Зачем сегодня цыганам дворцы, и на какие деньги они их строят.

Репортаж Павла Лобкова из столицы цыганского мира
Бремя новостей
21:16, 21 мая
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Павел Лобков на этой неделе побывал в другой России. Там, где деньги текут рекой, где живут веселые люди в огромных цветных домах, и у каждого свой мегапроект, свой космодром и свой небоскреб. Это городок Сорока в Молдавии, где уже 200 лет на своей горке живут цыгане — настоящие, витальные, пушкинские. Источник их доходов темен, но зато как они их конвертируют в произведения искусства. Там есть и свой Капитолий, и Большой Театр, и дворцы в огромных количествах. 

На севере Молдавии, у самой границы с Украиной, пошла клубника. В Молдавии более 64% сельского населения, и это все равно, что пошла нефть. Город Сороки, известный своей средневековой крепостью, опустел — все в полях. Кроме обитателей знаменитой цыганской горы.

На волшебную гору в центре тихих Сорок репортеров Дождя привез бывший кандидат в мэры Юрий Тодирян. Пятитысячный анклав здесь называют цыганской столицей мира, и первое, что попадается на глаза — золотой купол, приземлившийся на бетонную крышу. Наверное, так выглядели города ассирийцев и майя, когда исчезали их цивилизации.

На цыганской горе нет ни одного архитектора, то есть архитектор тут — каждый. Искусство копипейста достигло своего апогея. Игорь, владелец мерседеса с московскими номерами, ведет корреспондентов в свой дворец, построенный некими венграми. Воображение рисует римские пиры, но тут тихо и прохладно, как в незаселенном отеле.

Главная магическая формула – все для детей. Валерий Соломон уже десять лет все заканчивает и заканчивает дворец, вот-вот и достроит. На полу —  отливки барельефов, цыганские Венеры и Аполлоны покрыты густой бетонной пылью. Полуподвал уже готов и ждет сына, который должен приехать с неких заработков. Цыганская душа рвется к небу, в которое уходит табор. И неважно, что жить приходится годами в неказистой пристройке, и за питьевой водой ходить к колонке

«Тут нечего делать, пенсию получаю 300 лей, это 800 рублей…Что с ним делать? Нечего делать, греть нечем».

Мегапроект Василия столкнулся с инфраструктурным кризисом. Только отопление его дворца стоит 600 долларов в месяц. Как покрывается разниц — большой цыганский секрет.

Дима открывает дворцы легким стуком. Он возглавляет местный водоканал, в его власти — покарать за долг по воде или великодушно простить аристократа.

Над цыганской горой нагло реет купол Капитолия. Николай строил его для сына Самсона — нежного юноши, живут они на единственном обитаемом нижнем этаже Николай привычно жалуется на маленькую пенсию, здоровье, коллекционирует спальни и черные шляпы. Двор Капитолия зарос бурьяном. «Ноу проблем», — говорит хозяин.

Под самой парадной лестницей течет мутный ручей, и корреспонденты перескакивают через ямы, чтобы дойти до другой стройплощадки — там будет дом под Венецию. Москвичам стоит побеспокоиться: Николай уже купил участок в 18 соток в Подмосковье, и у него будут, по его словам, хорошие соседи — космонавты Леонов и Терешкова. Они поймут его тягу в небеса.

Поселок пустеет на глазах: сейчас модно уезжать в Чечню. Рамзан Кадыров, тоже любитель небоскребов, приглашает к себе цыган, чтобы увеличить население, а, следовательно, и федеральные дотации.

 

Элита поселка сегодня празднует — Лиза и Герман вскоре поженятся, и для них уже построен дом. Только тут становится понятно, для чего местным цыганам такое жизненное пространство: сватовство продолжится до утра, а свадьба затянется на неделю. Это не дом, это театр, на сцене которого разыгрывается вечный спектакль цыганского праздника. А большому празднику —  Большой театр. Чуть меньше, чем московский, но скопирован точно. Правда, на четвертого коня денег видимо не хватило. Внутри —  будущие хозяева, обычные чуть перепуганные дети.

 

Он величественен и вполне мог бы сойти за индийского премьер-министра. Барон Артур Чорарь —  обитатель единственного дворца, у которого есть двор: двор нужен для проведения цыганского суда. История первоначального накопления та же: кооперативы, трусы и джинсы, советский фарфор соседствует с яркими коврами — все как у людей.

Барон Артур — философ и геополитик. По его словам, он часто посещал Якунинский семинар «Диалог цивилизаций» на острове Родос, знаком с высшими чиновниками российского МИДа и мечтает о присвоении цыганской горе статуса культурного заповедника. Второй этаж дома — уже необитаем. Пробираясь через строительный мусор, барон подходит к инструменту. Для приезда монархов у барона Артура все готово. Хотя сам он ездит на жигулях-шестерке, в густой траве притаились два советских лимузина. К приезду королевы, возможно, во дворце появится и туалет —  а пока удобства довольно патриархальны.

Только с первого взгляда планы  барона Чораря могут казаться сумасбродными — ну, какой музей мирового значения в провинциальных Сороках?

У них — палаццо из стеклопакетов, лестницы в никуда и жалобы на пенсию. У нас, больших и сильных, — олимпийский Сочи, газопровод в Китай и бюджетный дефицит. Правда, ведь, немножко похоже? И ради этого стоит съездить в Сороки, пока на полях еще осталась клубника.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.