«Спросили: ты еще девочка или уже нет? Познакомимся поближе?» Как выбивают показания у подростков в уральской полиции

20 октября, 22:59 Тимофей Рожанский
25 710

В сентябре стало известно о пытках подростков полицейскими в отделе полиции № 24 Каменска-Уральского. По рассказам 15-летней девушки и 17-летнего юноши, сотрудники полиции четыре дня угрозами и побоями выбивали признание в краже телефона и банковской карты из сумочки женщины, которую подростки видели 15 июля на прогулке. Следственный комитет завел уголовное дело по статье о превышении должностных полномочий. Дождь отправил по следам внешне неприметного дела о краже в Каменске-Уральском Тимофея Рожанского — и тут разверзлись бездны.

Даня, пострадавший: Ну дали лопату, сказали — копай здесь! Ну, я начал копать. Минут 30. Они стояли, ягоды жрали, ходили здесь.

Это трудно назвать криминальными разборками: семнадцатилетнего Даню в лес вывозят полицейские! Как говорят местные, это тут распространенная практика. Отъехать километр от ОВД - и вас уже не видно за сосновым бором, пока копаешь себе могилу, есть время подумать и признаться даже в том, чего ты никогда не совершал. Эти минуты покажутся часами. А потом вас повезут назад в отделение.

Даня, пострадавший: Били всю дорогу. Тряпку какую-то намотал себе на руку и начал бить.

Даня все подписал. Как и Алена, подруга Дани, ей 15. Ее тоже вывозили в лес. Но это не самое страшное, что с ней было.

Алена, пострадавшая: Спрашивали, девочка я или нет. Хочу ли я попробовать. «Хочешь со мной поближе познакомиться?». Я ничего не отвечала, он начал на меня орать, чтобы я все признала. Они меня еще спрашивали, не страшно ли тебе с нами ехать. Я сказала — нет, вы же милиция.

Эта история началась еще летом. В Каменске-Уральском было тепло и солнечно. Друзья возвращались домой с речки.

Даня, пострадавший: Ну мы вон там стояли, отдыхали. Вот тут скамейка, на ней стояла сумка. Ну мы мимо прошли, а потом по пути дворник Тамара нас спросила, не видели ли мы сумку. Мы сказали, что нет. Не знаю, почему мы так сказали.

Дворник Тамара заявила в полицию, у нее якобы украли из сумки телефон и банковскую карточку. А Даню с Аленой обвинили в краже — они якобы вывели с этой карточки деньги.

Даня, пострадавший: Якобы эти деньги мы перевели на QIWI Кошелек. А с кошелька мы якобы заказали наркоту, перевели им деньги. А потом еще выяснилось — деньги никуда у нее с карты не исчезали. Тем более через телефон.

Проверять гипотезу оперативники пошли в ближайший ларек, чтобы продавец подтвердила — Даня постоянный клиент алкогольного отдела и вообще человек подозрительный. И она подтвердила. О чем потом пожалела. Продавцу Людмиле теперь теперь стыдно смотреть Дане в глаза. Признается, что вынужденно оклеветала парня, когда к ней пришла полиция.

Пытать тетю Люду не пришлось, ее можно было просто уговорить. Но ни алкоголя, ни наркотиков в крови у ребят не нашли. И признаваться не хотели. Пришлось им помочь.

Даня, пострадавший: Меня избивали, я голову, самое главное, прикрывал. Избивали по всему телу, и это продолжалось 4 дня.

Даню задержали на улице, отвезли в отделение и предложили подписать чистосердечное признание. Он отказался. Тогда его стали избивать подушкой, в которой, как он говорит, лежало что-то тяжелое. Врачи диагностировали сильный ушиб грудной клетки.

Даня, пострадавший: Знаете, такое состояние — было очень больно и в непонятках вообще. В голове туман. Они не давали ни еды, ни в туалет сходить. Больно было уже до такой степени, на четвертый день я уже упал в обморок, скорую мне вызывали.

Это было на 4 день, 20 числа. За один день выбить признания не удалось. Потом, по словам Дани, к побоям подключился целый подполковник.

Даня, пострадавший: Андреев меня ударил по лицу правой ладошкой, оставался синяк. Они меня в другой кабинет отвели, там мокрое полотенце приложили, чтобы не осталось синяка.

В соседнем кабинете в то же время оперативники допрашивали Алену.

Алена, пострадавшая: Они били меня подушкой, в которой находилось что-то тяжелое. У меня потом почки болели, мы обращались в больницу. Чтобы я подписала.

Сейчас Алена может говорить об этом без слез. Плач сменился нервной улыбкой. Она уже ходит в школу. Первые 3 дня пыток в ОВД она ничего не говорила близким, когда возвращалась домой поздно вечером.

Бабушка Алены: Она приходила, ела, пила таблетки и ложилась спать. Я не понимала, что с ней делается. Думала лето, речка, еще что-то.

Допрос проводился в несколько раз дольше разрешенных трех часов, без родителей. Более того, рассказывать родным было запрещено.

Алена, пострадавшая: Я пришла домой, легла спать. На утро у меня болела спина, больно было сходить в туалет по-маленькому.

Бабушка Алены: С дивана даже не могла встать. Спина болела. Она ниче не говорила, но я-то знаю.

Даня тоже молчал, пока на четвертый день его не привели домой в наручниках.

Даня, пострадавший: Я как бы ничего не рассказывал. Потом рассказал уже.
— А почему ты ничего не рассказывал? 
— Не знаю. Боялся.

Родители тут же зафиксировали побои и подали на полицейских в суд. Дело о превышении должностных полномочий уже возбудили. Но в нем пока нет фигурантов. Фамилии оперативников, пытавших Даню и Алену неизвестны. А подполковник Андреев срочно ушел в отпуск. Мимо здания ОВД Алена старается лишний раз не ходить.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю