Байкеры, вернувшиеся из иракского плена: Мы не идиоты и знали, куда едем

Кофе-брейк
29 мая 2012
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Павел Лобков

Комментарии

Скрыть
Мотопутешественники Яков Шевелев и Александр Варданянц рассказали о том, почему они решили пересечь Ирак на мотоциклах, что именно было поводом к их задержанию и как выглядит багдадская тюрьма изнутри.

Лобков: Закончилась десятидневная сага с задержанием в Ираке наших мотопутешественников. И один из них у нас сегодня в гостях - Александр Варданянц. Яков Шевелев тоже принимал участие в этой поездке, но ему повезло: он на несколько дней раньше уехал и почему-то не попал в лапы военной полиции, а Александр попал. Ну и, конечно, нам страшно интересно, нашим зрителям, которые пишут нам в Twitter, все-таки, Александр, действительно ли вы были под серьезной угрозой быть обвиненными в шпионаже и заключены на большой срок, или это были, как говорят в России, понты?

Варданянц: Нет, никаких понтов не было. Это было жестко и, на самом деле, это здорово, что сегодня есть возможность рассказать, потому что у нас обычно выхватывают какие-то отдельные фразы из наших разговоров.

Лобков: Надо сказать, вы были не очень доступны там в Ираке, поэтому рассказывайте как есть.

Варданянц: Про визу, наверное, расскажет Яков, потому что он больше занимался этим вопросом.

Шевелев: Все обращались в дружественную нам турфирму, которая уже не первый год нам делает визы. Мы делали там иранскую визу, и раньше мы к ним обращались - все было нормально. И в этот раз по иранской визе, которую мы сделали, никаких проблем не было. Что случилось там с иранской визой - до сих пор непонятно.

Варданянц: Иракской.

Шевелев: С иракской. То есть, все там, в первую очередь иракцы заявляют о том, что она якобы фальшивая, неправильная. У меня нет никакого ответа на эту тему, потому что как должна выглядеть настоящая иракская виза, мы не знаем. Нам сказали, что вот это якобы какая-то неправильная. Мы ее один раз предъявили, больше просто не спрашивали.

Лобков: То есть ваша виза была нормальная?

Шевелев: У нас была одинаковая. У нас была одна и та же виза на 7 человек.

Варданянц: Это один лист, на котором было 7 человек. То есть, 4 человека нашей группы…

Шевелев: И трое нашей. Мы ее там предъявляли, она не вызвала ни у кого никаких сомнений.

Варданянц: Павел, как бы хотел сказать, на сегодняшний момент создается впечатление, что это вот группа таких вот камикадзе (самоубийц), которые ищут себе приключения...

Лобков: У нас, кстати говоря, слушали истории про байкеров в Ираке и удивлялись: искали люди приключение на собственную пятую точку и нашли. «Ну и почему мы их всех должны жалеть?», - спрашивают зрители из Twitter’а.

Варданянц: Понимаю. Скажу сразу. Может быть, мы и выглядим как идиоты, но все-таки не совсем так. Мы готовились к этой поездке. Мы много ездим по миру, поэтому подготовка была серьезная. И заходя на территорию Ирака, естественно, мы показали те документы, которые были и у Якова. Во-первых, у нас была информация от Якова, что он проехал и все в порядке. Он уже к тому моменту вышел из Ирака.

Лобков: То есть вышел? То есть проехал Ирак насквозь и выехал в Иран?

Варданянц: В Иран. Единственное, Багдад посещали не на мотоциклах. В Багдаде, как потом выяснилось, движение на мотоциклах запрещено. Но нигде этой информации не было, ни на сайте посольства, нигде.

Лобков: Но, тем не менее, вы проехали, а вы нет?

Варданянц: А мы нет.

Лобков: А как с вами обращался? Как выглядел (детали всегда интересны) военный патруль? Были сообщения, что там мешки на голову, наручники. Что на самом деле?

Варданянц: На самом деле так и было. Когда нас привезли, уже последнее задержание, то есть вот масса претензий по поводу того, что нас предупредил консул, где нас первый раз задержали. Он сказал нам, что у нас нет визы, надо возвращаться. Мы запрашиваем армию - генерал Тархан город Киркук, - он говорит, что претензий к вашим документам у него нет. Мы говорим: «Мы можем ехать в Багдад?». Он говорит: «Счастливого пути». Нас выставляют на трассу и отправляют дальше. То есть, посольство наши визы не видело, они ориентировались на слухи. Местные военные говорят: «Пожалуйста, вы можете ехать». Мы движемся дальше. Да, нас останавливают все посты, но просто мы для них обезьянки, которые попали в клетку и все. На каждом посту мы спрашиваем: «Можем ехать дальше?». Говорим маршрут, говорим, что мы идем на Багдад - улыбка, пожелание счастливого пути.

Лобков: Это везде американские войска вышли, там только иракцы?

Варданянц: Только иракцы. Американцев нет. Это было 19-го, 20-го. Нас все-таки остановили, и мы звонили консулу, когда уже было понятно, что составляется протокол о нашем задержании, что мотоциклы дальше ехать не будут, их будут грузить в грузовик. Кстати, мы как раз это видео делали. Мы позвонили консулу и передали, что вот такая ситуация. Он поговорил с военным майором, который предъявлял нам обвинение, и сказал: «Удивительно, но претензий к вашим бумагам, документам, у них нет» - «В чем тогда причина нашего задержания?». Вот там нам сказали, что перемещаться на мотоциклах по Ираку нельзя.

Лобков: А что касается условий существования в этой багдадской тюрьме. Мы знаем про багдадские тюрьма. Тюрьма Абу-Грейб знаменитая. Какие безобразия творят они в багдадской тюрьме, это ужас какой-то.

Варданянц: У нас не было возможности сравнить с Абу-Грейб и не хочется. Но то, что нам показали, в общем, большого оптимизма и здоровья не добавляет. Привели нас туда в шапочках-невидимках, которые одевается на голову, руки сзади в наручниках, и руки впереди идущего пристегивают к идущему сзади. И вот таким гуськом мы зашли в тюрьму. Дальше как бы были разные условия, в зависимости от ситуации. Были относительно человеческие, были совсем нечеловеческие, когда в прессе появилась информация о том, что у нас все-таки сохранился телефон. Кстати, про телефон это отдельная история.

Лобков: Вы его пытались спрятать.

Варданянц: Первое задержание, когда у нас забрали телефоны, показало, что надо их прятать. Понятно, у нас были дежурные комплекты, которые у нас сразу забирали, и были телефоны, которые мы пытались рассовывать, на себе прятать. Естественно, что первое попадание в серьезный обыск, то есть с раздеванием, - все телефоны у нас нашли и изъяли. Но после этого нам дали возможность дойти до мотоцикла взять умывальные принадлежности, преодевалки и, естественно, мы вытащили вторые телефоны.

Шевелев: У вас с собой были?

Варданянц: Да, это вторые еще были. Потом следующие обыски - они частично таяли и уходили. Потом Олегу нужны были медикаменты, добыли еще последний телефон, который у нас остался. Это, собственно, ключ к нашей свободе и возможности общаться. Но уже прикрывали. И они уже расслабились, потому что на 5-6 обыске понятно, что телефонов больше быть не может. Это только очень слаженная команда, когда каждый понимает, что делает: начинают одного человека обыскивать - остальные начинают мешаться.

Лобков: Американцы, которые там в каком-то количестве все-таки присутствуют, никак не?..

Варданянц: Мы их не видели и не слышали.

Лобков: А как вы оцениваете действия российского МИДа и российского консула? Были ли они профессиональными достаточно или формальными?

Варданянц: Сначала мы безумно обиделись. Но это психология любого человека, попавшего в застенки, тем более своей вины как таковой не чувствовали. Виза, как она должна была выглядеть? Это потом появилась информация о том, что человек, который делал визу из иракского посольства в России, он уже год как не работает. И вот тут они ухватились, что эта виза подложная, поддельная и так далее. В принципе, нам казалось, что можно сделать больше, но на самом деле, вот сейчас мы понимаем, что не так уж и много они могли сделать. Перемещение по городу все-таки ограничено в бронемашинах, надо подавать заявки и так далее, но ужесточение нашего положения появилось в тот момент, когда консул не смог за нами приехать. И мы обиделись, и нам казалось, что весь мир рухнул.

Лобков: Вот я показывал, как должна выглядеть иракская виза. Вот иракская виза такая же у вас была?

Шевелев: Нет.

Варданянц: Нет.

Шевелев: Наша виза была на отдельном листе. На бланке иракского консульства, где перечислены 7 фамилий.

Лобков: У них есть много разных.

Шевелев: Об этом никто не знает.

Лобков: Вот это считается образцовая иракская виза на сайте их правительства.

Варданянц: Понятно. Такого у нас не было.

Шевелев: Такого у нас не было.

Лобков: Понятно. А вообще, многие телезрители спрашивают, кто-то объяснил, зачем наши байкеры поперлись на мотоциклах по маршруту Ирак-Иран-Афганистан, если там и на танках ездить страшно? Что для вас движущей силой было? Для чего все это нужно было? Тем более вы видели съемки, ну, скажем так, не «баунти».

Варданянц: Не «баунти».

Шевелев: Ну да, понятно.

Варданянц: Афганистан - тема отпала в тот момент, когда там начали ребята кататься на мотоциклах и нападать на американцев, поэтому тема Афганистана была закрыта. Ну, а с выходом как бы раздражающего фактора – американцев - из Ирака, мы думали, что там все стало более-менее поспокойнее.

Лобков: И вообще, почему вы туда поехали? Почему со стороны Пакистана?

Варданянц: Не Пакистана, мы заходили с Турции.

Лобков: Со стороны Курдистана.

Варданянц: Курдистана. А из Турции по-другому никак не зайти. То есть, как бы север Курдистана.

Шевелев: Свободный въезд. Там свободная граница, открытая, никаких проблем нет.

Лобков: Но цель какая была? Ну, Междуречье… Высохло уже Междуречье, оно высохло примерно тысячу лет назад.

Варданянц: Зачем люди лезут на Эверест? Эверест стоит уже там сотни тысяч лет, однако на него постоянно кто-то лезет.

Лобков: На Эвересте войны нет, а Вавилон весь в Британском музее.

Варданянц: Это правда, но все равно хотелось увидеть. Степень неспокойствия там мы не представляли, это точно.

Лобков: В Курдистане контролируется иракскими центральными властями положение или все-таки нет?

Шевелев: Курдистан - это автономный регион в составе Ирака. Это де-факто свое государство. Там абсолютно спокойно. Там нет, по крайней мере, такого присутствия армии, полиции. Там абсолютно спокойная страна.

Лобков: То есть все проблемы начались, когда вы из курдской части перемещались уже в часть, которую контролируют иракские власти?

Шевелев: Да.

Варданянц: Где-то в районе Киркука был очередной пост, где иракские военные, смотря на наши документы, улыбнулся и сказал: «Welcome to Iraq». Это уже было километров, наверное, 400.

Лобков: А скажите, в общем, вам какие-то предъявлялись данные, что вы шпионы, или какую-то информацию о том, что они располагают какими-то данными, что вы шпионы? Доказательства какие-то вам выкладывали?

Варданянц: Конечно. Доказательства были на нас: на нас были видеокамеры, у нас была GPS-навигация. Кстати, GPS-навигация оказалась запрещена в Ираке. Приборы GPS-навигации были запрещены. И вот наличие запрещенных приемников GPS, видеокамер, сложило четкое убеждение, что мы великолепно подготовленная группа разведчиков.

Лобков: Вот сейчас что мы видим на экранах?

Варданянц: Это очередной их блокпост где-то в районе Киркука, по-моему.

Лобков: Вам вообще крупно повезло. Потому что вообще, когда снимают блокпосты, обычно они без предупреждения стреляют.

