нет, это не экономический состав».

Лобков: Бизнесмен посидел в клетке, подумал месяц и продал свою фирму тому, кто этого хотел. То есть до рейдеров этот закон – находка?

Селютин: У нас сейчас рейдеры переквалифицировались, и они используют такие способы, в общем-то, да. Я бы сказал так – необязательно для рейдеров, но для отжатия бизнеса, давления на бизнес и возможности заработать, в том числе и силовым ведомствам, да.

Лобков: Насколько Медведев сейчас может что-то отыграть назад? Насколько его правительство может отыграть назад? Насколько экономический блок правительства и министр Улюкаев, который является начальником налоговой службы, поскольку она в ведомстве Министерства экономики находится, имеет достаточно влияния, чтобы, может быть, сейчас на уровне Думы первого или второго чтения можно было бы вернуться к более мягкой и более либеральной формулировке?

Селютин: Насколько Медведев может отыграть назад? Он собирается стать президентом опять? Есть же одно лицо сейчас в государстве, которое принимает решения. Решение это принято, по крайней мере, нас уже готовят к этому, и достаточно давно. Может быть, какие-то смягчения будут, вроде тех, которые вы озвучили в самом начале нашего разговора о том, что налоговая будет подключаться в течение 15 дней, будет давать свое заключение. Мне тоже тут непонятно, как в течение 15 дней, если выездная налоговая проверка может проводиться и три месяца,  больше.

Лобков: То есть, по сути дела, здесь можно даже говорить о презумпции невиновности? Потому что МВД сочло этого человека не плательщиком налогов без заключения компетентного органа. Компетентный орган – это налоговая служба. Я знаю многих налоговых инспекторов, им в удовольствие написать донос в МВД, они себе никогда не откажут.

Селютин: Там есть даже совместный приказ об обмене информации. Прежний порядок тоже был достаточно с некой презумпцией виновности, потому что налоговый орган доначислял, ты в суде мог отменить, а уголовное дело все равно возбуждалось. Были и такие случаи. Следственные органы говорили: «А неважно, ведь отклонение же было. То, что по формальным основаниям отменили решение, бывает, да. Но ведь уклонение от уплаты налогов было, состав был, все, мы возбуждаем».

Лобков: Сторонники этого закона будущего могут сказать, что предусмотрена же амнистия в случае, если вернет всю недоимку.

Селютин: Это предусматривает Уголовный кодекс. Примечание говорит о том, что если ты заплатил налоги, ты свободен, ты можешь жить спокойно, и штрафы, и пени. Другое дело, что хотелось бы доказать с одной стороны, а то и с другой, чтобы обе стороны пришли к единому мнению, было уклонение от уплаты или не было, ведь его может и не быть. А та пресловутая квалификация, либо ее отсутствие, может сыграть злую шутку с предпринимателем, вроде как и уклонения не было, но там посчитали, что было, значит все, привет.

Лобков: То есть фактически роль Следственного комитета возросла еще больше?

Селютин: Я бы сказал, что все-таки роль МВД возросла больше, потому что эта первоначальная торговля осуществляется именно на этом этапе, когда обнаружили, когда начали кошмарить и давить на бизнес, а когда они договорились, тогда и отправили в Следственный комитет.

Фото: Константин Чалабов / РИА Новости

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.