Депутат Госдумы от «Единой России» Марданшин: амнистия распространится на всех осужденных и обвиняемых в массовых беспорядках

Кофе-брейк
17 декабря 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Рафаэль Марданшин, член комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству, член фракции «Единая Россия», рассказал Никите Белоголовцеву о том, как в Госдуме принимали новый закон об амнистии, и на кого он будет распространяться.

Белоголовцев: Для вас существовала хотя бы минимальная интрига, какой из законопроектов примут или, в общем, девять других, кроме президентского проекта, были для проформы, для количества?

Марданшин: Я откровенно скажу, что интриги не было. Мы понимали, что проектом амнистии будет  тот проект, который будет внесен президентом нашей страны. Так и получилось. Как вы уже знаете, данный проект постановления принят  Государственной Думой в первом чтении. Он принят единогласно, всеми фракциями. Мне, конечно, приятно, что все единогласно проект амнистии президентский поддержали.

Белоголовцев: Скажите, откуда такая невероятная спешка? Сегодня в первом чтении, в среду – во втором и в третьем. То есть у вас меньше суток на работу с законопроектом, на какие-то поправки. Зачем так все быстро делается?

Марданшин: Спешка по двум причинам. Первая, чтобы исключить соблазна некоторых лиц воспользоваться предстоящей амнистией и совершить преступление, которые потом могут попасть под эту амнистию, и воспользоваться этой амнистией. Поэтому в кратчайшие сроки надо было принять. Вторая причина – это то, что нам хочется успеть принять и объявить амнистию до нового года, чтобы как можно быстрее граждане, которые подпадают под амнистию, могли ее воспользоваться.

Белоголовцев: Очень много споров о том, сколько в результате людей под эту амнистию подпадут. Очень многие члены президентского совета по правам человека, к которым в первую очередь президент обратился с предложением разработать этот проект, сожалеют, что по-настоящему широкой амнистии не получится, и выйдут на свободу, освободятся из-под следствия не так много людей, как хотелось бы.

Марданшин: Вопрос этот спорный. Широкая амнистия – это сколько? 10 тысяч, 25 тысяч?

Белоголовцев: Члены президентского совета по правам человека говорят, что «мы хотели бы держать в уме ельцинскую амнистию, по которой вышло около 100 тысяч человек». По сегодняшнему проекту – максимум 20 тысяч человек, и то большинство из них, это те, кто сейчас находиться под следствием, а не реально в местах лишения свободы.

Марданшин: Давайте скажем так – проект амнистии был принят только в первом чтении, к нему будут поступать поправки. Поправки будут поступать до 18 часов сегодняшнего дня. Хотя вы говорите, что это очень маленький срок для внесения поправок, но дело в том, что те лица, которые этой темой занимаются, знали уже содержание проекта амнистии, они уже подготовили свои поправки. И чисто с процессуальной точки зрения по регламенту они не могли эти поправки внести до того, пока Госдума не примет проект амнистии в первом чтении. Как только его приняли, они имеют право официально свои поправки внести. И завтра утром мы их будем рассматривать.

Белоголовцев: Тут такой момент получается, вы говорите, что интриги, по сути, не было, и мы понимаем, что все ждали президентский проект. При этом говорите, что реально может значительно измениться из-за поправок. В чем логика? Если президент и «Единая Россия», поддерживающая президента, реально хотели бы кого-то амнистировать дополнительно, они бы это внесли в документ. Здесь такая, как мне кажется, немножечко искусственная конструкция.

Марданшин: Никто не говорил, и я в том числе, что он значительно изменится, говорили о том, что будут поступать поправки, и эти поправки будут рассматриваться. Я хотел бы здесь остановиться на трех моментах, которые в основном обсуждаются в связи с этой амнистией. Первый – это пункт третий данной амнистии, которые предусматривает освобождение по статье 212 и 213 – это массовые порядки и хулиганство только лица, которые осуждены по этой статье. А лица, которые находятся под следствием, под судом, под эту амнистию не попадают. Эта статья вызвала наиболее жаркие споры, она серьезно обсуждалась. Скорее всего, эти поправки будут внесены, будут рассматриваться, и я надеюсь, что они будут приняты.

Белоголовцев: Я правильно понимаю, что так называемые «узники Болотной», скорее всего, выйдут на свободу все в результате этой амнистии?

Марданшин: Я скажу по-другому: те, кто подпадут под статью 212 и 213, кто осужден, и, возможно, кто находиться под следствием, под судом, смогут воспользоваться данной амнистией.

Белоголовцев: Не очень понятна методология. Конкретно об этом случае, наверное, здесь ни для кого не секрет, говорили едва ли не больше всего, подпадут – не подпадут под амнистию «узники Болотной». Очень долго законопроект обсуждался, из него массовые беспорядки вычеркивали, как мы знаем из разговоров с членами президентского совета по правам человека. А зачем это было сделано, если сейчас, после первого чтения так в экспресс-режиме, за несколько часов это потом возвращать туда обратно? Зачем такая сложная комбинация?

Марданшин: Я не вижу здесь сложной комбинации, проект амнистии был подготовлен и внесен, как и любой законопроект подвергается в Госдуме правкам, изменениям, и проект об амнистии не исключение. Это нормальный рабочий процесс. И то, что я сказал по 212 и по 213 статье, точно так же есть предложения от депутатов исключить из числа амнистируемых лиц, которые осуждаются по статье педофилия, терроризм, этого тоже там не было, но теперь поправки предложены. Скорее всего, они будут приняты. Есть моменты, вполне возможно, их упустили, а по некоторым статьям, просто так получилось, что когда готовилась сама амнистия, еще некоторые поправки в Уголовный кодекс не были приняты. Они теперь приняты и вступили в силу, поэтому их нужно внести в документы об амнистии.

Белоголовцев: И третий пункт вы говорили.

Марданшин: Третий касается запрета на освобождение осужденных, которые злостно нарушают режим содержания. Этот запрет тоже вызвал очень большие споры, вызвал осуждение. Такая проблема существует, потому что лица, которые уже осуждены и находятся в местах лишения свободы, очень сильно зависят от начальников колонии, которые, скажем откровенно, по надуманным причинам могут наложить  взыскание, чтобы человек считался злостным нарушителем. По тексту данной амнистии он теряет право на амнистию, но дело еще в том, что кроме этого он теряет право и на условно-досрочное освобождение. Поэтому очень много было пожеланий, предложений, чтобы или этот пункт исключить, или как-то эту проблему другим путем решить.

Белоголовцев: Как вам кажется, будет решена эта проблема? Все резонансные судебные процессы и все резонансные случая заключения, за которыми массово следили в СМИ, будь это «PussyRiot», будь это Михаил Ходорковский, будь это какие-то другие, там постоянно обжаловались взыскания, постоянно обсуждалось, насколько взыскания правомочные, насколько они на ровном месте и так далее. То есть лишались надежды на УДО. В амнистии этой как это все будет?

Марданшин: Я как раз эту тему и затронул, она очень серьезно обсуждалась. Два варианта решения этого вопроса было предложено. Первый – вполне возможно внести изменения в предложенный вариант постановления об амнистии, второй – это рассмотреть вопрос в рамках исправительного судопроизводства, туда внести соответствующие изменения. Соответственно, лишить лазеек и соблазна наших руководителей…

Белоголовцев: Сотрудников ФСИН.

Марданшин: Да.

Белоголовцев: Как вам кажется, какой вариант реалистичней?

Марданшин: Трудно сказать.

Белоголовцев: Но вам же голосовать завтра, наверняка у вас есть какое-то личное мнение.

Марданшин: Я бы этот пункт убрал из постановления об амнистии.

Белоголовцев: Сегодня депутаты от ЛДПР, если я не ошибаюсь, очень много говорили о том, что в проект амнистии нужно включить осужденных по 282 статье – одна из самых спорных статей Уголовного кодекса. Как вы считаете, есть ли шансы здесь для расширения амнистии?

Марданшин: Я думаю, что это будут на комитете рассматривать.

Белоголовцев: Но вы же член комитета, вы же выскажитесь по этому поводу на комитете. Если не секрет, что собираетесь сказать?

Марданшин: Вы мне напомните.

Белоголовцев: 282 – это экстремистская, многие ее называют самой политизированной статьей, разжигание межнациональной, религиозной розни.

Марданшин: Я, скорее всего, не поддержал бы эту статью, чтобы она вошла в состав амнистии.

Белоголовцев: Почему?

Марданшин: Я считаю, что по этой статье в первую очередь привлекаются лица, чья деятельность направлена против государства и разрушающе действует на ту сложившуюся систему, которая есть и в национальных отношениях, и в межнациональных, и религиозных отношениях. Это очень серьезная статья, на мой взгляд, я бы поостерегся по данной статье объявлять амнистию.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.