Варданянц: Не, мы конечно спрашивали. Мы с ними фотографировались с очень многими. То есть, это очень дружелюбно все…

Шевелев: Без предупреждения они, действительно…

Варданянц: Те, которые, идут захваты, остановки.

Лобков: Ну, все-таки, оборудование у вас было, предположим, шпионское. А, может быть, они имели данные о вашем прошлом: кто-то из вас, может быть, военный или служил в разведчастях.

Варданянц: Да, они расспрашивали нас от момента рождения и до сегодняшнего дня все. В итоге пришли к выводу, что мы великолепно подготовленная, хорошо тренированная группа диверсантов.

Лобков: Диверсантов?

Варданянц: Да.

Лобков: А вот были сообщения, что кого-то из ваших ребят там били, отбили почки.

Варданянц: Про почки – нет, но то, что человеку досталось, это точно.

Лобков: А что значит «досталось»?

Варданянц: Он получил по голове. Его взяли за горло, обещали повесить, но как бы все обошлось. Просто понимаете, невозможно спокойно реагировать, когда тебе говорят, ключевая фраза: «У нас за шпионаж смертная казнь. Сознайся, что ты шпион».

Лобков: Конечно, не сознается.

Варданянц: Человек рассмеялся. Сказали, что смеяться нельзя и дальше…

Лобков: А вы видели лица своих, так сказать, мучителей, или вы в это время были в мешках?

Варданянц: Мы видели, прекрасно видели. Это продолжалось очень долго. Меня последнего привели с допроса, это было в районе 5 утра. И они устали, и мы устали.

Лобков: То есть вам устраивали такой марафон: они менялись, а вы…

Варданянц: Нас тоже меняли. Мы стояли какое-то время на улице, потом нас заводили в отдельные домики. То есть, все время происходила какая-то движуха, напряжение было постоянное.

Лобков: А с консулом общение было исключительно по телефону или он приезжал в тюрьму?

Варданянц: Нет, в тюрьму он не приезжал. И когда нас уже увозили 25 числа, мы в первый раз с Джамшед Мухамедовичем увиделись вот у начальника штаба иракской армии.

Лобков: Что он вам сказал на прощание?

Варданянц: Расстались мы прекрасными друзьями. Мы понимали, что посольство для нас сделало, в конце концов. То есть, послу удалось переговорить с высшими людьми в Ираке. Расставались мы уже друзьями.

Лобков: Знаете ли вы, кто отдал распоряжение о вашем финальном освобождении и какова здесь роль Дмитрия Рогозина? Потому что именно он первым сообщил о вашем освобождении.

Варданянц: Ну к сожалению, мы не знаем, но мы не знаем всего. Это же подготовка, то есть работа шла здесь, а мы были там. Мы получали скупые…

Лобков: То есть, вы не исключаете тайной дипломатии какой-то?

Варданянц: Я в этом уверен.

Лобков: Что было?

Варданянц: Да.

Лобков: В мире еще много горячих точек: есть и Ириан-Джая, есть Зимбабве, есть Сирия, есть Сомали. Куда в следующий раз?

Варданянц: Нет, нет. Мы не настолько экстремалы, мы просто хотели прокатиться. Прокатились. Когда я уезжал, я сказал, что самое вкусное, когда не знаешь куда едешь. Ну, вот наелись этой вкусноты. Все хорошо.

Лобков: Ваши жены ругались?

Варданянц: Это называется ругаться?

Лобков: А как это называется?

Варданянц: Нет, у меня очень спокойная мужественная супруга. Она молодец. Она все стоически перенесла.

Лобков: Спасибо большое, что пришли сегодня к нам. Отдыхайте теперь. У вас заслуженный отдых. Вы были героями наших программ в течение 10 дней. Я напоминаю, что с нами в студии были Яков Шевелев и Александр Варданянц. Яков чуть раньше уехал в мотопоездку по Ираку. Александр как раз пережил все эти мытарства. Они только что сегодня прибыли из Ирака в целости и сохранности.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.