Анатомия цыганского протеста от Павла Лобкова

«Мужики стоят, а впереди дети с палками»

В четверг, 17 марта, мы все узнали о существовании поселка Плеханово в Тульской области. Там произошел настоящий «газовый конфликт» — между цыганами, которые незаконно ставили врезки в газовые трубы, и ОМОНом, который пришел это исправлять. Павел Лобков съездил на место событий и выяснил подробности у представителей табора.

Смотрите полную версию «Бремени новостей»

Казалось бы, две части обыкновенного русского провинциального поселка Плеханово в Тульской области ничем друг от друга не отличаются. Центральная улица поселка, которая называется очень просто — Рубеж, разделяет два совершенно разных мира. В одном: покосившиеся домики, очень много парников, на окнах рассада помидоров. В другом: большие дома, очень много машин, по несколько в каждом дворе, много детей и интенсивное автомобильное движение. «Цыганская» часть поселка доказала «русской», как нужно отстаивать свои права, даже если этих прав у вас нет.

По бокам Рубежа свежие раскопки. Если бы не случайная авария, еще 20 лет тульская земля хранила бы в себе хитроумную паутину для отбора газа, национального достояния. Но в трубу протекла вода.

Николай Боголюбов, управляющий филиалом «Газпром газораспределение»: Труба была обмотана резиной, даже без применения сварочных работ. Это вообще ни в какие ворота не лезет.

В цыганских домах повсюду батареи центрального отопления. Но жители сидят в шубах — бесплатного газа больше нет. На стенах домов — садовые шланги, именно по ним община 20 лет перераспределяла топливо между домами.

Максим Щербаков, начальник главного управления по зареченскому территориальному округу: Разводка внутренняя этих всех систем, ладно там вода, но газ, если шланги заходят в дом... Вот когда у нас, летом был пожар? Подобный почве. И не знаешь, что опаснее — отключить газ или оставить газ, который неконтролируемый, как бомба замедленного действия идет по шлангам.

Газовый офшор Плеханова и его ликвидация — идеальная модель взаимоотношений власти и общества. Пока вы воруете по-тихому, а только за год жители цыганского табора задолжали за коммуналку 200 миллионов рублей, вас никто не трогает. Никого не волнует, правы вы или нет, пока на представителя власти не поднялась рука.

— Вот представьте, наши бабы полезут с палками на ОМОН. Что будет? Мы давно все в наручниках сидели бы. А им ничего, им все с рук сходит. А мужики не лезут никуда, они просто вперед пускают, вы же видели, вперед пускают баб и детей. А потом говорят, наши дитюшки болеют, наши дитюшки замерзли и заболели. А куда же вы их вперед на ОМОН-то пускаете с палками в сланцах? Они не заболеют, ваши дитюшки?

— У них такая стратегия.

Урок Плехановки — только демонстрация силы со стороны табора заставила власти обратить на него внимание. В кабинетах администрации зашуршали геодезические карты, газификация поселка теперь важный социальный вопрос.

Максим Щербаков, начальник главного управления по зареченскому территориальному округу: Для того, чтобы мы могли проектировать коммуникации, их тут не должно быть. Они с этим согласились, подписали документы, самые главные подписали, их лидеры. Сейчас мы готовим публичные слушания.

Николай Боголюбов, управляющий филиалом «Газпром газораспределение»:Делайте, инициатива должна быть от вас.

— Николай, инициатива эта займет год-полтора.

Николай Боголюбов: При желании, поверьте мне, при вашем желании вы к осени будет все официально иметь.

— Но нам очень сейчас тяжело. Очень.

Николай Боголюбов: Я вас понимаю.

— Ребята, ну в любой дом зайдите, я из дома сейчас, буржуйки там, дети. Я кусок хлеба взял с магазина и везу туда покормить детей.

По ту сторону Рубежа — русские семьи, которые постоянно недополучали газ из-за самовольных врезок с того берега. Не все из них готовы показывать лица перед камерами.

— Газ мне обошелся в 150 тысяч. Это со всеми с проектами, с трубами, с котлом, вот за это за все, у меня дом 30 квадратных метров, мне обошлось в 150 тысяч. Это было 7 лет назад, для меня это были неподъемные деньги. Я брала кредит.

— И про свет, вот столб, от него лестница не отходит, сейчас только нету. Лестница 5 метров. Только электрики уехали, отключили, они тут же на столбе висят, подключились.

Переговоры с властями сопровождаются информационной войной, в которой главное оружие это дети. Нам настойчиво советуют обратить внимание на закутанного ребенка и на уличные очаги.

— Просто у нас интервью берут, а когда показывают по телевизору, все не так показывают, по-другому говорят. Все на цыган давят.

А платили вы за газ?

— Мы платили. Собирали табором.

А кому платили?

— Платили в Горгаз. Платили.

Они документы вам давали?

— Ничего нам не давали.

Документов об оплате, впрочем, ни у кого почему-то не осталось. Цыганский барон Иван Михай перед съемкой требует 5 минут на подготовку. У него в доме — штаб, приближенные не разрешают включить камеру, пока барон не уляжется на кушетку. После битвы у него подскочило давление и ему нездоровится, как и детям.

Цыганский барон Иван Михай: Не оплачивали газ, и был у нас газ такой. Но сейчас, в данное время, почему у нас конфликт получился, был газ подведен, но у нас, у меня лично, не было одной подписи всего в документах. 

Но хоть переговоры и прошли, извинения формально принесены, требования остаются — немедленно выпустить задержанных троих бунтовщиков и все равно включить газ.

— Дети замерзли, в школу не идут. Я им скажу, чтобы они в школу не ходили, пока газ не поставят. Вот школа у нас, рядом. Пока газа не будет, потом они в школу пойдут.

Власти говорят, что в этом есть уловка. Если подключить газ к одной школе, от нее тут же разойдутся десятки садовых шлангов к каждому дому. И все повторится до следующей аварии. Война на Рубеже цивилизаций открыла глаза на то, что рядом с тихим русским миром есть совсем другой — сплоченный и требовательный. И с ним нужно заключать сделки, как с Чечней.

Максим Щербаков, начальник главного управления по зареченскому территориальному округу: Решили привести в порядок всю инфраструктуру поселка, чтобы они получили нормальные улицы. Соответственно, земля была впоследствии отмежевана для потенциального газопровода, водопровода.

На цыганской стороне Рубежа оживленное движение, переговоры и ощущение победы. На русской — зашторенные окна и молчание. И шепотки — надо у них учиться, как бороться за свои права. 

Фото: РИА Новости / Андрей Варенков

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю