«Со звуком мы сделали действительно нечто выдающееся»: интервью с продюсером фильма Sound Of Metal, который точно получит «Оскар»

1 апреля, 01:47 Михаил Козырев
1 849

Фильм «Звук металла» номинирован сразу на шесть номинаций «Оскара» в категориях лучший фильм, лучшая мужская роль, лучший актер второго плана, оригинальный сценарий, монтаж и звук. Снял его режиссер Дариус Мардер. Несколько лет эту картину вообще никто не хотел финансировать, и она буквально каким-то чудом добралась до зрителя. Фильм доступен для просмотра на онлайн-платформах. Исполнитель главной роли Риз Ахмед стал первым в истории премии мусульманином, который попал в главную актерскую номинацию. 

Действия разворачиваются вокруг барабанщика местечковой рок-группы Рубена. В какой-то момент прямо во время концерта он неожиданно понимает, что глохнет. Идет к врачу, сдает анализы, и получает приговор – скоро он полностью потеряет слух. Рубен ищет помощи в специализированном центре для людей с проблемами со слухом. Там он знакомится с одним из управляющих по имени Джо, который становится для него наставником, своеобразным духовным учителем, и помогает не скатиться в отчаянии на дно. Роль Джо исполнил актер Пол Рэйси. Он родился в семье глухих, поэтому Рэйси с детства владеет языком жестов и на протяжении уже 25 лет работает сурдопереводчиком.

«Звук металла» — это не просто отличное кино, но еще и отличный пример, как может быть устроена репрезентация в современной индустрии. В фильме про глухоту у большинства актеров и в реальной жизни есть проблемы со слухом. При этом они не выглядят карикатурно и не вызывают перекрывающее все возможные чувства сожаление. Напротив, они поражают своим умиротворением и оптимизмом.

Михаил Козырев поговорил с продюсером картины Сашей Бен Хэррошем. 

Мой первый вопрос: как вы решили заняться этим проектом, что подтолкнуло Вас? Поделитесь историей создания картины, ведь, насколько мне известно, у неё был долгий путь.

Да, Вы правы, путь был долгим: режиссер-сценарист взялся за создание проекта еще 13 лет назад, работа над сценарием велась за пять-шесть лет до нашей встречи, а за три года до съемок мне удалось лично познакомиться с Дариусом (режиссером), хотя снимать мы начали в 2019 году. Даже, нет, в 2018. Проект нуждался в финансировании, и подобными вопросами обычно занимаюсь я с моим партнером, продюсером Бертом Хамелинком, однако нас нельзя назвать инвесторами в полном смысле слова: мы умеем сочетать проекты, однако не инвестируем в них средства. Во время прочтения сценария я моментально проникся историей: в фильме присутствует одна великолепно написанная и прекрасно изложенная на бумаге сцена, что было невозможно не влюбиться в нее с первого взгляда. Для меня это центральная идея и мораль всей ленты, речь о последней сцене между главой общества Джо и Рубеном, в которой они беседуют о том, что Царство Божье внутри нас. Я не могу сказать, что являюсь религиозным человеком, несмотря на то, что вырос в довольно религиозной семье, однако я считаю себя верующим человеком, и мысль о том, что Господь или Нечто, что зовется иначе, внутри каждого из нас — очень мощная мысль, с которой я полностью согласен...

Прошу прощения, что перебиваю Вас, но эта сцена действительно крайне важна, и меня поразило... У меня вызвало вопросы вот что: эта сцена фактически указывает на важность принятия и учит буквально следующему: «Не сражайся. Не иди к своей цели. Брось всякие попытки. Прими свою судьбу». С этим я не могу согласиться.

Мне кажется, что сцена не... И я не согласен, однако здесь все зависит от восприятия отдельно взятого человека. Мне кажется, что основной посыл сцены не в этом, а в том, что решение всех проблем кроется в тебе самом, и его не нужно искать вовне. Считаю, что здесь не имеется в виду слепой фатализм или тщетность попыток взять контроль над собственной жизнью, или необходимость пустить все на самотек, поскольку все давно предрешено. Скажу больше: я знаю, что это не так. Любопытно, что Вы интерпретировали эту сцену по-своему, ведь это демонстрирует, насколько разными могут быть мнения в отношении показанного на экране...

Не могу сказать, что мне близки идеи общества, частью которого стал герой Риза Ахмеда, идеи о том, что ему не нужно искать возможность вернуть себе слух, что не нужно продавать свой трейлер, чтобы приобрести имплантаты, бороться с обстоятельствами, ведь наставления Пола Рейси, этого великого актера, сводятся к обратному: оставь прошлое в прошлом, обрети покой и терпение в своей душе, теперь это твоя новая реальность и твое будущее, и я противился этому посылу всю вторую часть фильма!

Занятно! Любопытное мнение. Как по мне, Джо пытается донести до Рубена, что нужно жить в настоящем, и мне самому, например, подчас тяжело осознать себя в настоящем моменте, я говорю себе, что нужно фокусироваться на настоящем, жить здесь и сейчас, а не тревожиться о завтрашнем дне... Мне кажется, что суть посыла Джо звучит так: «В данный момент тебе нужно разобраться с самим собой и привести в порядок свои мысли. Тебе не нужно думать о проблемах прошлых взаимоотношений, или пытаться исправить ошибки прошлого на пути к лучшему будущему. Сейчас тебе необходимо разобраться с проблемой настоящего. Единственный путь решения этой проблемы — принять тот факт, что ты теряешь слух, обратного пути нет». Думаю, что в данном случае фокус направлен на эту конкретную точку и вовсе не отрицает важности планирования будущего. Скорее, вновь, идея того, что для решения проблемы нужно в первую очередь осознать себя в настоящем моменте, и не рассуждать о возможном будущем или ушедшем прошлом.

Вновь прошу прошения, что перебиваю Вас, но мои вопросы подвели нас к центральной идее всего фильма, давайте вернемся назад и обсудим, где Вы нашли средства, чтобы проект все же состоялся.

По сути Дариус обратился к нам через агентство с просьбой проинвестировать проект. На тот момент у них уже имелись некоторые средства, и им требовались инвесторы, готовые вложить небольшую сумму денег в ленту. Мы ознакомились со сценарием, увлеклись им, затем вышли на связь с прежними инвесторами и обнаружили, что они в действительности таковыми не являлись. То есть, они проявляли интерес к проекту, но не были уверены в собственном участии. В итоге они отказались от проекта, а мы остались без денег, но с отменным сценарием. После этого мы вплотную занялись наполнением проекта совместно с режиссером-сценаристом, Дариусом, и под наполнением я подразумеваю поиск актеров, глав отделов — оператора, художника-постановщика, чтобы обеспечить проекту достойную реализацию. За две недели до непосредственного начала съемок от нас ушел последний инвестор, поскольку мы не смогли достичь согласия при заключении сделки. Мы были в отчаянии — в производстве фильма было задействовано 50 человек, на банковском счете лежало 5000 долларов. Обстановка напряженнее некуда. И вдруг выяснилось, что Дариус знаком с неким бизнесменом, который никогда не инвестировал в кинематограф, однако сделал свое состояние нетривиальным способом, распоряжаясь чужими активами, и мы решили рискнуть. В итоге он перечислил средства в течение суток без заключения договора и тем самым спас проект буквально в последнюю минуту лишь из-за сценария. Прямо-таки голливудская история.

Абсолютно! Совершенно классическая история осуществления мечты! Ответьте, как Вы сумели привлечь в проект Риза Ахмеда?

Полагаю, его убедил сценарий. Он прочитал сценарий и буквально влюбился в него, как это произошло с агентством, куда режиссер-сценарист передал свой сценарий до того, как он попал к Ризу. Выбор Риза на эту роль был неочевидным, нам нужно было сперва увидеть его в образе этого персонажа. Нам нравились его предыдущие работы, и мы согласились рассмотреть его кандидатуру, однако не были на сто процентов уверены, что он — точное попадание в образ. Однако он буквально загорелся сценарием, а отличные актеры прекрасно чувствуют текст, персонажей и заранее начинают вживаться в образ, поэтому после его встречи с Дариусом все было решено, Дариус отдал ему роль, несмотря на изначальные сомнения в соответствии Риза характеру героя, которого предстояло воплотить на экране. Дариус словно заявил: «Ты маньяк. Нам это подходит. Ты отлично впишешься в образ». Полагаю, поскольку Дариус — режиссер, а не актер, в нем трудно увидеть это с первого взгляда, но какие-то черты Рубена есть и в Ризе, и в Дариусе и даже во мне, и именно это позволило нам так прочувствовать эту историю, мы понимали, что часть Рубена есть в нас самих.

Я знаю, что Риз — музыкант, что он — рэпер, обучался ли он игре на барабанах перед съемками?

Да, он рэпер, но не музыкант, поэтому он обучался всему с нуля, обучался игре на барабанах, и это было одним из условий. Он не должен был ничего имитировать, поскольку мы записывали все живьем. Все концерты, все музыкальные фрагменты, которые присутствуют в фильме, записаны вживую, с живых инструментов, и первой вещью, которую Дариус объявил Ризу, было условие в сжатые сроки выучиться игре на барабанах. Каждому музыкальному фрагменту уделялось огромное внимание, и Риз должен был играть так, словно он профессиональный барабанщик. Обучение было крайне интенсивным и длилось семь месяцев, Риз тренировался дважды в неделю, иногда даже чаще, и это вполне отвечает характеру главного героя, Рубена. Риз не мог позволить себе остановиться. У него была цель — выучиться игре на барабанах, выучить язык жестов, и на протяжении семи месяцев он изнурительно тренировался на пути достижения поставленных задач.

Как строилась Ваша работа с обществом слабослышащих? Я полагаю, в фильме задействованы и непрофессиональные актеры?

Да, большинство из них — непрофессиональные актеры. Среди них были, скажем, полупрофессионалы, которые прошли кастинг, но сам процесс общения выстраивался, так сказать, путем познания и узнавания, ведь эта картина не просто ориентирована на общество слабослышащих, но включает в себя это общество, и если его отображение было бы ложным, то сам фильм не состоялся бы, это очень важный момент. Мы не могли просто предполагать, что знаем все о таком обществе, нам необходимо было узнать все от них самих, и эти люди обучали нас, показывали, что приемлемо и полезно, а что нет, как корректно выстраивать общение при наличии языкового барьера. Поначалу на производстве не было достаточного количества переводчиков, хотя нам казалось, что всего хватает, но нам объяснили, что этого недостаточно, что не хватает определенного фокуса, что уровень переводчиков недостаточно хорош. Мы работали над этими тонкостями, старались слышать и слушать, а само общество приняло нас очень радушно, и мне кажется, — но это лишь мое мнение, — они поняли, что мы не пытаемся манипулировать или играть на чувствах, но действуем из лучших побуждений. В итоге все сложилось удачно, и для всех это был позитивный опыт.

Можете ли Вы рассказать немного о Поле Рейси? Я читал, что он обучился языку жестов, поскольку его родители слабослышащие...

Верно.

То есть, он знает язык жестов, но при этом у него нет нарушений слуха, верно?

Да, это произошло... На этапе написания сценария, когда персонаж Джо был прописан... То есть, когда Дариус сократил сценарий с тысячи страниц до ста, он также прописал жизненные истории каждого из персонажей. У него было по отдельному сценарию о жизни Лу, о жизни Джо и так далее. Он сделал это для оживления героев, для обретения ими собственного голоса. Джо описывался как дважды ветеран Вьетнамской войны, как тот, кто потерял слух не сразу, но в течение определенного временного отрезка. Столь подробное описание требовало найти на роль персонажа такого актера, который также потерял возможность слышать не сразу, и так как мы искали актера, мы не ожидали, что им будет действительный ветеран войны во Вьетнаме. Однако идея была в том, чтобы найти человека, прошедшего через жизненные сложности и невзгоды. Мы проводили утомительные национальные и международные кастинги и никак не могли найти того самого Джо. В какой-то момент к нам обратился Тейт, ассистент потрясающего директора по кастингу Сьюзан Шопмейкер из Нью-Йорка, который передал ее слова: «Ребята, присмотритесь к этому актеру, он – кода». На тот момент мы не знали, что такое «кода», что удивительно, ведь мы серьезно погружались и исследовали общество слабослышащих и проблемы, с которыми они сталкиваются. Кода (CODA) означает «ребенок, выросший в семье слабослышащих людей», то есть ребенок, рожденный и воспитанный в слабослышащей среде, поэтому первый язык, который выучивает такой ребенок — это язык жестов, и, по-моему, Пол выучился говорить именно голосом лишь в шесть лет. Его первым языком был язык жестов, и такие люди на самом деле безумно одаренные, хотя мы этого совершенно не замечаем. Они достигают сумасшедшей беглости в языке жестов, поскольку общаются на нем с родными, однако эти люди не являются слабослышащими. Они — прекрасные переводчики и коммуникаторы, поскольку только они прекрасно владеют языком жестов и одновременно с этим не лишены слуха. Такие люди — это живые мосты между обществом слабослышащих и обществом, не имеющим таких проблем. Для нас это был просто дар свыше. Мы подумали: «Так, этот человек — кода, вся его жизнь — это налаживание связи между слабослышащими людьми и людьми, не имеющих таких проблем». Он дважды был во Вьетнаме, он вхож в сообщество слабослышащих как потрясающий переводчик и толкователь жестов, у него есть своя металл-группа, в которой он поет и параллельно транслирует тексты песен языком жестов. Мы поняли, что персонаж Джо буквально списан с этого человека, а запись его проб была настолько эмоциональной, он был воплощением доброты и готовности отдавать это добро людям, что для нас все было решено. Не было повторных проб, после первой же записи мы утвердили его на роль. Мы знали, что он живет в двух часах езды от нас, в Лос-Анджелесе, — мы в тот момент были в Массачусетсе, готовились к съемкам, — однако в то время он был в Новой Англии на конференции, посвященной кода, и Дариус проделал путь в 2,5 часа, чтобы встретиться с Полом, и он согласился. Вот так мы отыскали нашего Джо.

Еще одна вещь, которая меня волнует: сколько потребовалось времени на озвучку этого фильма? Должен сказать, Вами была проведена просто колоссальная работа. Когда я увидел эту сцену, в которой Рубен во время тестирования в специальной комнате впервые осознает, что он может слышать, а что — нет, когда зритель понимает, что Рубен не слышит ни одного слова и не может их повторить, эта сцена с точки зрения звукомонтажа просто бесподобна, поскольку Вы демонстрируете звуковую картину мира Рубена наравне с привычной звуковой картиной окружающего мира. Это ужасно кропотливая и трудоёмкая работа, прошу Вас, расскажите о ней подробнее.

Еще на стадии написания сценария, не имея возможности проконсультироваться со звукорежиссерами, Дариус понимал, что озвучивание фильма и звук в принципе будут одной из центральных тем. Описанная Вами сцена как раз оформляет язык фильма, и я счастлив, что это сработало так, как нужно, и возымело тот эффект, на который мы рассчитывали, ведь именно этим моментом мы определяли дальнейшую специфику звуковой составляющей, что будет происходить в течение следующих 20 минут и сходить на нет по мере выучивания Рубеном языка жестов. Повторюсь, все началось еще на стадии написания сценария, затем Дариус познакомился с саунд-дизайнером Николасом Бекером, — для меня он аудио-гуру, — французским звукорежиссером, работающим в индустрии с 90-х годов. Это такой человек, который для записи последнего альбома поехал в Мексику, чтобы записать звуки песка и камней, он буквально помешан на звуке. Мы обратились к нему на ранних стадиях, еще до старта производства фильма, и у Дариуса и Николаса состоялась очень пространная беседа относительно набора инструментов, звуковой перспективы, способов достижения определенного аудио-воздействия. Затем мы наняли нашего художника-постановщика, который и должен был снимать фильм, и продолжили дискуссию вокруг звуковой составляющей и того, как именно фильм должен быть снят с учетом требований к звуку. Звуковая составляющая являлась одной из ключевых тем на протяжении всего времени создания фильма. Даже на этапе редактуры, которую мы проводили с Миккелем И. Г. Нилсеном из Дании, вопрос звука сохранял свою важность, и ничего не вырезалось без обсуждения того, как это отразится на звуковой картине. На стадии постпродакшена мы потратили около 20 недель, работая над звуком. Частично мы работали в Париже, частично — в Финляндии с потрясающим Хикке Кози, также немного работали в Лос-Анджелесе, с продюсером Beastie Boys Марио Кальдато младшим, и еще побывали в Мексике, на студии звукозаписи, принадлежащей Карлосу Рейгадасу, великолепному мексиканскому кинорежиссёру. Его студия расположена в джунглях, где совершенно нет связи, что заставляет тебя полностью погрузиться в работу. Мы пробыли там какое-то время с Карлосом Кортесом, Хайми Бакстени и Мишель Котоланк, работая над звуком, так что можно сказать, что звук у картины в какой-то степени первобытный. Можно даже сказать, что звук — это один из героев картины, настолько он важен, и мы потратили на его создание большое количество времени. При этом, мы не создавали его в каких-то модных местах — хотя, мне бы, может, и хотелось отправиться, например, на Ранчо Скайуокера, — мы просто не могли себе этого позволить, поэтому мы работали исходя из средств, которыми располагали, прислушиваясь к пожеланиям режиссера, супервайзеров, искали компромиссные решения между тем, что хочется, и тем, что реально, думаю, нам удалось создать сплочённую команду в подобных условиях, и даже если бы у меня было на десять миллионов больше, я бы все равно работал с этими ребятами, потому что они действительно особенные. К тому же, они фактически сделали нам одолжение, ведь они работали над очень крупными проектами в свое время. Им просто безумно понравились сценарий и фильм, потому они решили нам помочь.

В конце фильма мы видим Рубена на перекрестке. Что его ждет? Как Вы думаете, что произойдет с Вашим героем, с героем этой истории?

А что думаете Вы?

Мне кажется, что он научится жить с этими забавными приспособлениями, прикрепленными к ушам и голове, и я верю, что он откроет школу игры на барабанах и будет учить детей, но это лишь моя фантазия, что думаете Вы?

Для меня эпизод, в котором Риз добровольно погружается в тишину, это... Здесь я с Вами соглашусь, это не отчаяние с его стороны, а принятие, момент, когда он снимает имплантаты — это принятие себя, своего нового состояния, и кажется, что принятие нового качества себя, скорее всего, приведет его обратно к Джо. Я точно знаю, что в сценарии нет ни слова об этом, поэтому каждый может интерпретировать финал по-своему, но для меня... Да, он может вернуться к прошлой жизни, но это не самоцель, он в гармонии с собой, и я полагаю, как Вы сказали, что он может вернуться к Джо, или в общество слабослышащих и обучать детей игре на барабанах и в принципе проводить время с детьми, ведь общение с ними полностью изменило его взгляд на мир. Он давал им, а они в ответ отдавали ему.

Происходило ли в Вашей жизни нечто такое, из-за чего Вы были вынуждены отказаться от мечты, оставить всякие попытки по ее достижению, принять это и пойти другой дорогой, как это произошло с Рубеном?

Честно признаться, даже не знаю. Мне приходилось... Я родом из Франции, я не обучался кинематографии, я черпал информацию из любых источников, но не посещал специальных учреждений. Думаю, мне пришлось отказаться от пути, который прочила мне семья, и при переезде в США мне пришлось оставить все и попытаться стать продюсером. Думаю, в этом есть момент жертвования, однако я не терял физических возможностей...

Нет, конечно, нет, однако это ближайшее к тому, о чем мы говорим.

Да, думаю, это — своеобразная жертва и принятие. Я думал, что моя мечта — единственное, что может сделать меня счастливым — многое изменилось с тех пор! — в то время эта идея была навязчивой, «я брошу все и поеду в США, хоть никого там не знаю», так что, да, это — ближайший опыт к тому, что пережил Рубен. 

Последний мой вопрос касается наград. Шесть номинаций! Начнем с того, что картина, безусловно, сильнейшая. И мне хочется, чтобы Вы услышали лично от меня — этот фильм восхищает, а переживания от просмотра потрясают, и я думаю, что это  — уже победа, ради которой стоило сражаться. Неважно, сколько наград Вы получите, сам факт наличия шести номинаций привлечет внимание аудитории со всего мира к Вашему фильму, что само по себе прекрасно. Как Вы думаете, на победу в какой из шести номинаций — «Лучший фильм», «Лучшая мужская роль», «Лучшая мужская роль второго плана», «Лучший оригинальный сценарий», «Лучший монтаж» и «Лучший звук» — может рассчитывать картина?

Мое предположение — «Лучший звук», эту награду мы можем забрать. Хотя, знаете, предполагать в таких вещах очень сложно. Вчера мы обсуждали этот вопрос с режиссером, и мне кажется, быть номинантами и этим самым уже получить признание от коллег — и я сейчас не романтизирую и не сглаживаю углы — уже за это стоит быть благодарным, и Вы правы, это действительно победа. Я не могу сказать ничего определенного про Оскар... Ведь только в кинематографическом искусстве мы противопоставляем художников друг другу! Поэтому это сложно... Например, я могу сказать Вам: «Миша, красный цвет на порядок лучше зеленого!» Это субъективное мнение, которое трудно оценить, ведь речь идет о личных предпочтениях. Для меня появление в фокусе «Оскара», получение номинаций — победа и признание в глазах коллег, и я благодарен за это. Возвращаясь к вопросу, я бы поставил на звук, поскольку мы сумели сделать нечто действительно выдающееся в этом поле, а также, оценивая работу Миккела... Вообще, думаю, мы заслужили все награды! И все же, звук — это наша сильная сторона. Надеюсь, мы также возьмем «Оригинальный сценарий», поскольку это феноменальная работа, и Дариус — прирожденный писатель, обладающий огромным талантом, сценарий очень сильный, и я надеюсь, его опубликуют для знакомства широкой публики с текстом, это действительно произведение искусства, так что, надеюсь, что мы выиграем и эту номинацию. Конечно, я надеюсь, что мы заберем все номинации, но самой реальной пока остается звук.

Купите подписку

Вы уже подписчик? Войти

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю
Лучшее на Дожде
Партнерские материалы
Россия — это Европа
Россия — это Европа