Белковский назвал следующую страну после Украины.

И почему Реймера арестовали, чтобы сделать Медведева преемником
Белковский на Дожде
31 марта 2015
Поддержать программу
Поделиться
Часть 1 (18:32)
Часть 2 (18:18)

Комментарии

Скрыть

Главный специалист телеканала Дождь Станислав Белковский ответил на вопросы телезрителей. Поговорили о том, почему Сурков играет главную роль в вопросах Украины, как крымские события отвернули от России казахскую элиту и когда мы увидим рост зарплат, «нормальные продукты» и ипотеку под 10%. 

Монгайт: Станислав — универсальный специалист, действительно главный специалист, поэтому может ответить на любые вопросы, и задают ему тоже любые вопросы. Например, передо мной вопрос: есть ли у вас домашнее животное?

Белковский: Сейчас нет, но всегда было.

Монгайт: Начну с вопроса, который волнует меня и который сегодня обсуждается всеми новостными службами, на новостных каналах, в разных газетах. Задержан бывший глава ФСИН Александр Реймер. Ему и его бывшему заму вменяется мошенничество — закупка электронных браслетов на сумму 3 млрд рублей. Он не столько задержан, сколько уже арестован. Как вы может это прокомментировать? Это действительно борьба с коррупцией?

Белковский: Борьба с коррупцией у нас везде и всегда. Реймер был креатурой Александра Коновалова, министра юстиции, а Александр Коновалов, в свою очередь — креатура Дмитрия Медведева, как мы знаем. Это расправа над человеком, который, так или иначе, относился к кругу влияния Дмитрия Медведева.

Монгайт: Реймера сняли уже в 2012 году. Почему только сейчас?

Белковский: Да, как только Медведев ушел с поста президента, Реймера и сняли.

Монгайт: А зачем продолжать добивать Дмитрия Медведева?

Белковский:  Понимаете, в этом есть особый сакральный смысл. Конечно, очень хочется добить Дмитрия Медведева. Но мне кажется, это является одним из условий того, что Дмитрий Медведев может вернуться. Это звучит довольно удивительно, но это именно так.

Монгайт: Я не вижу пока связи.

Белковский: Связь в том, что всех посадят, всех расстреляют, и в самый решающий момент Дмитрий Медведев снова станет президентом РФ.

Монгайт: Тогда уже рядом с ним не будет никаких его людей, будет обезглавлено все его окружение.

Белковский: Совершенно верно, именно так.

Монгайт: Неожиданный совершенно ход мыслей. Перейдем к вопросам, которые задают зрители. Сегодня было несколько вопросов в разных источниках такого характера: стоит ли Прибалтике так рьяно бояться военной угрозы со стороны России, не провоцирует ли она Россию резким увеличением американского контингента в своих странах?

Белковский: На мой взгляд, военной угрозы Прибалтике бояться не стоит, потому что Путин не примет решений, которые касаются сфер влияния НАТО. Но косвенно — да, безусловно, потому что те или иные инвестиции в смену политических режимов Прибалтики, безусловно, входят в сферу приоритетов Кремля.

Монгайт: Но пока эти инвестиции не сделаны, судя по тем режимам, которые есть в Прибалтике.

Белковский: Они сделаны, просто они не работают. Связь есть, только она не работает, потому что Кремль не слишком эффективно использует эти инвестиции.

Монгайт: Давайте дадим возможность людям, которые на улице задавали вопросы, поговорить со Станиславом.

— Почему европейские лидеры уважают историю только в том ракурсе, в котором им удобно?

Белковский: Любые лидеры комментируют ситуации исторические в том ракурсе, в каком им удобно. Действует конвенция — это некая договоренность людей о прошлом. Я говорю, что даже я вижу некоторые исторические события, в которых я участвовал за последние 20 лет, немножко не так, как видит их общественное мнение. И я часто ловлю себя на мысли, что, может быть, я их вижу неправильно? А общественное мнение — правильно? Поэтому история – это нечто, что, как правильно сказал Александр Невзоров, кстати, в одном из недавних своих интервью, что пересказывает фантазер фантазерам.

Монгайт: Не могу не спросить: сегодня появилась цифра — 45% граждан России якобы оправдывают сталинские репрессии. Это действительно сенсационная цифра, уже очень много. 45% — это почти половина страны.

Белковский: Это результат трансляции Первого канала. Поэтому я еще раз призываю…

Монгайт: Какой трансляции Первого канала?

Белковский:  Первый канал и другие федеральные телеканалы рассказывают о том, как хороши были сталинские репрессии, это факт. Я не хочу сказать, что они дословно это говорят. Нет, конечно. Но по сути, по смыслу то, что излагается системой тотальной государственной пропаганды, призвано убедить население РФ в том, что сталинские репрессии были эффективны с экономической и политической точек зрения. И что можем этому противопоставить? Ничего. Только нашу уверенность в том, что это не так.

Монгайт: У нас есть звонок.

Евгений, Белгород: Хотел спросить, как у главного специалиста, Станислава Александровича: это наше всероссийское холопство на всех уровнях — это не является национальной идеей, которую мы безуспешно ищем? Тогда объясняются все наши проблемы.

Белковский: Вопрос содержит в себе и ответ. Безусловно, в нашей российской истории есть традиции безусловного подчинения государству, и мы ее изживаем. Я надеюсь, что традиция холопства будет изжита.

Монгайт: Попробуем взять вопрос из твиттера: что вы можете сказать о Суркове в делах Украины?  Все больше слухов о его сером кардинальстве в делах типа «суверенной Украины».

Белковский: На мой взгляд, Владислав Юрьевич Сурков играл обыденную роль в судьбе Украины, в частности, в проектировании достижения минских договоренностей, он пытался это использовать и пытается, для того, чтобы вернуться на место Вячеслава Володина и стать снова серым кардиналом всей российской  политики, получится это или нет — непонятно.

Монгайт: От чего это зависит?

Белковский: Это зависит от того, насколько Владимир Путин высоко оценит эти услуги. И насколько он сочтет, что господин Володин недостаточно эффективен в делах внутренней политики. Но поскольку он настроен так, что каким проектом бы он ни занимался, главной составной частью этого проекта является его самореклама. Вот когда он был куратором внутренней кремлевской политики, все знали, что он обожает Хуана Миро и постоянно читает Борхеса.

Монгайт: Но сейчас-то мы его не видим и почти не слышим.

Белковский: Да. Сейчас нет, но, может быть, завтра мы его увидим и услышим, и этот вопрос будет открыт. Так или иначе, Сурков был достаточно важным коммуникатором между Владимиром Путиным и Петром Порошенко, он постоянно доносил какие-то месседжи. Я считаю, что Сурков играет техническую роль. Но сам Сурков так не считает. Он считает, что пройдет еще немного времени — и он снова станет главным кремлевским идеологом внутренней политики. Дай ему Бог.

Монгайт:  У нас есть звонок. Представьтесь, пожалуйста, задавайте вопрос.

—  У меня к вам два вопроса, и мне интересно ваше мнение. Первый: возможен ли, на ваш взгляд, мир без ядерного оружия? Сейчас ходят слухи, что если иранцы применят оружие, то и Саудовская Аравия подключится. И второй вопрос: сможет ли человечество остановить глобальное потепление?

Монгайт: Такие два абсолютно разных вопроса.

Белковский: Нет, эти вопросы абсолютно одинаковы, поскольку ответить на них может только Господь Бог, а не главный специалист. Хотя он и есть главный специалист. Я считаю, что ядерное вооружение неизбежно, потому что человечество должно прийти к выводу, что сама система власти, при которой влияние одних государств на другие, международный порядок построен на возможности уничтожить всех неверных, мягко говоря. Это касается Ирана, Саудовской Аравии, кого угодно. А следующий вопрос какой был?

Монгайт: Про Саудовскую Аравию, что следующей будет Саудовская Аравия после Ирана. Что Иран спровоцирует к ядерной пассивности, потом Саудовская Аравия.

Белковский: Я приветствую все усилия, которые провоцируют ядерную пассивность. На примере Владимира Путина доказано, у которого нет никаких исторических активов. Он, конечно, воображает себя Петром Первым, Екатериной Второй, кем угодно, но главный его актив — это ядерное оружие, которым он угрожает миру. И если наши телезрители не дай Бог отвлекутся от оптимистического телеканала Дождь и переключатся на пессимистические государственные телеканалы, они там увидят, что там идет полная угроза ядерной войны. Это одна из важнейших идей, которую транслируют сегодня федеральные телеканалы. Этого бы никому не хотелось. Мне кажется, что ядерное разоружение в этом контексте становится абсолютным императивом человечества.

Монгайт: А про глобальное потепление вы что думаете? Потеплеет или нет?

Белковский: Я ничего об этом не думаю.

Монгайт: В фейсбуке спрашивают: когда в России легализуют однополые браки? Или все-таки раньше будет глобальное потепление?

Белковский: Глобальное потепление происходит уже. Я в него не верю, но, мне кажется, оно происходит. Хотя многие известные авторитетные эксперты,  в частности моя приятельница Юлия Латынина считает иначе. Однополые браки легализуются, как только сменится режим. Россия — страна маргинальная. Она страна крайних точек зрения. Как только закончатся духовные скрепы, как только Владимир Кехман  подаст в отставку с поста худрука Новосибирского художественного театра оперы и балета, так и легализуют однополые браки, и Россия будет одна из самых приоритетных стран в списке тех, кто это сделает. Я в этом убежден.

Монгайт:  Давайте дадим возможность нашему телезрителю, который нам сейчас позвонил, задать вопрос.

Александр: Хотел бы задать вопрос Станиславу Александровичу. Он часто высказывается по поводу того, что главные оппозиционные фигуры в России — это Алексей Навальный и Михаил Ходорковский. Хотел бы спросить, какие шансы и как вы оцениваете вообще Михаила Касьянова и Оксану Дмитриеву, которые недавно вышли из «Справедливой России» и планируют заняться оппозиционной деятельностью. И второй вопрос: считаете ли вы, что Илья Яшин станет следующим сопредседателем РПР-ПАРНАСа, и насколько это плохо или хорошо для партии?

Белковский: Я высоко оцениваю оппозиционный потенциал и Михаила Касьянова, и Оксаны Дмитриевой, я думаю, что это политики с достаточно выпуклым ресурсом, но это не отменяет предысказанного, что все-таки ключевой оппозиционной фигурой на сегодня является Алексей Навальный, Михаил Ходорковский и — в скобках — Дмитрий Медведев, как наследник престола. А что касается Ильи Яшина, он и так является ключевой фигурой ПАРНАСа, пусть он ей и остается.

Монгайт: Благословил Станислав Яшина. Давайте послушаем зрителей, которые на улице задавали вопросы:

— Когда инфляция  будет пропорциональна росту зарплаты и ценам на продукты в магазинах?

Монгайт: Станислав, у вас тяжелая роль главного специалиста. Вам задают самые разные вопросы, что вы думаете по этому поводу?

Белковский: Я думаю, что пропорциональный рост инфляции мы имеем сегодня, а рост зарплат мы увидим после смены режима.

Монгайт: Вопрос из фейсбука: если попытки по принуждению Запада к любви проваливаются, насколько вероятен сценарий операции против Азербайджана? Просто сейчас все республики бывшие СССР, ныне самостоятельные государства, боятся нападения со стороны России.

Белковский: Я считаю, что этот вопрос не самый актуальный, абсолютно, пусть он пойдет не в первую очередь…

Монгайт: После Прибалтики?

Белковский: После Прибалтики, но если его застанет какая-то попытка Азербайджана построить газопровод TAP, TANAP, который сейчас строится в обход России, то там возможны всякие провокации. Не какая-то широкомасштабная агрессия, но провокация возможна.

Монгайт: В твиттере просят: Станислав Александрович, прокомментируйте, какую выгоду может извлечь Россия из конфликта Порошенко и Коломойского.

Белковский: Никакой. Потому что как бы ни конфликтовали Порошенко и Коломойский, они едины в вопросах независимости Украины и противостояния России. Поэтому иллюзия, что можно использовать кого-то из них в этом конфликте в качестве субъекта интересов Кремля, иллюзорна.

Монгайт: У нас есть звонок, здравствуйте.

— Будет ли когда-нибудь установлен памятник Путину в России? И если да, то как он себе это представляет?

Белковский: Я не знаю, как он себе это представляет. Я знаю, как представляю себе это я. Памятник Путину установлю лично я на Новодевичьем кладбище в назначенный момент времени. Анна Монгайт принадлежит к художественной семье, и мы посоветуемся, кого именно из архитекторов привлечь к установке этого памятника.

Монгайт: Мы пока не хороним Владимира Путина, поэтому пока рано задавать этот вопрос.

Белковский: Нет, вопрос задавать, может быть, и не рано, но мы изложили, как это будет происходить. Мы с Анной Монгайт установим этот памятник, потому что никто кроме нас не заинтересован в том, чтобы Путин был похоронен  с художественным вкусом.

Монгайт: У нас есть вопросы, которые мы задавали на улице.

— Хочется спросить, когда евро будет дешевым?

Белковский: Сейчас, потому что, собственно, падение евро по отношению к доллару  происходит именно в этой ситуации, и это опровергает теории кремлевских специалистов о том, что доллар рухнет и будет уничтожен в ближайшее время. Любая нестабильность в мире приводит к росту доллара. Потому что доллар — главная глобальная валюта, и Федеральная резервная система США, которая печатает доллары, она определяет экономическую ситуацию. Любые серьезные ситуации нестабильности приводят к тому, что инвесторы бегут в доллар. Ибо они знают, что Федеральная резервная система США не подведет.

Монгайт: Наши зрители в твиттере задают вопрос: как все-таки вылечить спину? Я опять же подразумеваю, что речь о президенте Путине.

Белковский: Мой отец, он был инвалид Советской Армии, он был военнослужащим, инвалид первой группы, он меня учил, что самое главное — это позвоночник. У него была травма позвоночника, он не мог ходить и умер в возрасте 47 лет. Вылечить спину — нужно блюсти позвоночник.

Монгайт: Вопрос из твиттера: возможны ли какие-либо ссоры с чеченцами, в случае, если Путин перестанет быть главным?

Белковский: Ссор не будет никаких. Свободолюбивый чеченский народ просто уберет Рамзана Кадырова и все. Потому что накопилось огромное количество обид или разборок между Рамзаном Кадыровым и чеченским народом.

Монгайт: Мы об этом ничего не знаем…

Белковский: Мы много об этом знаем из открытых источников. Я согласен с тем, что мы не будем углублять это знание в прямом эфире, а то Роскомнадзор к нам придет по заданию Кадырова.

Монгайт: Александра Титова спрашивает: почему Руслана Геремеева не допрашивают в Следственном комитете, и означает ли это, что Чечня фактически не подчиняется…

Белковский: Да, и это подтверждает мою теорию о том, что следовало предоставить Чеченской республике полную независимость государственную, чего она сама хочет, но не хочет Кадыров, потому что он, с одной стороны, хочет быть полностью независимым, каким он и является, с другой стороны — потреблять федеральные ресурсы в разных масштабах и формах.

Монгайт: Вопрос из фейсбука: вше мнение о блоге Илларионова, посвященному Егору Гайдару и его реформам.

Белковский: Я читал этот блог. Там обычная точка зрения Андрея Илларионова. Я считаю, что отчасти он прав, а отчасти — нет. Во многом это связано с тем, что Илларионов мог сам оказаться во главе либерально-экономических реформ в начале 90-х годов, но не оказался. Мне кажется, что полемика носит, скорее, субъективный, чем объективный характер. Я в свое время написал пьесу «Покаяние» о гибели Гайдара. Это является информационным поводом этой пьесы, и Андрей Илларионов мне позвонил и сказал, что все было замечательно. А сюжет такой, что Гайдаром, в общем, был Чубайс. Это, конечно, прикол, я не утверждаю, что так оно было на самом деле. Мне кажется, что все это разборки внутри одной команды, которой несколько позволяют избегать ответа на вопрос: а что же было на самом деле, какая могла быть стратегия экономических и политических реформ после распада Советского Союза.

Монгайт: Какая судьба ждала пьесу «Покаяние»?

Белковский: Она еще ее ждет.

Монгайт: У нас есть звонок, здравствуйте.

— Вы так отважно тюкаете все время Путина, не боитесь ли вы его мести?

Белковский: На мой взгляд, Путин настолько воспринимает меня как полное ничтожество и не знает о моем существовании, что я не боюсь.

Монгайт: Спрашивают в фейсбуке: как Белковский оценивает пламенную речь Шахназарова, которая была сегодня за круглым столом, посвященном 15-летию правления Путина? Слышали ли вы об этом?

Белковский: Я не слышал. Но я могу уже догадаться по вопросу, в чем она состояла — что лучше Путина не бывает.

Монгайт: Удивительное попадание. Все-таки вы слушали его речь.

Белковский: Нет, я слушал его позвоночником, о котором мы сегодня говорили. Я привык  к тому, что если кто-то кому-то в частном плане сделал что-то хорошее, то это абсолютно искажает политическую оптику. Наверное, Путин сделал Шахназарову что-то хорошее. Его право так оценивать правление Путина, но мы не должны ориентироваться на это в общеисторическом и политическом контексте.

Монгайт: Викентий Сафронов вконтакте задает вопрос: если бы вы стали президентом РФ через неделю, что бы вы сделали в первую очередь — вы бы все-таки вернули Крым?

Белковский: Нет, я, конечно, не вернул бы Крым, потому что мой народ этого не хочет. Я сам бы, конечно, вернул Крым. Но мой народ этого не хочет, я не могу этого сделать ни при каких обстоятельствах. Но я бы прекратил войну на Украине незамедлительно и восстановил бы отношения с Западом.

Монгайт: А каким образом вы бы прекратили войну на Украине?

Белковский: Я прекратил бы любые меры, которые стимулируют эту войну как технически, так и финансово, что осуществляется сегодня. Имеется в виду отправка туда наемников и технологическая поддержка этой войны. Сегодня в Ростовской области стоят танки реально. В Ростовской области замечены установки залпового огня «Град», которые часто применяются для ударов по украинской территории. Это было бы прекращено незамедлительно.

Монгайт: Если все-таки голландские исследователи докажут, что тот самый самолет был разбит «Буком» с территории, которая контролировалась ополченцами, и что этот «Бук» шел на территорию России, как должна действовать Россия в этой ситуации? Если это будет доказано?

Белковский: Путинская Россия будет действовать так, как она действует. Она будет все отрицать. А если я стану президентом России на следующей неделе, я, конечно, принесу покаяние перед всем человечеством за действия предыдущей власти.

Монгайт: У нас есть звонок, здравствуйте.

— Кого уважаемый автор видит в роли будущего президента России?

Белковский: Я считал и считаю, что Россия должна перейти в режим конституционной монархии, которая является единственной и правильной альтернативой  монархии абсолютной, при которой мы живем уже много сотен лет. Поэтому следующим президентом, в смысле конституционным монархом, я вижу представителя династии Романовых.

Монгайт: Вот одна очень интересная история. Сегодня в фейсбуке появилась публикация из «Экспресс газеты», где предполагается, что следующим монархом в России в идеале мог бы стать принц Гарри, как Игорь Первый, потому что в нем течет кровь и Романовых и Рюриковичей, в общем, действительно, неплохая кандидатура, из приличной семьи, служил уже, молодой, может помирить Европу.

Белковский: Я сначала поддерживал принца Майкла Кентского, но он стал уже староват, принц Гарри — это прекрасно.

Монгайт: У нас есть люди, которые задавали вопросы на улице.

— Когда продукты нормальными станут?

Белковский: Скоро.

Монгайт: Давайте еще один вопрос с улицы.

— Когда у нас будет ипотека 10%?

Белковский: Когда я приду к власти.

Монгайт: А это, как мы знаем из предыдущей части программы — через неделю, если принц Гарри, конечно, в качестве Игоря Первого не согласится возглавить страну. В фейсбуке спрашивают: будут ли в Росси восстанавливать бомбоубежища? Не зря спрашивает, потому что в Украине государственным указом восстанавливают все бомбоубежища…

Белковский: Такое есть и в России. Уже восстанавливают. Есть информация. Это происходит два года. Подготовка к ядерной войне на психологическом  уровне идет в полном объеме. И это не может нас не смущать. Потому что независимо от того, кто-то собирается устраивать ядерную войну или нет, психологически население готовится к ядерной войне.

Монгайт: У нас звонок.

— У меня вопрос в продолжение ответа о президенте и народе. Президент сказал, что народ не хочет вернуть Крым, а я бы вернул, но это если бы был Белковский президентом. А вот народ знает, как…

Белковский: Как что? Наука не в курсе дела.

Монгайт: Нам сегодня написал в почту телеканала Дождь зритель из Нидерландов. Он прислал сразу пять вопросов. Я выберу один: почему во всех грехах Россия обвиняет Европу, Запад, как козла отпущения, даже в своих внутренних проблемах? И почему весь народ соглашается с этой позицией обвинения всех героев извне?

Белковский: Это патологический случай проекции по Фрейду: все свои проблемы надо пририсовать кому-то другому. И эта проекция по Фрейду является магистральной линией психологической обработки со стороны власти.

Монгайт: Вопрос к Белковскому вконтакте: откуда вы все знаете?

Белковский: От верблюда. Я черпаю свою энергию исключительно из атмосферы телеканала Дождь, который является единственным нормальным телеканалом в современной России.

Монгайт: У нас есть звонок.

— Здравствуйте, хотел бы задать вопрос по поводу группы «Анонимный интернационал». Они сегодня выложили очередную информацию, на этот раз переписку СМС, и очень сложилось вовремя, что там была переписка про дело о плакате Албурова (дело о «краже» картины владимирского художника Сергея Сотова, фигурантом которого стал соратник Алексея Навального Георгий Албуров — Дождь). Как Станислав относится вообще к группе «Анонимный интернационал» и к таким совпадениям. И второй сразу вопрос: можно ли сделать так, чтобы эта выкладываемая информация приносила существенную пользу? А то все, что они до этого выкладывали, просто обсуждается в оппозиции — и все, ничего больше не происходит.

Белковский: При всем уважении к «Анонимному интернационалу» я против вскрытия любых частных переписок и обнародования этих данных. Кого бы они ни касались. Поэтому я считаю, что это, в принципе, не может приносить пользу, потому что это девальвирует саму идею обнародования достоверной информации.

Монгайт: Как вы думаете, кто стоит за «Анонимным интернационалом», это какие-то сотрудники спецслужб?

Белковский: Я думаю, что за этим стоят те люди, которые сами хотят обнародовать свою переписку. Это такой иезуитский способ слива.

Монгайт: Перейдем к вопросам вконтакте: прокомментируйте заявление о том, что  Путин может выступить с речью на сентябрьской ассамблее ООН. Вы знаете что-нибудь про это?

Белковский: Нет, я про это ничего не знаю. Я думаю, что выступление Путина Ассамблея ООН в нынешнем формате агрессора не примет. Мне кажется, что это последнее что ООН сделает — пригласит Владимира Путина. Потому что он все-таки немного заигрался в войну. И его представление о том, что он Сталин-2 и он может устроить Ялту-2, несколько преувеличены.

Монгайт: Вопрос из Казахстана: имеет ли Путин какое-нибудь влияние на Назарбаева и вообще прогноз по Евразийскому союзу, как долго будет этот союз существовать?

Белковский: Путин, объективно, конечно имеет влияние на Назарбаева, в силу геополитических и геоэкономических причин, что экономика Казахстана зависит от экономики России. Но субъективно Назарбаев, мне кажется, боится сейчас Путина, очень боится, что крымский сценарий будет воспроизведен  в северном Казахстане, и делает все возможное, чтобы этого не случилось.

Монгайт: Мы нашли ту географическую точку, которая может быть следующей потенциально.

Белковский: Теоретически может быть, но не практически, на мой взгляд. И Назарбаев сейчас делает все возможное, чтобы уменьшить зависимость  Казахстана от России. Его заявления, которые кажутся некоторым безумными, о том, что преподавание всех предметов в Казахстане должно вестись на английском языке, оно на самом деле имеет правильную рациональную основу. Назарбаев тем самым хочет сказать, что он хочет уйти от любых форм зависимости от России. Поскольку он понимает, что самым употребляемым языком в Казахстане является русский, он хочет перейти на английский. Поскольку казахский язык в сегодняшнем состоянии неконкурентноспособен по отношению к русскому. Мне кажется, что Крым и все последующие события несколько оттолкнули казахскую элиту и непосредственно Нурсултана Назарбаева от России и от Владимира Путина.

Монгайт: Вопрос от людей на улице.

— В каком году родился Путин?

Белковский: В 1952, 7 октября.

Монгайт: Один из вопросов: Говорят, что Украина распадется, в лучшем случае, на три государства, в худшем — на пять. Каково ваше мнение?

Белковский: Такие возможности были еще недавно, но благодаря Владимиру Путину и его аннексии Крыма и войне в Донецком и Луганском регионах они исчезли. Сейчас уже Украина понимает, на мой взгляд, все регионы Украины понимают, что нет альтернативы  единому украинскому государству.

Я хотел бы обратиться с частными словами ко всем нашим телезрителям, я думаю, что многих наших телезрителей есть дети, я хотел бы сказать следующее: мой фонд ФСБ («Фонд Станислава Белковского — Дождь) провел исследование на тему «Влияние телеканалов на психологию и психику телезрителей», и мы убедились в том, что федеральные телеканалы подводят ваших детей к самоубийству. Та пропагандистская линия, которая выдерживается сегодня федеральными телеканалами, ведет к существенному ухудшению качественного здоровья нации.

Монгайт: Призывать к самоубийству нельзя, Станислав.

Белковский: Я призываю? Это они призывают. Поэтому я хотел бы сказать: если вы дорожите своими детьми, то смотрите сами и призывайте детей смотреть только оптимистический канал Дождь.

Монгайт: Станиславу задавали вопрос в социальных сетях: когда закроют Дождь? Я считаю, что никогда.

Белковский: Никогда.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.