Почему жену Трампа защищают антисемиты.

Рассказывает журналист Юлия Иоффе, которая стала жертвой их атаки
Американские гонки
19:44, 4 мая
Поддержать программу
Поделиться
Теги:
США

Комментарии

Скрыть

Что известно о другой потенциальной первой леди — Меланье Трамп? Прежде всего, то, что она третья жена Дональда Трампа. В этом смысле, стань она хозяйкой Белого дома, это тоже будет своего рода рекордом или антирекордом. Кроме того, Меланья, как и её муж, оказалась гиперчувствительной к критике. Ее острую реакцию на себе испытала обозреватель портала Politico Юлия Иоффе.

Она написала статью о супруге Дональда Трампа для престижного журнала GQ. Статья интервью Меланьи не понравилась, о чем она заявила на своей странице в Фейсбуке: «Юлия Иоффе, журналистка, стремящаяся сделать себе имя, очевидно преследовала собственные цели, когда наносила удар по мне и моей семье. В ее статье есть целый ряд неточностей. Они включают определенные высказывания, касающиеся моей семьи и личных дел».

Не прошло и нескольких часов, как волна антисемитских телефонных звонков и твитов буквально захлестнула Юлию Иоффе. Она рассказала Дождю о причинах этой атаки на нее. 

Эггерт: Итак, больше сюрпризов праймериз не преподнесут. Президентские выборы 2016 года в Соединенных штатах станут, если не случится ничего экстраординарного, соревнованием Хиллари Клинтон и Дональда Трампа. После праймериз в штате Индиана, это теперь практически единственный вариант, даже если Джон Кейсик будет драться до конца. Президентскую гонку покинул сенатор от Техаса Тед Круз — последняя надежда республиканцев, желающих остановить Трампа.

Тед Круз: Мы все заблуждались по поводу Индианы. Мы отдали ей все силы, которые у нас были. Но избиратели выбрали иной путь, и с тяжелым сердцем, но безграничным оптимизмом на будущее мы приостанавливаем нашу кампанию.

Эггерт: Однако триумфатор Дональд Трамп вместо того, чтобы по традиции высмеять соперника, высказался о нем с подчеркнутым уважением.

Дональд Трамп: Тед Круз, не знаю, нравлюсь я ему или нет, но он чертовски отличный соперник. Он крепкий орешек, умный парень. У него блестящее будущее, с чем я его и поздравляю. Я знаю, как это тяжело, это тяжело. Это очень тяжело. У меня было несколько моментов, когда все выглядело не очень хорошо, и это не самое лучшее ощущение. Сегодня потрясающий вечер, я не ожидал этого. То, что сделал Тед, это очень храбрый шаг и верное решение, потому что мы хотим привнести единство в Республиканскую партию. Мы просто должны это сделать. Все намного проще, когда мы едины.

Эггерт: О том, действительно ли ждет Теда Круза блестящее будущее, мы поговорим чуть позже в программе. А у демократов, тем временем, победу празднует, Берни «все бесплатно» Сандерс.

Берни Сандерс: Я думаю, что многие среди вас, журналистов, решили, что кампания окончена. Я полагаю, что жители Индианы не согласны с этим утверждением. Думаю, вы будете удивлены, когда обнаружите (я не предсказываю, я не знаю, что произойдет на самом деле), что жители Западной Виргинии тоже могут не согласиться с этим утверждением. И жители Орегона. И жители нашего самого большого штата, Калифорнии, тоже могут с этим не согласиться.

Эггерт: Впрочем, лидером гонки среди демократов остается Хиллари Клинтон. Она и станет, скорее всего, кандидатом своей партии на президентских выборах. А результаты праймериз в Индиане, собственно, и другие темы мы обсудим сегодня с Григорием Алексаняном, шеф-продюсером новостей телеканала Дождь и, не побоюсь этого слова, вице-президентом программы «Американские гонки», уж коль мы будем сегодня точно говорить о вице-президентах, правильно? А можно сказать серым кардиналом нашей программы?

Алексанян: А это мы обсудим — является ли вице-президент серым кардиналом и какова роль вице-президента.

Эггерт: И может ли кардинал быть вообще вице-президентом?

Алексанян: Хороший вопрос, это вам, наверное, виднее.

Эггерт: В любом случае, вы видите серого кардинала перед собой. Григорий, никаких сюрпризов, правильно, в том, что случилось в Индиане?

Алексанян: Есть один сюрприз. Вопрос, мне казалось, больше у демократов был интересен: станет ли все-таки Хиллари Клинтон, выиграет ли Индиану или все-таки Берни Сандерс будет продолжать борьбу — это, по-моему, главное. То, что Трамп задавил, я бы сказал, уже всех своих соперников, по-моему, очевидно. Тут уже можно рассуждать о том, будут ли какие-то попытки уже бойкотировать или сейчас, как Пол Райан, спикер Конгресса, одной из палат, может действительно ворваться в эту гонку и что-то попытаться сделать.

Эггерт: Я так понимаю, что вообще тут быть довольно сложно, потому что тогда республиканцы рискуют тем, что Дональд Трамп скажет: «Ну и хорошо, прекрасно. Возитесь в своей песочнице, я пойду как независимый кандидат». Если он даже не выиграет, то нервов республиканцам он испортит очень много и фактически, я думаю, приведет к победе Хиллари Клинтон в этой ситуации.

Алексанян: Скорее всего, да, но надо еще же Клинтон, чтобы она окончательно застолбила за собой место. Сколько у нас еще осталось праймериз?

Эггерт: Слушай, не посчитал перед выходом в эфир, это моя вина, mea culpa/

Алексанян: Около 10-ти, условно, если я не ошибаюсь?

Эггерт: Да, мне кажется несколько десятков.

Алексанян: Да, и насколько это может сыграть роль, но главное — это же съезды, которые будут?

Эггерт: Да, съезды и полная демократия, хотя все-таки мы обсуждали перед программой, могут ли выборщики как-то изменить свои взгляды, свой взгляд на реальность и голосовать не так, например, в том числе и тогда, когда уже будут избирать президента коллегии выборщиков непосредственно. Все-таки в последнее время как-то таких прецедентов не было, и скорее всего этого не будет. Но мне лично кажется все-таки очень интересным, что Берни Сандерс так долго продолжает держаться, хотя уже вроде партии пора сказать: «Хватит, давайте мы займемся, наконец, делом, уже будем готовиться к борьбе с Трампом», так ведь нет. И мне кажется, у вас есть такое ощущение, что это какая-то попытка привнести свою повестку дня? Берни Сандерс хочет, чтобы часть его лозунгов стали лозунгами Демократической партии просто.

Алексанян: Абсолютно, и более того, мне кажется, что все-таки не все так уверены в Хиллари Клинтон, насколько кажется, что она является прям таким уж локомотивом, паровозом, как говорится в российской избирательной системе. То есть очевидно, что большое количество людей задумываются о том, что, может быть, ставка на Клинтон может и не сработать, а ставка на Сандерса... То есть я, очевидно, вижу такую развилку, скажем, политкорректной повестки. Был чернокожий президент Обама, значит, следующий либо надо, чтобы президент был женщина, либо прямо очень социально ориентированный. И то, и другое для Америки очень будет...

Эггерт: Конечно, очевидным правилом, да.

Алексанян: То есть сейчас такой внутренний маятник, который решит: что же будет более выгодно. Более выгоден вариант, что у нас президент — женщина, но она уже зарекомендовала себя, как такая не совсем женщина, а сильная женщина, Хилдог.

Эггерт: Я боюсь, что чересчур сильная.

Алексанян: Хилдог, как ее называют. Или это такой, похожий чем-то на Папу Римского, даже внешне они немножко похожи с ним.

Эггерт: Возрастом похожи, вы уж извините.

Алексанян: Что есть, то есть. Это тоже же важный факт — возраст для президента. Подружившаяся с ним. Такой кандидат, который все поделить, все бесплатно — это очень грубо, конечно же.

Эггерт: Но я так утрирую тоже.

Алексанян: Но очень популярный, как ни странно, среди молодых людей, а молодежь — это будущее Америки, это вперед-вперед-вперед.

Эггерт: Но на самом деле я был потрясен. Буквально недели две назад на одной международной конференции я говорил с бывшим послом Соединенных штатов в России, а ныне заместителем генсека НАТО Александром Вершбоу, и я спросил его, это был просто такой светский разговор на конференции по поводу европейской безопасности. И я спросил его: «Господин посол, а вообще как вы объясните, мне ужасно интересен этот феномен». Он говорит: «Послушайте, — говорит, — мои дети, уже взрослые довольно, молодые люди, но взрослые, которые уже будут голосовать». Дети посла, который был дипломатом еще в эпоху Холодной войны, и они, прямо скажем, книжки какие-то читали, что-то знают про социализм, про то, про се. «Нет, — говорят, — нам пора более социально ориентированную Америку», и у посла Вершбоу это даже вызвало немножко какое-то удивление, он говорит: «Такое, — говорит, — молодое поколение, они не одни».

Алексанян: Да, но самое прекрасное, что если они ошибутся, всегда есть вариант через 4 года выбрать другого президента.

Эггерт: Через 4 года поправить. Но на самом деле, мне кажется, и эту тему мы еще обсудим дальше в программе, идея добавить чего-то по-настоящему левого в программу Демократической партии не оставляет Берни Сандерса, возможно, она даже понравится и Хиллари Клинтон, у которой такой имидж человека, который, прямо скажем, не бедный совсем, который по 300 тысяч долларов платит за выступление.

Алексанян: Еще и получает от спонсоров большие деньги.

Эггерт: От спонсоров большие деньги, естественно, там все прозрачно, не сопрешь и доллара, но тем не менее. И, конечно, человек, который, как писала года полтора, наверное, назад, я читал, по-моему, в New Yorker, не помню уж где, человек, который перед своим публичным выступлением в университете, например, ее помощники пишут то, что называется райдер у музыкантов: вода такой-то температуры, печенье, лимузин такой-то такого-то класса, занавески, я не знаю, что еще, постельные тона или, наоборот, очень яркие. Конечно, тут какой-то народности могут добавить и...

Алексанян: Но если сейчас посмотреть, как выступал Сандерс перед своими соратниками — буквально на каких-то ступенях условного штаба, то есть очень скромно, очень близко к народу, очень популярно, у него имидж такой, профессор такой, да.

Эггерт: Профессор такой независимый и т.д. И это на самом деле был университет штата Индиана, там, где выступал Берни Сандерс, держал свою практически победную речь, я бы сказал. Жалко Теда Круза, но у него, может быть, будет еще будущее, хотя вообще-то политикам уж лучше не проигрывать, а замах был очень большой, и проигрыш для политиков всегда хуже, чем неучастие, мне кажется, это все-таки такой принцип, который всегда остается важным что в Америке, что в России, что где-то еще.

Время партийных съездов в Америке еще не пришло, они пройдут летом, но именно на них кандидаты в президенты объявляют обычно, кого выбрали в качестве своих вторых номеров, то есть кандидатов в вице-президенты. Единственный человек, который это сделал, но теперь уж сошел с дистанции — это Тед Круз.

Тед Круз: Я рад представить вам выдающегося руководителя, моего друга и следующего вице-президента США Карли Фиорина.

Эггерт: Круз назвал бывшего кандидата в президенты экс-главу компании Hewlett-Packard Карли Фиорину своим партнером в гонке. Фиорина, наверное, теперь уже не станет вице-президентом, хотя кто знает, но третьей женщиной-кандидатом на эту должность она уже стала.

Алексанян: Уже это, по-моему, стало традицией — женщина вице-президент. Первая была Джеральдин Ферраро, это почти 30 лет назад, даже больше.

Эггерт: Да, в 1984 году ее выбрал Уолтер Мондейл, кстати, бывший вице-президент у Джимми Картера в качестве партнера.

Алексанян: Забуксовала она, по-моему, да?

Эггерт: Забуксовала, они с треском проиграли дуэту Рейган-Буш.

Алексанян: Но как можно было?

Эггерт: Как можно было таким людям не проиграть? Да.

Алексанян: Это причем, это же второй был срок, да, если я не ошибаюсь?

Эггерт: Это был второй срок Буша и Рейгана, совершенно верно. А Мондейл потом работал еще и послом в Японии, умудрился вернуться в политику. А еще была, вспомним, Сара Пэйлин.

Алексанян: Это как ее можно забыть?

Эггерт: Губернатор Аляски в 2008 году.

Алексанян: Но она, по-моему, до сих пор не сходит с экрана. Да она даже сейчас, по-моему, кого-то поддерживала, я сомневаюсь, что Трампа.

Эггерт: Если я правильно помню, она поддержала Дональда Трампа.

Алексанян: Да, Трампа, фотографируясь с убитым зверем и ружьем.

Эггерт: И даже, по-моему, это обсуждали и говорили, что она с убитым кабаном, непонятно, что было символизировано в этой ситуации.

Алексанян: Она, по-моему, уже больше не губернатор Аляски, если я не ошибаюсь.

Эггерт: Да, и она вообще активную роль в политике все-таки сегодня не играет.

Алексанян: Но она медийная фигура. Мне кажется, тут речь даже не о проигрыше. Главное было запомниться избирателю. Все запомнили Сару Пэйлин, запомнили, как она сказала, эта знаменитая шутка: «В следующем году я попытаюсь снова участвовать в выборах».

Эггерт: Или как она на Россию смотрела через Берингов пролив, то есть Россия — наш сосед, Россию мы знаем хорошо.

Алексанян: Да, это прекрасно, но все смеялись, но, видите, мы же помним Сару Пэйлин. Ее запомнили во всем мире, так или иначе. Сейчас выйдет Сара Пэйлин, допустим, условно, через 4 года и произнесет какие-то потрясающие, захватывающие речи, которые ей напишет какой-нибудь условный. И уже она...

Эггерт: У меня нету никаких сомнений, что она появится на партийном съезде в Кливленде, если я не ошибаюсь, и поддержит Дональда Трампа, если Дональд Трамп все-таки выдвинется, дойдет до выборов.

Алексанян: А может ли она стать вице-президентом у Трампа?

Эггерт: Мне лично кажется, Григорий, что едва ли, потому что все-таки она один раз уже выступала в этой роли, и это было не самое блестящее показательное выступление, в одну реку, наверное, не стоит входить, и это все-таки такие ассоциации. При всем том, что Пэйлин очень интересная, ее любит часть партии.

Алексанян: Она же, по-моему, поддерживала Чайную партию — самую радикальную...

Эггерт: Да, она поддерживала Партию чаепития — самая крутая по части чая. Но все-таки за ней тянется шлейф поражения вместе с сенатором Джоном Маккейном и целого ряда странных высказываний.

Алексанян: А Тед Круз?

Эггерт: А про Теда Круза мы поговорим чуть позже. Лично я думаю, что не зря Дональд Трамп так о нем отозвался хорошо. Но надо сказать, что сегодняшний вице-президент, бывший сенатор штата Делавэр Джо Байден, он вполне вписался в команду Барака Обамы, хотя, в общем-то, не стал очень влиять. А первым, кстати, вице-президентом был Джон Адамс, который жаловался всем и, прежде всего, жене на скуку и бессмысленность своей работы при Джордже Вашингтоне. Правда, Адамс все-таки стал президентом, вторым после Джорджа Вашингтона.

Алексанян: А так посмотришь, что, в принципе, достаточно синекуро вообще. Если посмотреть на некоторы,х уж особенно вице-президентов, там, где не может быть президент, посылают вице-президента, хотя Байден, по крайней мере, он занимался Украиной очень много.

Эггерт: Он занимался много Украиной, и он занимался много... В свое время, кстати, перезагрузкой отношений с Россией, когда перезагрузка у нас была. Но на самом деле, если президент здоров и активен, то должность вице-президента действительно остается пойти церемониальной. Председательство в Сенате, правда, серьезно, а также разрезание ленточек на торжественных церемониях. И еще вице-президенты часто представляют Америку на похоронах глав государств и правительств. Но если глава государства оказывается чем-то не очень заинтересован, то тут у № 2 открываются большие возможности, например, заниматься внешней политикой.

Алексанян: Да, но с другой стороны как было с Керри, который не смог избраться, ему дали такую должность, которую, можно сказать, что более даже влиятельная, чем вице-президент — госсекретарь, гораздо более влиятельная.

Эггерт: Несомненно, госсекретарь более влиятелен.

Алексанян: Конечно. То есть Байден, скорее, выполнял роль, можно же, наверное, сказать в прошедшем времени, пока выполняет такую роль даже не медиатора, а такого...

Эггерт: Мне кажется, он доносил месседжи, доносил сообщения.

Алексанян: Доноситель телефонной трубки, марафонский посыльник.

Эггерт: Но нельзя забывать, что Байден возглавлял сенатский комитет по международным делам, он на самом деле про международные дела знает много, поэтому эти самые послания Барака Обамы он доносит, судя по всему, довольно-таки грамотно, и два срока отработал в этом плане вполне неплохо.

Алексанян: Но с другой стороны, я помню, буквально еще несколько месяцев назад, когда только-только начиналась эта гонка, очень внимательно все следили за Байденом, и агентства передавали экстренно, что Джо Байден примет решение о том, что он будет или не будет участвовать такого-то числа, внимательно следите за... Очень большое внимание все-таки к вице-президентам до сих пор сохраняется, хотя самый последний вице-президент, который стал президентом — это был, простите меня, Джордж Буш-старший, если я не ошибаюсь, потому что...

Эггерт: Да, Джордж Буш-старший в 1988 году на выборах победил Майкла Дукакиса.

Алексанян: И то продержался 4 года всего.

Эггерт: Да, не смог переизбраться в 1992 году.

Алексанян: И единственный, кто мог какую-то такую силу представлять, был, конечно, и сенатор Маккейн, который тоже пытался что-то представить из себя. Но последний сильный такой кандидат, который почти стал президентом — это был Альберд Гор, который тоизже совершенно, на мой взгляд, карикатурной фигуры…

Эггерт: Господи, да что же такое? У него Нобелевская премия.

Алексанян: Нобелевскую премию он уже получил потом, а самая распространенная шутка была, когда он был еще президентом, это было, что он восковой Элл. То есть он всегда стоял лоснящийся, очень красивый, хорошо причесанный, и все шутили, что непонятно, он молчит — он живой или восковой?

Эггерт: И ожил после того, как проиграл Джорджу Бушу в 2000 году, решил стать главным экологом планеты.

Алексанян: Да, и это тоже высмеивается. Я вам могу сказать, что есть такой очень сильный сатирический мультфильм как «Южный парк» в США, где на протяжении последних, наверное, 10 лет он существует как борец с таким неизвестным существом, которое он изобрел сам. И он ходит и людей как-то пытается убедить, что он существует, от него надо... И все говорят: «Пожалуйста, не общайтесь с бывшим президентом, ему очень одиноко».

Эггерт: Но бывали и другие вице-президенты, такие как Ричард Никсон и Дик Чейни. Как раз перед программой я позвонил в Вашингтон обозревателю портала Politico Юлии Иоффе, и с ней поговорил о том, собственно говоря, по какому принципу подбирают вице-президента себе кандидаты в президенты.

Иоффе: Как мы видели, Тед Круз не побоялся назначить себе вице-президента, и еще когда он сильно проигрывал все, и до того, как он проиграл штат Индиана. Смотрите, здесь принцип такой работает, что во время президентской гонки ты выбираешь себе кандидата в вице-президенты, который тебе помогает добирать те голоса, которых тебе не хватает. Например, если посмотреть на то, что сделал Тед Круз, он видел, что Трамп сильно проигрывает свите республиканских женщин, и он выбрал себе единственный бывший кандидат среди республиканской гонки, которой была женщиной. Еще она была довольно таким центристским кандидатом, и он хотел таким способом добавить себе поддержки с центра партии, такого более мейнстримовского республиканского истеблишмента.

Эггерт: Вы слышали, что Дональд Трамп сказал о Теде Крузе так тепло и по-дружески. И я поинтересовался у Юлии Иоффе, может ли сложится такая ситуация, о ней действительно говорят, что Трамп предложит Теду Крузу стать его кандидатом в вице-президенты. И вот что сказала Юля.

Иоффе: Многие заметили сегодня утром, что Трамп тепло отозвался о Крузе. Обычно он вытирает ноги о своих оппонентов. И это заставило многих здесь аналитиков и комментаторов задуматься о том, что не назначит ли Трамп Круза своим кандидатом в вице-президенты. Но я не думаю, что Круз ему сильно чего-то добавляет, потому что среди так называемых супер христиан в Америке Трамп все равно выигрывал, притом, что это была группа, на которую сильно опирался и сильно надеялся Тед Круз, когда эта гонка только началась. Но все равно там очень сильно среди них набирал поддержку Трамп. Но он может, конечно, привести тех, которым не нравится, что у Трампа три жены было, что он, когда он говорит об Евангелии, явно не знает, о чем он говорит, это для голосователей очень важно. Но, не знаю, он настолько непредсказуемый кандидат, что пытаться сейчас предсказать, кого он себе выберет в вице-президенты — это, мне кажется, не стоит догадываться пока.

Эггерт: Естественно, совершенно непредсказуемый Дональд Трамп, но хотя бы Хиллари Клинтон кого может взять себе в партнеры, спросил я у Юлии Иоффе, и получил такой, я бы не сказал, что очень конкретный, но интересный ответ.

Иоффе: Сейчас как раз идет эта активная беседа здесь, что выберет ли Хиллари Клинтон кого-нибудь, например, из населения испанского происхождения, чтобы ей помочь среди этих избирателей, либо выберет ли она кого-нибудь, который слева от нее. Например, сенатор Элизабет Уоррен, которая тоже очень сильно подтолкнула Хиллари влево, и она такая более мейнстримовская, чем Сандерс. Так что эти варианты как раз обсуждаются, что Хиллари или выберет кого-нибудь из меньшинств, чтобы помочь ей, например, кого-нибудь афроамериканца или из латинос, либо выберет кого-нибудь слева, чтобы помочь ей в этой сфере.

Эггерт: Какие-то уроки истории, по крайней мере, за последние 50-60 лет мы можем извлечь и узнать, что вице-президент на самом деле не совсем уж только такой регулярный посетитель похорон в современную эпоху, после Второй Мировой войны самыми влиятельными вице-президентами были республиканцы: Ричард Никсон, служивший № 2 у Дуайта Эйзенхауэра с 1953 по 1961 год, и Дик Чейни, серый кардинал администрации Джорджа Буша-младшего с 2001 по 2009 годы. Чейни вообще считают одним из организаторов военной операции в Ираке и человеком, во многом определившем так называемую неоконсервативную линию во внешней политике Соединенных штатов в начале этого века. А вообще самая главная удача для вице-президента — это, конечно, стать президентом, причем, конечно же, это случалось при самых разных обстоятельствах.

Всего вице-президентов, включая нынешнего, было 47. Из них президентами стали 14, а из этих 14 четыре въехали в Белый дом не потому что сами избрались на этот пост, а потому что их предшественник был убит. И это вот какие люди: Эндрю Джонсон сменил убитого в 1865 году Авраама Линкольна, Честер Артур — Джеймса Гарфилда в 1881 году, Гарфилда убили на вокзале в Вашингтоне, Теодор Рузвельт сменил Уильяма Мак-Кинли, застреленного анархистом в 1901 году. И, наконец, Линдон Джонсон принял присягу прямо на борту президентского авиалайнера над гробом убитого в Далласе 22 ноября 1963 года Джона Кеннеди.

Самыми богатыми на вице-президентов оказались 1970-е годы прошлого века. В 1973 году в отставку в связи с обвинениями в коррупции вынужден был уйти напарник Ричарда Никсона Спиро Агню, кстати, он был грек по происхождению, единственный православный, когда-либо занимавший столь высокий пост в Соединенных штатах. Вместо него Никсон назначил Джеральда Форда, однако в августе 1974 года ушел уже сам Никсон — в результате Уотергейтского скандала ему угрожал импичмент. Президентом стал, естественно, Джеральд Форд. Он назначил своим вице-президентом Нельсона Рокфеллера из той самой влиятельной миллиардерской семьи Рокфеллеров. А когда в 1976 году Форд проиграл президентские выборы Джимми Картеру, тот назначил своего вице-президента, уже упоминавшегося раньше Уолтера Мондейла. Кстати, Ричард Никсон поставил своего рода рекорд в американской политике. Он единственный дважды избирался и вице-президентом, и президентом. Так что, Григорий, у нас очень интересная такая история.

Алексанян: Только Рокфеллеров еще не хватало, Ротшильдов.

Эггерт: На самом деле, очень разнообразная история. Чего только не было на самом деле в Белом доме, какие только люди не приходили. А президент Форд, например, ни разу не избирался ни вице-президентом, ни президентом, так вот и прошел. Есть еще такие политики в мире и в других странах.

Алексанян: Но был президентом.

Эггерт: Но, тем не менее, им стал. Самое потрясающее в нынешних американских президентских гонках — это то, что впервые совершенно реальная следующая ситуация: у Америки не будет первой леди, зато будет первый джентльмен, да еще какой. Стань президентом Хиллари Клинтон — и в Белый дом вернется Билл Клинтон. Супруги жили в Белом доме с 1993 по 2001 год. Это, в общем, честно сказать, даже новосельем будет трудно назвать. А для Дональда Трампа и его жены Меланьи переезд в Белый дом станет, наверное, шоком. Все-таки резиденция самого влиятельного политика в мире, как считают многие, весьма скромна по сравнению с роскошью, к которой привыкли Трампы. Но насколько я понимаю, Григорий, как и вице-президент, первая леди может оказывать серьезное влияние на политику.

Алексанян: Конечно, а какой она там может порядок-то навести. Меланья Трамп — вы представляете что там будет, как она украсит Белый дом? Ведь каждая первая леди украшала, вносила свою лепту в... Я помню, кто-то из них отремонтировал Белый дом, который находился в плачевном состоянии.

Эггерт: Жаклин Кеннеди провела полный, как сейчас сказали бы, редизайн.

Алексанян: Редизайн, да. То есть у них будет такая леди, если будет, конечно же, Трамп. А почему бы, кстати, Трампу не выбрать свою супругу Меланью Трамп вице-президентом?

Эггерт: Да, это вообще было бы потрясающе. Две семейных пары участвуют...

Алексанян: Это не запрещено же, по идее.

Эггерт: По идее, мне кажется, каких-то ограничений, наверное, формальных нет. Если мы видим историю с первым джентльменом, может быть, и нет ограничений в качестве вице-президента.

Алексанян: Но это тоже не новинка, потому что в Великобритании, мы помним, был Дэнис Тэтчер.

Эггерт: Но он не занимал должностей. Его супруга — это одно.

Алексанян: Но его высмеивали тоже, он был таким шуточным элементом. Я помню, в фильмах про Джеймса Бонда там Маргарет Тэтчер на кухне говорила: «Дэнис, перестань», что-то там.

Эггерт: На самом деле, конечно, Меланья Трамп, если она станет первой леди, она будет уникальной первой леди, потому что когда еще было противостояние Круза и Дональда Трампа, Круг выложил фотографию Меланьи Трамп какой-то 10-летней или 12-летней давности...

Алексанян: Никто не забыл, я думаю.

Эггерт: Да, такое вообще не забывается: обнаженная женщина лежит на шкуре медведя. И выложив это фото в социальные сети, Тед Круз написал: «Это, возможно, ваше будущее. Первая леди, господа».

Алексанян: Между прочим, я думаю, что многие американцы к этому отнеслись более чем лояльно. И вообще если коротко сказать, насколько возможен для Америки президент, который не первый раз женат? В такой очень патриархальной, с такими очень пуританскими взглядами стране, все блюдут. Даже как чета Клинтонов, покаялся, простили, говоря уже...

Эггерт: Еще раз покаялся, еще раз простили, и еще раз, и опять простили.

Алексанян: Да. Вспоминая, наверное, еще поговорим про Жаклин Кеннеди и все остальное. При этом брак есть, а тут третий брак горел фактически.

Эггерт: Это, кстати, будет тоже уникально. По-моему, это будет первый президент с третьим браком, можно так сказать, простите за такой каламбур.

Алексанян: И с таким большим количеством детей совершенно от разных жен.

Эггерт: Они все будут сбегаться в Белый дом на прием.

Алексанян: Ох, и шумно же там будет.

Эггерт: Да, там будет очень шумно и весело. Но на самом деле, это вообще не очень уникальный случай, уже были случаи, когда, например, у Вудро Вильсона, президента, который был как раз в период Первой мировой войны, у него жена умерла, когда он был президентом, и он женился второй раз, будучи президентом. Таких случаев было несколько.

Алексанян: Но мне кажется, что больше жены остаются все-таки незаметны, я правильно вас понимаю?

Эггерт: В основном, да. И, в общем-то, влияние их тоже разное. Скажем, недавно скончавшаяся Нэнси Рейган, жена Рональда Рейгана, не то чтобы влияла на политику, но давала мужу-президенту житейские психологические советы. Насколько я помню: как лучше общаться с Горбачевым, потому что она общалась с Раисой Горбачевой. Также Нэнси организовывала быт Рейгана, в общем, создавала атмосферу, что, собственно, должны делать, на самом деле, в той или иной степени все первые леди. Но, наверное, самая знаменитая первая леди 20 века — это Жаклин Кеннеди, икона стиля и своего рода не коронованная королева республики, и Элеонора Рузвельт, жена Франклина Делано Рузвельта, который был президентом 4 срока подряд — с 1933 по 1945 год, вплоть до своей смерти.

То есть Элеонора Рузвельт — она и рекордсмен среди первых леди по пребыванию в Белом доме. Она также поставила рекорд по числу проведенных ей пресс-конференций — 348. Элеонора Рузвельт закрыла журналистам-мужчинам доступ в пресс-пул, освещавший деятельность первой леди. Одни считают, что это было связано с желанием Рузвельт, которая была известной сторонницей равноправия полов, поднять статус женщин-журналистов. Но другие указывают на многочисленные свидетельства, включая личную переписку, что жена Франклина Рузвельта была бисексуальной и, возможно, имела не одну любовную связь с женщинами, может, с этим это было связано.

А Жаклин Кеннеди тоже была, в общем, несмотря на внешнюю гламурность, не очень счастливой. Супружеские измены Джона Кеннеди были обычным делом, Жаклин об этом знала, но держалась стоически. В начале 1963 года, будучи первой леди, она потеряла новорожденного сына Патрика. Он умер в результате врожденного дефекта легких через 2 дня после рождения. А 22 ноября 1963 года Жаклин Кеннеди стала, возможно, самой знаменитой вдовой в истории 20 века. В тот день Джон Кеннеди пал от пуль Ли Харви Освальда во время поездки в Даллас прямо на глазах у жены. Жаклин Кеннеди фактически стала сценаристом похорон своего мужа, которые она вполне сознательно сделала похожими на похороны другого великого президента, погибшего от пули убийцы, Авраама Линкольна. А в конце 60-х Жаклин Кеннеди стала Жаклин Кеннеди-Онассис, когда вышла замуж за всемирно известного греческого мультимиллиардера, магната судостроения Аристотеля Онассиса. В 1975 году он умер, а Жаклин Кеннеди прожила еще почти 20 лет и скончалась в 1994 году.

Алексанян: Почти или мне кажется, Меланья Трамп может составить конкуренцию? Пусть она не будет носить известные французские марки так, как носила Жаклин, но я думаю, что она по стилю, у нее своеобразный совершенно вкус, насколько я понимаю, и эта вся роскошь…

Эггерт: Эпохи нельзя сравнивать, Григорий.

Алексанян: Конечно. Гламур, который есть у Меланьи Трамп, и ее тоже непростое происхождение, мне кажется, по-моему, даже привело к небольшим таким конфликтам и скандалам.

Эггерт: Да, и о них мы поговорим чуть-чуть позже в программе. Но, кроме того, насколько я понимаю, такое очень необычное происхождение первой леди, все-таки она словенка, из словенской семьи. То есть славяне в Белом доме будут.

Алексанян: Не православные, а все-таки они католические словенцы.

Эггерт: Да, католическая Словения, конечно же, но если вернуться в современность, то о чете Клинтон мы знаем, если не все, то очень много. А что известно как раз о Меланье Трамп, помимо того, что она третья жена Дональда Трампа? И будет такой удивительный тоже момент, когда третья жена и вдобавок из Словении, приедет в Белый дом — это тоже будет своего рода рекорд. Кроме того, что мы теперь уже знаем, Меланья, как и ее муж, оказались гиперчувствительны к критике, и это на себе испытала обозреватель портала Politico Юлия Иоффе, с которой мы говорили раньше в нашей программе. Так вот Юлия написала статью о супруге Дональда Трампа для престижного журнала «GQ». Статья, и в нее было включено интервью Меланьи Юлии, будущей возможной первой леди не понравилась, о чем она заявила на своей странице в фейсбуке. Вот что написала Меланья Трамп: «Юлия Иоффе, журналистка, стремящаяся сделать себе имя, очевидно, преследовала собственные цели, когда наносила удар по мне и моей семье. В ее статье есть целый ряд неточностей. Они включают определенные высказывания, касающиеся моей семьи и личных дел».

Не прошло и нескольких часов, как волна антисемитских телефонных звонков и твитов буквально захлестнула Юлию Иоффе и ее аккаунты в соцсетях.

И, в общем-то, я не мог не спросить Юлю, с которой мы говорили, напомню, накануне программы о роли первой леди Меланьи Трамп и первого джентльмена Билла Клинтона в будущем. И первым делом, чем я поинтересовался — это реакцией на статью в «GQ», реакцией и фанатов Трампа, и самой Меланьи.

Иоффе: Когда я увидела весь этот водопад антисемитизма, который на меня обрушился через день после публикации моей статьи, с одной стороны, это стало шоком для меня, потому что я все-таки не ожидала увидеть такие образы и такие словосочетания в Америке, какой-то идеализм у меня сохранился. Но, с другой стороны, это не было сюрпризом, потому что я не первый и не последний журналист и критик Трампа, на которого обрушилось такое со стороны его фанатов.

Эггерт: На самом деле, действительно интересно, а какой первой леди может стать Меланья Трамп. И об этом я тоже спросил Юлию Иоффе.

Иоффе: Меланья Трамп часто любит говорить, что она толстокожая, то есть это такой афоризм американский, который значит, что она не легко обижается. На самом деле, она показала своим постом в фейсбуке, что она на самом деле очень легко обижается, что очень многое для нее недопустимо с точки зрения журналистики и критики, то есть ей не понравился сам факт, что я написала об ее семье, о делах ее родителей, что я открыла факт ее сводного брата, ей не понравилось, как я упомянула ее крем лица.

Мне кажется, такая не очень болезненная критика, и она очень сильно отреагировала на это, что напоминает очень Трампа. Он вообще не терпит малейшей критики, и вот то, что произошло со мной, и то, что произошло с другими журналистами, мне показывает, что стоит ожидать, если Трамп будет в Белом доме.

Эггерт: Так и хочется употребить сексистскую старомодную пословицу: муж и жена — одна сами знаете что. Но все же я не мог не спросить Юлию Иоффе о том, как будет выглядеть Белый дом, если все-таки президентом станет Хиллари Клинтон и въедет в него снова со своим мужем, который теперь будет играть роль супруга и пары главы государства. Клинтон как первый джентльмен.

Иоффе: Мне кажется, это уникально, что в Америке это до сих, в 2016 году, у нас не было мужа в качестве первой леди и женщины в качестве президента. Также я хочу сказать, что у многих опасения, даже среди демократов, какую роль будет играть Билл Клинтон. Это умнейший человек, это, как называется у нас, политическое животное, он дышит, видит и ест, ему снится политика. Но он за собой всегда тащит шлейф коррупции, скандалов, и не только сексуальных. То есть если Хиллари Клинтон выберут в президенты, то за ней уже будет шлейф скандала с ее электронной почтой, это не учитывая то, что притащит за собой еще Билл Клинтон. Это беспокоит многих, особенно демократов.

Эггерт: Мне очень понравилось эта фраза: «Шлейф скандалов не только сексуальных, знаете, какие у нас еще есть скандалы? Да любые!».

Алексанян: Муж и жена — сами знаете кто. Тут уж, по-моему, поболее можно сказать про чету Клинтон, чем про чету Трампов. Трамп — что? Он такой открытый, простой парень, ему что-то не нравится — он кричит, это его шоу было «Ученик». Она — тоже девушка, скорее, реагирует больше как звезда шоу-бизнеса, а не как политик. Они, конечно, этим показывают, что да, мы люди, мы обижаемся, мне не понравилось. Она же, в конце концов, не велела напасть, не дай бог, закрыть, хотя сейчас Трамп может взять и купить какое-нибудь здание….

Эггерт: Белый дом.

Алексанян: Она же не пытается как-то отомстить, она так реагирует — ну обиделась, очень по-женски.

Эггерт: Зато не по-женски обиделись эти все антисемиты и расисты.

Алексанян: Это издержки такие.

Эггерт: Надо быть толстокожим.

Алексанян: Трампы показывают, что они живые, они могут обидеться. Может быть, это больше интересно людям.

Эггерт: Сегодня это людям явно интереснее.

Алексанян: Что-то же меняется, уже не нужен этот образ политика, к которому ничего не прилипает. Придет сейчас опять Билл Клинтон, на вечерах все будут умиляться, при этом все будут знать, что между собой у них очень сложные, тяжелые отношения. А тут плохой Трамп, скандальная стервозная Меланья, но они при этом любят друг друга.

Эггерт: Если смотреть назад, 2008 год, избрание Барака Обамы, Америка очень меняется. Сначала первый темнокожий президент, афроамериканец, которому еще и второй срок засветил, и все получилось, сегодня выборы, в которых абсолютно смешаны все карты: звезда реалити-шоу, модель, бывший президент в роли первой леди или первого джентльмена. Демократия самая что ни на есть, торжествует все больше и больше.

Фото: AP Photo

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.