Теракт, который скрывают. Что произошло в ставропольском селе

Рассказывает Евгений Титов — единственный журналист, проникший в оцепленное Китаевское
16 апреля 2016
84 239

Ставропольский край неожиданно на этой неделе стал горячей точкой. В субботу новостные агентства сообщили, что в перестрелке с полицейскими в Курском районе края уничтожено двое боевиков.

Ранее, 11 апреля, отдел полиции Новоселицкого района пытались атаковать трое боевиков. В итоге двое нападавших были застрелены, а третий подорвался сам. После этого село Китаевское оцепили силовики, информация оттуда фактически не проходила.

Единственный журналист, который прорвал блокаду и постарался узнать,что все‑таки произошло в мирном до этого ставропольском селе — Евгений Титов

Смотрите полную версию «Бремени новостей»

В районе введен режим КТО. Дороги перекрыты уже на подъездах к селу. Попасть за периметр можно только с местной пропиской. Пожилой чете из Китаевского почти удается провезти меня в своей «газели», но на въезде нас все-таки тормозят.

Некто без опознавательных знаков командует вывезти меня подальше и оставить на трассе. Впрочем, безвыходных ситуаций не бывает. Пробуем попасть в Новоселицкий район через поля.

Со второй попытки все-таки удается пробраться в Китаевское. Захожу в дом главного «взрывника», Заура Акаева. Его мать Татьяна рассказывает: «Заур был обычным сельским парнем, учился в школе, много работал по хозяйству, особенно после смерти отца. Когда старшая сестра вышла замуж, защищал ее, потому что муж ее сильно бил. Однажды избил до полусмерти ― и Заур застрелил зятя».

Мать Заура Акаева Татьяна, пытается объяснить: Заур заступался за сестру, он не просто взял и убил за десять рублей или тысячу.

Через десять лет он вернулся уже другим человеком. В ставропольской тюрьме Заур познакомился с проповедником. После освобождения он все время молился и следил за новостями в интернете. По словам матери, он говорил, что всю страну разворовали, а никто за это не сидит.

Потом в доме появились соседи Исай Абдулатипов и Рамазан Хайдулаев, обсудить новости.

Татьяна Акаева рассказывает: «Они только и смотрели, где воруют, деньги разворовали в государстве, никто их не наказывает. Лужкова не наказали. Всю военную структуру разворовали ― не наказали никого».

Утром 11 апреля трое молодых людей подъехали к отделу полиции в соседнем райцентре — Новоселицком. Заур Акаев пошел первым и взорвал себя у входа в РОВД, остальных расстреляли полицейские.

Абдулатипова, Хайдулаева и Акаева в селе считали тихонями. Почему они решили атаковать полицию, не понимает ни тетя Рамазана Фатима, ни односельчанка Ольга, знавшая их с детства.

Ольга Дуленко, односельчанка Акаевых делится впечатлениями о «взрывниках»: «Чтоб так дети вели себя с родителями, с братьями-сестрами, со старшими, чтобы так учились ― это только мечтать о таких детях!»

Ближайшая мечеть ― в сотне километров от Китаевского, в селе Канглы. Имам Руслан Уталисов показывает новый купол и жалуется: после недавних взрывов антиисламские настроения выросли. Но дело не в религии, уверяет имам и ссылается на историю: когда взрывали царя, были те же террористы без национальности, без какой-то принадлежности к конфессии. В Коране сказано: «Убийство одного человека приравнивается к убийству всего мира».

Останки сына Татьяне пока не отдали. Пострадавших среди полицейских нет.

Несмотря ни на что мать Акаева уверена: на самом деле ее сын и не хотел никого убивать: «Это было не убийство, а самоубийство. Если бы он хотел, он бы забрал их с собой. У него было восемь тысяч долларов, он на них мог бы купить столько тротила»…

Впрочем, что именно так тщательно охраняли усиленные полицейские посты, по-прежнему неясно, как и то, что хотели сказать трое соседей странным штурмом сельского отдела полиции. Поэтому одни уже записали их в сторонники «Исламского Государства» (Верховный суд РФ признал ИГИЛ террористической организацией.  Ее деятельность на территории России запрещена), другие ― в ставропольские партизаны.

Фото: РИА Новости

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю