Повесть Пушкина о Путине и «предсказание» Лермонтова о Крыме.

Станислав Белковский о потаенных смыслах русской классики
Белковский на Дожде
21:20, 17 ноября
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку

Комментарии

Скрыть

Моноспектакль Станислава Белковского «Откровения русского провокатора». Почему в России разделение властей происходит вовсе не по тем правилам, что на Западе, и почему самая сильная ветвь — это литература, как Пушкин сформировал главную идею русской политики, и почему политическая функция русского человека сводится к двум миссиям — самозванству и побегу, а также как юбилеи Лермонтова связаны с ключевыми событиями в российской политической истории. 

Друзья мои! Я политолог Белковский, вы могли видеть меня на экранах телеканала Дождь за последние пятнадцать лет не один раз, но даже если вы меня не видели, это никак не отменяет нашего сегодняшнего спектакля «Откровения русского провокатора», фрагмент из которого я хотел бы вам сегодня донести.

«Донести» ― более правильное слово, чем «показать». Может быть, вы знаете, что в английском языке есть такой термин, как beholder. Когда человек соприкасается с произведением искусства, он сам становится его частью. Поэтому произведение искусства не просто показывается человеку, оно заключает с ним альянс, союз, они становятся частью одного целого ― само произведение и beholder. Поэтому донести и показать ― это не одно и то же.

Все политологи в России делятся на две неравные группы. Одни утверждают, что они действительно ученые, которые знают какую-то политологическую премудрость, изученную, возможно, даже в западных университетах, и с помощью этой политологической премудрости по строгим научным канонам оценивают российскую политику и русскую жизнь вообще.

Вторая группа российских политологов состоит из одного человека ― меня, Белковского. Я ничего такого не утверждаю. Во-первых, я прямо признаюсь, что я не настоящий политолог. Если вы помните, был такой анекдот про не настоящего сварщика, вот этот анекдот, только в сфере политологии, относится ко мне.

Впрочем, все остальные тоже не настоящие, просто они совершенно не готовы в этом признаться. С помощью никакой полученной в западных университетах научной премудрости оценить русскую политику и жизнь невозможно, да это и не нужно, поскольку у нас есть совсем другие инструменты, методы и способы, которые существуют уже столетия, задолго до того, как сами слова «политолог» и «политология» появились на авансцене и стали кому-то нужны.

Главный инструмент ― великая русская литература. Про русский народ говорят, что он литературоцентричен. Это умное слово означает, что вся русская жизнь так или иначе описана в русской литературе, а то, что не описано в русской литературе, не есть русская жизнь. Да, в значительной степени это правда, это так и есть.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.