«Смерть вождя не значит, что репрессивность ушла». Как спецслужбы Узбекистана похищают людей в Москве.

Репортаж Когершын Сагиевой
Бремя новостей
00:12, 5 сентября
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку

Комментарии

Скрыть

Ислама Каримова похоронили в субботу, 3 сентября, в родном Самарканде, в мавзолее «Два Тигра», специально выстроенном его дочерью Гульнарой на древнем кладбище Шахи-Зинда, что в переводе значит «живой царь». Самой Гульнары на похоронах не было.

Как и при жизни, так и после смерти, которая предположительно наступила еще неделю назад, Каримов держал страну и мир в напряжении. Тридцатимиллионная тоталитарная страна с самой большой в Центральной Азии армией после 25-летней диктатуры может преподнести сюрпризы.

Схватка за власть у гроба, борьба кланов — это только то, что внутри. Но за годы власти Каримова страну покинули миллионы несогласных. Больше всего не повезло тем, кто выбрал свободу в России: по договоренности между спецслужбами, ФСБ их теперь отлавливает и передает на родину. Как они отреагировали на смерть вождя и на что надеются — в репортаже Когершын Сагиевой.

В неприметном кафе на юго-западе Москвы по пятницам, после намаза, собираются московские узбеки. За пловом и арбузом они обсуждают, где дешевле снять койко-место, найти подработку и оформить документы. Но сегодня особый день — в Ташкенте официально объявили о смерти Ислама Каримова. Обычный пятничный обед превращается то ли в поминки, то ли в праздник.

— Не только я, все узбеки, которые здесь, в России, мои знакомые, мои друзья, они радуются, — говорит Фархат, который тоже присутствует на встрече.

Впрочем, никто не обольщается. На этой неделе, уже после сообщений о болезни вождя, спецслужбы Узбекистана в самом центре Москвы пытались похитить молодого активиста Рахмиддина Камолова. Его отвезли в Домодедово, но здесь Камолову повезло — с собой у него не оказалось паспорта.

— Чему могут подвергаться от таких людей, которые в чужой для себя стране позволяют себе столь открыто беспредельничать, — рассказывает Камолов.

В тесном зале Люблинского суда Рахмиддин ждет экстрадиции — увезти его сразу не вышло. Узбекские силовики передали Камолова российским коллегам. А потом из Ташкента пришли документы, в которых Камолова называют экстремистом. Сам он говорит так:

«Мы не хотим давать ложные показания против своих близких. Этим своим заявлением я хочу обратиться к узбекскому народу и сказать правду. До каких пор будет продолжаться такое беззаконие».

Все дело вот в этом интервью радио «Свобода». Кажется, из Москвы сдержанно критиковать режим Каримова можно почти без опаски. Но адвокат Тимофей Широков уверен — если в Ташкенте ты попал в черный список, то Москва — не лучшее место, чтобы залечь на дно.

— Естественно, в Узбекистане он ничего не говорил, но когда приехал в Россию, с 2012 года, собственно говоря, как это и говорится, он стал достаточно активно выступать, в том числе в СМИ, по интернету писал, особенно на узбекоязычных ресурсах, — объясняет адвокат Тимофей Широков.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.