Поддержать программу
Время перемен
16:35
2 августа
История

Леонид Парфенов: «Ждет нас всех, даже тех, кто не очаровывался, жестокое разочарование»

Разговор о новом языке медиа, ответственности элит и будущем
70 709
17
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку
Расписание
Следующий выпуск
14 декабря 18:20
среда: 18:20, 23:10
четверг: 03:00, 10:00, 15:00, 18:20
пятница: 03:00, 11:00
суббота: 18:00

Телеканал Дождь и Открытый университет представляют новую программу «Время перемен» с лекциями о судьбах российской культуры и политики от самых авторитетных российских политологов, историков, писателей, арт-менеджеров и журналистов.

Как у медиа появился новый язык? Что могло изменить печатное слово? Откуда возникли «Старые песни о главном»? В чем ответственность культурной элиты 90-х? Что нас ждет в будущем? Лекция Леонида Парфенова о новом языке медиа, ответственности элит и будущем.

Как у медиа появился новый язык?

Меня возмущало, что все тексты, которые передаются в эфир, которые пишутся в газете, – они вообще не оригинальны. Ну, это известное число всех штампов, которые от Ильфа и Петрова менялись, но оставались всегда штампами. Что дожди затяжные, урожай рекордный, чувство глубокого удовлетворения, и так далее, и так далее. И это я могу ткать просто такую синтетическую пародию на этот текст, не останавливаясь и сейчас и не задумываясь о следующей фразе. Вот вообще: вот она, заводская проводная, что в люди вывела ее, босоногой девчушкой пришла сюда, а нынче «мастером – золотые руки» величают ее товарищи, и так далее. Это можно плести: вот можно закончить на этой фразе, а можно продолжать до утра.

И было возмутительно, что это всё уже сказано 20 раз. За что тут платить гонорар? Где твоя работа? Где текст, который подписан тобой? Почему, не знаю, сообщая о триумфе Большого балета на гастролях в США, у нас пишут, что влиятельный New York Times называет Майю Плисецкую королевой советского балета. А вы чего ее так не называете?

У нас, конечно, накопился огромный протест против этого. Я хорошо помню первую фразу, которую сказал. Я хотел говорить пассажами, чтобы это можно было процитировать. Вот самый первый выпуск самой первой программы «Намедни» начинался с того, что Попов победил на выборах мэра. И там начиналось: впервые со времен правителя древних Афин Перикла грек снова стал во главе города, равного целому государству.

Что могло изменить печатное слово?

Конечно, мы же вышли из такой литературоцентричной совершенно эпохи, и поэтому когда написано черным по белому, то кажется, что всё, после этого уже нельзя по-прежнему жить. Как я знаю, многие люди делили жизнь на до и после «Ивана Денисовича». 

Полная версия доступна только подписчикам. Подпишитесь: