Чеченский вазелин: зачем женщины из Грозного увеличивают грудь и ягодицы у врачей-шарлатанов

3 февраля 2018 Когершын Сагиева
48 300

Двойные стандарты красоты и кротости в Чечне уже перестали нас удивлять: Ольга Бузова в хиджабе, платье правоверной мусульманки в обтяг — тонкую грань между «нельзя-можно» для женщины в республике транслирует дом моды Firdaws, управляемый Айшат Кадыровой. Однако выяснилось, что правила «можно-нельзя» распространяются не только на одежду, но и на тело. Так, прооперировать нос у пластического хирурга не только не зазорно, но и престижно, а вот грудь — уже позор. О том, как запрет на распоряжение собственным телом искалечил судьбы многих женщин на Кавказе, рассказала Когершын Сагиева.

По коридору московской клиники пластической хирургии она идет медленной осторожной походкой. Через несколько дней после операции боль еще не ушла. Эля из Грозного. В прошлом — неудачное увеличение груди, в настоящем — ее полная потеря.

Лицо Эля скрывает, стыдно признаться, что она — кавказская женщина — пыталась стать красивее, а значит и сексуальнее. Но в эту тяжелую ситуацию ее загнал тоже стыд. Чтобы никто не узнал, она обратилась к подпольным врачам.

Эля: Здесь, например, не скрывают, ставить импланты, — у нас нет такого, у нас менталитет не позволял.

Врачи-аферисты пообещали вколоть волшебный гель прямо на дому. После кормления детей грудь изменила форму, а муж ушел. Самооценка была на нуле, и Эля решилась.

Эля: Естественно, я хотела чуть больше грудь и хотела, чтобы и впадины как бы, хотелось как бы все идеально, не все же мы идеальны от природы. Желание выглядеть лучше чем ты есть, обманываемся.

Инновационный материал, который Эле вкололи врачи-аферисты, оказался обычным вазелином.

Эля: Я страдала, у меня сна не было. Я утром уже была уставшая от того, что я лежу и у меня все болит, обратиться ни к кому не могла, рассказать не могла. Только в крайнем случае девушки выходят на лечение.

Хирурга, который подарил надежду вновь выглядеть хорошо, Эля искала восемь лет. После подпольных уколов грудь не только не увеличилась, ткани начали отмирать. Эля попала к врачам, которые не только не удалили вазелин, но еще и поставили некачественные имплантаты. Их извлекает московский хирург Дмитрий Мельников.

Дмитрий Мельников, завотделением пластической хирургии сети клиник «Семейная»: Операция непростая, она была тяжелая и оригинальная. Мы взяли и повернули кожные лоскуты со спины, чтобы заполнить полость перед следующим этапом.

У Мельникова уже больше десятка пациенток с Кавказа: все с вазелином в груди, ягодицах и даже в ногах.

Дмитрий Мельников, завотделением пластической хирургии сети клиник «Семейная»: Года три назад стали появляться, потихонечку поток образовался. Год назад были последние случаи введения.

Эля решила рассказать нам о своей тайне неслучайно, в больнице она поняла, что пострадавших женщин на Кавказе может быть много. И все они сидят по домам и молчат.

Эля: Они воспользовались тем, что каждая девушка будет держать это в секрете, что каждая девушка не расскажет. Так и пошло. Вот я знаю несколько девушек, которые также страдают, мы познакомились в больнице. Но даже лежа в больнице мы скрывали друг от друга, это десятки девушек, подростковый возраст — в основном лет 19−20.

Удивительно, ведь на Кавказе и даже в Грозном есть официальные центры пластической хирургии — клиника в самом центре, на проспекте Путина. Липосакция, ринопластика, увеличение/уменьшение груди и губ, интимная пластика — все по мановению волшебной палочки. Но видео на сайте показывает удачный московский, а не кавказский пример. К сожалению, обсуждать особенности пластической хирургии в Грозном врачи клиники не решились.

Несмотря на то, что над бомбитами не пошутил только ленивый, их становится все больше. «Бомбита» — это кавказский вариант московской гламурной дивы эпохи нулевых, для которой богатый мужчина — способ устроить судьбу. И именно бомбиты — основные клиенты кавказских клиник пластической хирургии. Не все операции в регионе — табу.

Гуля Арифмезова, журналист: Подкачать скулы и т. д. — что касается лица, надо сделать обязательно. Все, что ниже, — табуировано, потому что основная функция — это родить и стать матерью, а если у нее сделана грудь, это опасность.

Получается, если увеличивать грудь, то тайно. В войне за внимание богатого жениха все средства хороши. В чеченском варианте бомбиту отличает дорогой хиджаб в стразах и обтягивающее платье в пол, чтобы мужчина понимал: женщина, как автомобиль марки люкс, подчеркнет его статус, говорит журналист Гуля Арифмезова.

Гуля Арифмезова, журналист: Когда Рамзан Кадыров заставил девушек носить юбки, он пытался лишить их сексуальности. Но натура чеченской женщины такова, что ей надо предъявить себя этому миру. Так конкуренция слишком большая.

И хотя наша героиня вовсе не бомбита, но в какой-то степени она стала жертвой моды, говорит хирург Мельников. Грозный — не Пхеньян, про Ким Кардашьян и там слышали.

Дмитрий Мельников, завотделением пластической хирургии сети клиник «Семейная»: По сути она является неким трендсеттером красоты для определенной категории людей. Эти люди являются потенциальными пациентами пластически хирургов. У них есть желание походить на своих кумиров — это губы пышные, большие ягодицы, большая грудь. Соответственно, они в рамках того, где живут, пытаются искать доступный способ стать похожими.

Эля уже не ждет понимания от близких и даже не надеется повторно выйти замуж. А вместе с ней десятки других кавказских женщин. Спасибо, что живая.

Эля: Ты расскажешь, и тебя даже не пожалеют. Без жалости. Ты и сама себя осуждаешь, и другие тебя осуждают, ну, пожалуешься ты, и что? Вот дура, так тебе и надо!

Фото: Reuters

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю